АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Понедельник, 15 июля 2019 » Расширенный поиск
МНЕНИЯ » Версия для печати
2007-06-06 Георгий Станкович:
Незамеченный суд

В пятницу 1 июня судья Петрозаводского городского суда Смирнов вынес оправдательный приговор в отношении троих нацболов, которые 11 марта сего года устроили несанкционированную акцию протеста прямо на избирательном участке во время выборов.

Стоит напомнить, что тогда трое нацболов – Сергей Курицын, Павел Кашкин и Яана Юрна – пришли на избирательный участок, расположенный в Петрозаводском университете в центре города, и выразили свой протест тем, что развернули флаг незапрещенной еще тогда НБП, разбросали листовки с требованием допустить НБП и коалицию «Другая Россия» до выборов в ГосДуму, скандировали лозунг «Ваши выборы – ложь!», участница-девушка приковала себя к ручкам запасной второстепенной двери цепью. Акция продлилась недолго, так как на место скоро подоспел патруль ППС. Был составлен протокол об административном правонарушении, участники отпущены в тот же день.

Но через три дня после акции прокуратура Петрозаводска по указке сверху из Москвы возбудила уголовное дело по статье 141 части 2 пункту «в» УК РФ «Воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий» совершенное группой лиц по предварительному сговору. Еще через три дня в квартирах двоих участников были проведены обыски, изъяты жесткие диски, а один участник акции – Сергей Курицын – задержан. Но суд по мере пресечения, состоявшийся на следующий день, отказал прокуратуре в аресте нацбола, и он был отпущен под подписку о невыезде.

Предварительное следствие вел старший следователь городской прокуратуры Улан Кензеев, который не скрывал, что вся инициатива исходит от начальства из Прокуратуры Республики, а тех в свою очередь беспокоят из Москвы.

Всего по уголовному делу в ходе предварительного следствия был допрошен 21 свидетель. Половина из них работники избирательной комиссии, еще трое – наблюдатели, четверо милиционеров, один журналист и пара зевак. Следователь городской прокуратуры подложил свинью своей коллеге – заместителю прокурора города, которая представляла обвинение в суде. Буквально все показания свидетелей содержали одну сокровенную фразу, видимо вписанную в протоколы самим следователем, о том, что «работе избирательной комиссии была создана серьезная помеха». Собственно это и было единственное доказательство того, что нацболы сорвали работу комиссии. Но это предстояло доказать в суде.

В ходе следствия нацболы-участники отказались давать какие-либо показания. Так же был допрошен лидер петрозаводских нацболов Егор Меркушев, но его допрос фактически не имел никакого отношения к делу – следователь пытался выяснить организационную структуру якобы существующей в городе ячейки НБП, которую Мосгорсуд признал к моменту допроса экстремисткой организацией. Видимо, прокуратура пыталась найти любые компрометирующие обвиняемых факты.

Также был произведен «осмотр» «Сайта Нацболов Карелии», в ходе которого с него были «взяты» в качестве вещ. доков фотографии и видео с акции, а также статья про саму акцию.

В обвинительном заключении и в обвинительной речи на прениях в суде заместитель прокурора города Татьяна Лиминчук упирала на то, что во время акции на участке была создана нервная обстановка, члены избирательной комиссии отвлеклись от своей работы, а также были нарушены избирательные права четырех граждан, ну и, конечно, на то, что нацболы «представляют высокую общественную опасность, поскольку совершили покушение на конституционные свободы граждан».

Но что самое интересное: ни один свидетель не смог подтвердить в этой части свои же показания данные на предварительном следствии, а потерпевших по делу вообще не было!

Члены избирательной комиссии правдиво говорили суду, что «работа участка не прерывалась ни на минуту». Другие свидетели вообще заявляли, что «эта акция была похожа на шоу или представление», и что нацболы «просто хотели привлечь к себе внимание и заявить, что есть такая партия». Прокурор все равно пыталась добиться своего. Но даже её наводящие вопросы к свидетелям не могли заставить их сказать что-то, что доказывало бы вину участников акции.

Самым веским доказательством в пользу невиновности подсудимых стала видеозапись с камеры скрытого видеонаблюдения, которые в университете установлены на каждом углу. На пленке было отчетливо видно, что вся акция, с того момента, как нацболы пришли на участок, и до того, как они его покинули в сопровождении милиции, заняла семь минут, все активные же действия продолжались полторы минуты. За все это время на участке проголосовало четыре избирателя, и ни один избиратель не пожаловался ни в комиссию, ни в милицию. Четыре избирателя – это даже много было для того утра, так как за два часа с момента открытия участка (акция была проведена в 10.30) на участок пришло все 20 (двадцать человек).

«Пленка отчетливо показала, что нацболы не сопротивлялись сотрудникам милиции, на избирателей и членов комиссии не набрасывались и бюллетени не отбирали. Потерпевших в деле нет. Работа комиссии со слов самих членов комиссии не прекращалась. Прошу суд моих подзащитных полностью оправдать», - заявил в своей заключительной речи адвокат Борис Петрович Козинский.

Подсудимые так же заявили, что не имели умысла срывать работу комиссии или препятствовать гражданам осуществлять свои права, в то время как статья 141 УК РФ подразумевает прямой умысел на совершение преступления. В деле же каких-либо доказательств умысла нет и в ходе судебного следствия они не получены, а умысел является первостепенным условием для уголовного преследования по данной статье УК.

