АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Пятница, 24 ноября 2017 » Расширенный поиск
КОЛОНКИ » Версия для печати
2010-04-05 Борис Вишневский:
Не было бы счастья...

Это называется – «не было бы счастья, так несчастье помогло»: 29 марта, именно в тот день, когда произошли теракты в московском метро, Мосгордума рассматривала внесенное накануне предложение начальника столичного ГУВД Владимира Колокольцева. Товарищ генерал предложил арестовывать на срок до 15 суток за нарушение порядка проведения публичных акций. Что позволило бы законно держать в обезьяннике оппозиционеров, привезенных с митингов или пикетов, и обвиняемых по статье 20.2 КоАП, не три часа, как сейчас, а двое суток.

Поддержка именно в день терактов революционной инициативы Колокольцева стала бы неопровержимым доказательством того, что борьба с инакомыслящими заботит милицию куда больше, чем борьба с террористами. Только поэтому московские депутаты, обычно покладистые перед властями, как складные зонтики, предложение генерала отвергли. И даже позволили себе неслыханное вольнодумство: заявили, что эта инициатива нужна лишь для того, чтобы милиции было удобнее работать (или, проще говоря, «шить» задержанным нужные статьи).

Заметим, что эта цель особенно и не скрывалась. Колокольцев прямо заявлял, что за двое суток, которые можно будет держать оппозиционеров, милиция сможет «квалифицированно готовить материалы и своевременно направлять их в суды». А то, мол, «большинство массовых мероприятий проводится в вечернее время или в выходные дни, то есть в нерабочее для уполномоченных судебных органов время, что не позволяет сразу привлечь к ответственности правонарушителей». К тому же, по его мнению, до 60% правонарушителей являются иногородними, и подавляющее большинство из них потом в суды не является.

Между тем, как представляется, угроза принятия этой чрезвычайно комфортной для милиции инициативы лишь временно отложена, и будет ждать удобного момента. Или кто-то сомневается, что грядет ужесточение правил проведения публичных акций? Кто-то думает, что это случайно так совпало – участившиеся призывы к отставке «национального лидера», звучащие на протестных митингах, и московские взрывы? Может быть, этот «кто-то» думает, что и в 1999 году тоже все совпало чисто случайно – необходимость привести подполковника Путина в президентское кресло и взрывы жилых домов?

Посему разберем подробнее инициативу генерала Колокольцева (которого, помнится, держали чуть ли не за либерала, когда он сменил «вечного» Владимира Пронина).

Во-первых, генерал наводит тень на плетень, заявляя о большинстве иногородних «правонарушителей». Откуда им взяться, если акции, как правило, посвящены исключительно местным проблемам? То есть, сказка знакомая: помнится, во время первого «Марша несогласных» в марте 2007 года питерский губернатор Валентина Матвиенко заявила, что на него приехали «два вагона экстремистов из Москвы», но воспринимать это всерьез не стали даже в Кремле. Впрочем, отдельные «иногородние» на таких акциях действительно бывают: в Питере и Москве задерживали провокаторов, которые пытались сорвать акции оппозиции, и все они, почему-то, оказывались жителями Рязани. Кстати, если кто-то не является в суд – это не вопрос несовершенства законодательства, это вопрос плохой квалификации милиции и службы судебных приставов. Не пришел? Разыщите и оштрафуйте!

Во-вторых, немалая часть административных дел на оппозиционеров разваливается в судах, которые признают «отсутствие состава правонарушения». И даже не потому, что оппозиционеры на самом деле ни в чем не виновны (их единственным «нарушением» является участие в «несогласованном» властью митинге или пикете). Главная причина развала таких дел – ужасающее качество работы милиции. В суде, как правило, выясняется, что задерживали оппозиционеров одни милиционеры, везли в отделение - другие, а протокол составляли третьи, которые ничего не видели и не могут в судебном заседании внятно объяснить, что происходило. Что сами протоколы составлены с грубыми нарушениями (а то и просто сфальсифицированы), что в них указаны несуществующие в природе сотрудники милиции, и так далее. Подобная практика стала настолько распространенной, что недавно качеством работы милиции возмущалась даже председатель Мосгорсуда Ольга Егорова. Но что нам предлагает генерал Колокольцев? Раз милиция не успевает за три часа (больше, по закону, держать без судебной санкции нельзя, хотя на практике это нередко нарушается) грамотно оформить протоколы – надо не заставить ее нормально работать, а держать оппозиционеров двое суток: глядишь, за это время стражи порядка справятся с задачей.

Что же, продолжая эту полицейскую логику, можно предложить еще более простой вариант: ввести арест как меру наказания по всем административным нарушениям, чтобы облегчить работу милиционеров. Перешел улицу в неположенном месте, или, скажем, распивал пиво в парке – пожалуйте в «обезьянник» на 48 часов, чтобы милиционеры наверняка успели правильно составить протокол.

Казалось бы, надо вообще прекратить задерживать участников оппозиционных акций, которые никак не являются опасными преступниками. Даже если милиция считает их нарушителями, ничто не мешает установить их личность на месте, переписать данные, а затем вызвать повесткой в суд (кстати, во многих судах практикуются дежурства по выходным). Если они оповещены, но не пришли, дело могут рассмотреть без них. Это, вопреки утверждениям Колокольцева, вовсе не является препятствием для правосудия.

