АПН
Загрузка...
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Пятница, 22 ноября 2019 » Расширенный поиск
МНЕНИЯ » Версия для печати
2014-11-20 Александр Герасимов:
Один правосек был полностью невменяемой скотиной, второй больше похож на человека...
Бывший политзаключенный и раненый в одесском Доме профсоюзов вспоминает трагические события 2 мая

В конце 2002 г. на Украине были арестованы одиннадцать левых активистов, в том числе четверо граждан России и один Приднестровья, некоторые из них были членами Компартии Украины. 13 декабря того же года в Николаеве спецподразделение Службы безопасности Украины взорвало дверь в арендованной квартире и арестовало ещё некоторых членов группы. Началось то, что впоследствии весь мир знал как «Одесское пыточное дело». Одним из его участников был Александр Герасимов, его тоже пытали. Выйдя из тюрьмы, где он отсидел десять с половиной лет, он получил во время погрома 2 мая в одесском Доме профсоюзов тяжёлую травму. Передвигается пока с палочкой. Вот его свидетельство об "Одесской Хатыни":

2 мая я был на работе и к вечеру узнал, что в городе происходит столкновение участников Антимайдана с фашистами. Около 17-00 я подошёл на Куликово поле узнать, что происходит. Там уже было 100-150 человек, в основном женщины и пожилые люди.

С самого начала я понял, что обстановка тревожная. Те, кто там находились, пытались собрать как можно больше людей для охраны и обороны Куликова поля. Но в тот день так получилось, что многие были в отъезде, и людей прибыло мало, в основном мужчины в возрасте за 50. Из центра города поступали всё более тревожные сведения, что те наши товарищи, которые пытались противостоять погромщикам, были разгромлены и банды идут на Куликово поле. Защитники построили баррикаду на ступеньках Дома профсоюзов. Входную дверь здания сломали, чтобы укрыться там от погромщиков.

В начале восьмого вечера 2500-3000 фашистов подошли к Куликову полю. Обороняющихся активистов Антимайдана было около 300 человек, среди них был и я.

В самом здании оборона продолжалась около получаса. Дом закидали огромным количеством бутылок с зажигательной смесью и дымовыми шашками.

Сначала запылала внешняя баррикада, которую удерживало несколько десятков человек, и они отступили в Дом профсоюзов. Потом загорелась баррикада, построенная в вестибюле, она была сделана из мебели, которую нашли внутри здания, и из-за этого фасадная часть Дома профсоюзов очень быстро заполнилась дымом.

Когда всё уже было в дыму, я с другими активистами поднялся наверх, чтобы укрыться на крыше. В дыму мы не сориентировались и попали в какой-то тупик на пятом этаже, там пытались выбить двери, но неудачно. Я попытался спуститься вниз, чтобы выпрыгнуть из окна где-то пониже, хотя бы с третьего этажа. Так как коридоры были заполнены дымом, то я полз, так как внизу ещё оставался воздух. И тут я потерял сознание. Очнулся через полтора или два часа, сильно болели ноги, одна нога была привалена каким-то обломком мебели. Было темно, задымлено, но сам пожар уже потушили. В это время в здании шастали боевики Правого сектора и других фашистских организаций, которые добивали раненых. Они и натолкнулись на меня, им было по двадцать с небольшим лет. Один из них был полностью невменяемой скотиной, он всё время бил меня дубинкой по голове и ноге. Второй был больше похож на человека, он не дал меня добить и остановил своего товарища. Они меня ограбили, забрав два мобильных телефона и мелочёвку, а через четверть часа меня нашли спасатели МЧС.

Нога моя была пожжена каким-то химическим веществом. В огонь я не попадал, и брюки остались совершенно целые. Какая-то химия, то ли в виде жидкости, то ли в виде аэрозоля. Было поражено колено – химические ожоги 3-й и 4-й степени, в результате чего я три месяца пробыл в госпитале. Перенёс три операции: на колене и по пересадке кожи, сейчас я долечиваюсь. Само лечение было бесплатно, за счёт города, а в остальном помогали добровольцы – на дополнительное питание и лекарства. Навещали товарищи – активисты Куликова поля и коммунисты.

Кстати, когда я сидел в тюрьме, там же сидел убеждённый нацист, который сидел за участие во взрыве на рынке в г. Киеве в 2004 году. Его звали Тарас, кажется, он был из города Киева. У него там, в тюрьме, была интересная библиотека: книга «Дневник Тернера», Майн Кампф, «Белые повстанцы Скалистых гор» и другое. Освободившись по УДО в связи с этой украинской «революцией», он пошёл служить в батальон Азов и сейчас воюет на Донбассе.

Записал Александр Сивов

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Русская весна
ПОЛЕМИКА
2011-04-18 Мухаммад Амин Маджумдер:
Мозговой шторм. Подобные экстремистские организации не имеют право на существование в нашем российском обществе. Конечно, мы положительно к этому отнеслись. Мы давно проявляли эту инициативу. Надеюсь, что активисты ДПНИ не смогут создать подобную организацию под новым названием.