"-....О губернаторе нам надо думать, а не о предводителе. Давайте начнем с губернатора. Я думаю...
- Господина Дядьева! - восторженно закричал Полесов. - Кому же еще взять бразды над всей губернией?
- Я очень польщен доверием...- начал Дядьев. Но тут выступил внезапно покрасневший Чарушников.
- Этот вопрос, господа, - сказал он с надсадой в голосе, - следовало бы провентилировать. На Дядьева он старался не смотреть. Владелец "Быстроупака" гордо рассматривал свои сапоги, на которые налипли деревянные стружки.
- Я не возражаю,- вымолвил он, - давайте пробаллотируем. Закрытым голосованием или открытым?
- Нам по-советскому не надо, - обиженно сказал Чарушников, - давайте голосовать по-честному, по-европейски - закрыто.
Голосовали бумажками. За Дядьева было подано четыре записки. За Чарушникова - две. Кто-то воздержался. По лицу Кислярского было видно, что это он. Ему не хотелось портить отношений с будущим губернатором, кто бы он ни был.
...Чарушников ожил и даже запротестовал:
- Нет, нет, господа, я прощу пробаллотировать. Городского голову даже скорее нужно баллотировать, чем губернатора. Если уж, господа, вы хотите оказать мне доверие, то, пожалуйста, очень прошу вас, пробаллотируйте!
В пустую сахарницу посыпались бумажки.
- Шесть голосов - за, - сказал Полесов, - и один воздержался.
- Поздравляю вас, господин голова! - сказал Кислярский, по лицу которого было видно, что воздержался он и на этот раз. - Поздравляю вас!"