Далее, к чему спешка? Зачем нужно, как хочет генерал, оперативно судить столь «страшных» нарушителей? Чтобы они не могли обеспечить себе защиту, найти адвокатов и подготовиться к процессу? Как это согласуется с установленной законом задачей милиции по защите прав и свобод граждан (о чем в последнее время мы вспоминаем только в насмешку)?

Наконец, зачем нужно ужесточать санкции против участников митингов и пикетов? Почему генерал милиции, по сути, приравнивает участие в пусть и несогласованном митинге по степени общественной опасности (и, соответственно, по жесткости санкций) к злостному хулиганству? Чтобы, зная, что их могут задержать не на три часа, а на двое суток (а потом отправить на 15 суток под арест), граждане боялись приходить на оппозиционные акции?

Кстати, инициатива Колокольцева – далеко не единственная в плане ужесточения регулирования публичных акций.

В мае Госдума собирается рассматривать законодательную инициативу, внесенную Московской областной думой, которая предлагает ввести уведомительную процедуру проведения одиночных пикетов – единственного формата публичных мероприятий, который власти сегодня не могут запретить, и который все чаще применяется оппозицией. Это предложение прошло нулевой цикл обсуждения (до 10 марта должны были быть собраны отзывы) и уже скоро поступит на пленарное заседание. С большой, как представляется, вероятностью принятия.

Предложение областных депутатов означает, что об одиночном пикете нужно будет тоже уведомлять власти, а значит – и получать согласование, в котором может быть отказано под любым предлогом. Или «мотивированное предложение» о переносе пикета в другое место, где его проведение заведомо потеряет смысл. Отказ же от предложения и проведение несогласованной акции автоматически делает ее участника правонарушителем, подлежащим задержанию и наказанию.

Конечно, власти научились срывать и одиночные пикеты, - засылая провокаторов, которые якобы «присоединяются» к пикетчикам, превращая пикет в массовый, и, следовательно, несанкционированный, во всеми вытекающими последствиями. И все же одиночные пикеты остаются для властей костью в горле. Так что удивляться следует не тому, что законопроект появился, а тому, что он не появился раньше.

Мотивируют свое предложение подмосковные депутаты, конечно же, исключительно необходимостью обеспечения безопасности участников публичной акции: мол, возможность не уведомлять об одиночном пикете «препятствует осуществлению правоохранительными органами и органами местного самоуправления своих полномочий по обеспечению безопасности участников публичного мероприятия». Ибо «бывают ситуации, когда пикетчики-одиночки совершают акты самосожжения либо на них совершаются нападения, при этом орган власти или орган местного самоуправления, как правило, даже не знает о подготовке подобных акций».

Столь трогательная забота была бы объяснима, если именно в Московской области пикетчики-одиночки раз за разом пытались себя сжечь, но о подобных случаях ничего не известно. Что касается нападений на пикетчиков, то, как показывает опыт, наибольшую угрозу для безопасности оппозиционеров представляют именно те органы, которые должны ее обеспечивать.

На этом, впрочем, подмосковные парламентарии не останавливаются. Так, по их мнению, организаторы любых публичных акций должны приложить к уведомлению о проведении публичного мероприятия еще и его регламент, где расписан «почасовой план основных этапов проведения публичного мероприятия с указанием лиц, ответственных за проведение каждого этапа», а также «перечень мероприятий по обеспечению общественного порядка, организации медицинской помощи».

Далее, сроки подачи уведомлений и сроки ответов властей предлагается исчислять не в календарных, а в рабочих днях, ибо «практика показала, что указанная формулировка приводит к умышленной подаче организаторами публичных мероприятий уведомлений накануне выходных и праздничных дней, что значительно затрудняет соблюдение сроков исполнения своих обязанностей органами местного самоуправления». В самом деле, зловредные оппозиционеры направляют уведомления в пятницу вечером, а ответить надо в течение трех дней, и у бедных чиновников остается только понедельник, чтобы придумать причины для отказа.

Наконец, власти получают право потребовать от организаторов публичной акции «привести уведомление в соответствие с требованиями, установленными Федеральным законом», и запретить мероприятие, если этого не будет сделано. И все это, как указано в пояснительной записке, «никоим образом не нарушает конституционное право граждан на мирные собрания».

Согласимся: действительно не нарушает. Это де-факто отменяет указанное право: если данные «коррективы» внесут в закон, ни одно неугодное власти публичное мероприятие провести будет гарантированно невозможно.

Честнее было бы сразу отменить 31-ю статью Конституции, где, по недосмотру ее авторов, говорится, что граждане РФ «имеют право проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование». Или записать в ней, что граждане РФ имеют право проводить только те публичные акции, которые власть сочтет для себя полезными.

Борис Вишневский

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
ПОЛЕМИКА
2011-04-18 Мухаммад Амин Маджумдер:
Мозговой шторм. Подобные экстремистские организации не имеют право на существование в нашем российском обществе. Конечно, мы положительно к этому отнеслись. Мы давно проявляли эту инициативу. Надеюсь, что активисты ДПНИ не смогут создать подобную организацию под новым названием.
Reklama