Прокурор, не желая замечать очевидного, в своей обвинительной речи попросила суд признать нацболов виновными и приговорить Курицына и Юрна к двум годам лишения свободы, а Кашкина к одному году и десяти месяцам, правда, всех условно, так как «в первый раз».

Общественный защитник, депутат Законодательного Собрания Карелии Александр Меркушев, который был допущен судом в самом начале процесса, так же выступил в прениях и заявил, что прокуратура необоснованно говорит об «общественной значимости» поступка подсудимых, так как, например, «общественная значимость» выступления единороса Дубова сразу после выборов, в котором тот заявил, что выборы полностью сфальсифицированы, а избиратели куплены, и которое было транслировано по телевидению несколько раз, гораздо больше, а уголовного дела на Дубова не заведено до сих пор.

Судья Смирнов в ходе всего процесса был объективен и доброжелателен к обеим сторонам. Материалы дела, в которых буквально все свидетели твердят как под копирку о срыве выборов, не позволили разобраться на предварительном слушании и прекратить уголовное дело. Пришлось провести четыре заседания. Сильная загруженность городского суда сказалась и на этом процессе. Когда прокурор попросила три недели на поиск неизвестных потерпевших, которые якобы толпились у входа, суд обоснованно отказал, так как следствие велось два месяца, а свидетели не указывают на то, что у входа стояли избиратели. Но и когда подсудимые попросили время на подготовку к своему допросу, хотя и были готовы, судья резонно заметил, что тогда они будут с подпиской о невыезде ходить до осени, так как на походе у судьи еще три сложных дела и законный отпуск.

В итоге к концу процесса были исследованы все доказательства, допрошены 19 из 21 свидетеля и все трое подсудимых. По этим материалам судья Смирнов вынес приговор.

Приговор гласил, что уголовное дело в отношении троих нацболов следует прекратить за отсутствием состава преступления и принять меры к реабилитации подсудимых.

На данный момент не известно, обжаловала ли прокуратура данное решение суда.

На месте прокуратуры уместнее было бы отказаться от обвинений до суда, или вообще не заводить уголовное дело. Но указка сверху и недобросовестное следствие не позволили этого сделать.

Стоит заметить, что обыск на квартире одного из участников акции проводил тот же следователь, что вел проверку по заявлению нацбола Меркушева о похищении перед Маршем несогласных 2 марта его и его друзей (всех троих участников акции). Так же во время суда подсудимых снова беспокоили из гор. прокуратуры и просили подписать некие бумаги о том, что они не распространяли никаких экстремистских материалов, в том числе материалов, которые были изъяты при обысках. Следователь заявил, что поступило указание из Москвы провести «проверку газет и листовок на экстремизм» и завести еще уголовное дело. Так что многое еще впереди.

На суде и приговоре не было ни одного провластного журналиста. Почему? Потому что Городской суд полностью оправдал троих нацболов. В Москве и Питере за одно только упоминание о принадлежности к национал-большевизму сажали и сажают, а в Карелии оправдывают за отсутствием в действиях состава преступления! В Карелии еще есть честные суды. Чем не повод властям похвалиться перед народом. Ан нет! Молчат.

Упорное замалчивание федеральными СМИ, прежде всего телевидением событий, которые происходят или происходили в Карелии (бунт народа в Кондопоге против коррупционной власти, «восстание» оппозиции в ЗакСе, оправдание нацболов и многое другое), говорит о том, что такие события для Москвы нежелательны. Все что не укладывается в систему, созданную и все еще создаваемую, непотребно для власти. Москва создает ТВ-сказку, которой кормит всю страну. Новости «снизу» непредсказуемы - это раз, неожиданны - два, и никогда нет времени для их осмысления и выворачивания наизнанку - три.

Так может это для власти вредно? Вредно большое количество несистемных новостей и событий? Не протестов даже, а именно несистемных событий? Вредно.

Сегодня оправдали участников несанкционированной акции (три года назад за такое давали по пять лет), завтра отменят постановление губернатора, глядишь, послезавтра замахнется какой-нибудь федеральный судья из Урюпинска на кого повыше, из Москвы. Судья ведь тогда мал, когда он один. У судей должно быть гражданское мужество, чтобы вмешиваться в политику. Он должен чувствовать одобрение народом своих решений, а уж народ выполнит. Мне думается, такие судьи в нашей стране есть или в скором времени появятся: честные и справедливые.

Суд над тремя нацболами проходил при открытых дверях, свободно, - так, как и должны проходить все уголовные суды. Судья был беспристрастен, свидетели говорили только правду, одна лишь прокуратура упирала на второпях состряпанное обвинение. Надо было разобраться. И суд разобрался.

Нельзя говорить, что суд симпатизировал нацболам, отнюдь. Возможно, судья на выборах голосует за «Единую Россию». Но это все-таки не отнимает у него рассудка и здравого смысла, не дающих вынести неправосудный приговор. Судья оказался гражданином, действующим в рамках закона. О судах, простых судах первичной инстанции все думают как об общем месте, куда можно придти с пачкой денег или особой корочкой и сказать, как судить того и того. Право, не стоит так думать!

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Борьба с экстремизмом
ПОЛЕМИКА
2011-04-18 Мухаммад Амин Маджумдер:
Мозговой шторм. Подобные экстремистские организации не имеют право на существование в нашем российском обществе. Конечно, мы положительно к этому отнеслись. Мы давно проявляли эту инициативу. Надеюсь, что активисты ДПНИ не смогут создать подобную организацию под новым названием.