 |
|
| ГЛАВНАЯ |  |
НОВОСТИ | |
ПУБЛИКАЦИИ | |
МНЕНИЯ | |
АВТОРЫ | |
ТЕМЫ |
| Понедельник, 31 августа 2026 | » Расширенный поиск |
 Процесс Двенадцати. Послесловие
Завершилась эпопея с уголовным преследованием меня и моих товарищей по «Другой России», так называемым «Делом Двенадцати». Если кто не знает - нас обвиняли в продолжении деятельности запрещенной НБП. Приговор: признать виновными в экстремистской деятельности, назначить наказание в виде штрафов по 200 и 150 тыс. рублей, но освободить от него в связи с истечением срока давности преступления. Фактически это почти оправдание, очевидная победа. Однако такой результат был отнюдь не предрешен и стал результатом долгой и упорной борьбы с превосходящими силами противника. Стоит вспомнить в общих чертах, как это было. Все началось с ключевой точки протестного Петербурга – «площади Свободы» у Гостиного двора. 31 октября 2010 на акции «Стратегии-31» нас с Андреем Песоцким там задержала полиция, а затем мировой судья Алексей Кузнецов дал по 5 и 15 суток ареста соответственно. Решение мы обжаловали, а на выходе из зала суда нас встретили сотрудники Следственного комитета, надели наручники, отвезли к себе на Мойку, 86, и предъявили обвинение по ст. 282.2 УК РФ. Сперва обвиняемых было четверо, потом в итоге к делу привлечены еще 8 человек, и оно стало называться «делом двенадцати». Практически весь состав руководства питерской «Другой России» оказался под следствием и под подпиской о невыезде. Непосредственным инициатором уголовного дела был генерал Виталий Быков, ныне начальник Главного управления Министерства внутренних дел по СЗФО. Действовал он с подачи московского силового и политического начальства, в частности, администрации президента. (Именно поэтому занялись делом не городские, а окружные «эшники» - отдельная контора, завязанная прямо на Москву). Целей было несколько: ликвидация «Другой России» в Петербурге как политического явления, отработка механизма для последующего большого процесса с целью признания всей партии экстремистcкой, наконец, нейтрализация уличной оппозиции в городе на период «больших выборов» 2001-12 годов. Такая проверка на прочность. Скажем сразу, что все эти планы оказались сорваны. Партия не свернула свою деятельность. Нацболы, включая автора этих строк, организовывали и активно участвовали в акциях протеста против фальсифицированных выборах. Продолжались «Стратегии-31». И много что еще происходило. Генерал Быков не понял одного простого факта: чтобы ликвидировать ДР в Питере, нужно не привлечь, а посадить. И не 12, а человек 50 актива. И то не факт, что новые тут же не придут… Непосредственно фабриковали дело подчиненные Быкова из окружного Центра Э – Игорь Голубев, Дмитрий Грязнов, Иван Мельников и другие. Затем к делу подключился Следственный комитет. 18 (!) следователей СК по Петербургу во главе с Владимиром Ромицыным полтора года корпели над его материалами. Все было на контроле в Москве - комментировал ход расследования лично «говорящая голова» СК Владимир Маркин. Страшно себе представить, сколько было потрачено на это денег и времени, сколько звездочек на погоны заработано, пока по городу разгуливали убийцы и педофилы, а коррупционеры в Смольном пилили бюджеты. Особую роль в деле сыграли печально известные «эксперты по вызову» - Наталья Крюкова и Виталий Батов, составившие экспертизу видеозаписей с партийных собраний, на которой основывалось обвинение. Эти граждане трудятся в Российском институте культурологи в Москве. (В Петербурге эксперта, подтвердившего выводы, что на отснятой «эшниками» на собраниях пленке запечатлены не собрания «Другой России», а именно запрещенной НБП, Ромицыну найти не удалось). Батов и Крюкова уже много лет делают такие экспертизы по заказу правоохранительных органов. Не было случая, чтобы они подвели хозяев в погонах – признают экстремистским или разжигающим рознь любой материал. Будь то листовка «Убей в себе раба» (дело лидера московской «Другой России» Николая Авдюшенкова) или лозунг «Православие или смерть», или, наоборот, тексты песен Pussy Riot. Знаменательно, что возглавляет Российский институт культурологии кинокритик Кирилл Разлогов, имеющий репутацию отнюдь не держиморды, а этакого осторожного либерала. Кирилл Эмильевич – виртуоз прислуживания и властям, и «прогрессивной общественности». В то время как Батов составлял заключение, что Pussy Riot разжигали рознь, он подписывал письмо в их защиту! Естественно, Разлогов в курсе всего: в ходе нашего процесса зачитывалось его письмо с заверениями, что Батов с Крюковой – самые распрекрасные и компетентные специалисты. В апреле 2012 года начался процесс в Выборгском районном суде. Ключевую роль в его успешном завершении сыграли адвокаты - Глеб Лаврентьев, а также Ольга Цейтлина и Алексей Голубок из бюро «Юрий Шмидт и партнеры». В отличие от «модных адвокатов» Pussy Riot, которые бесконечно пиарились на публику, читали стихи про зажигающего костры революции Путина, напяливали футболочки «Free PR» и втихаря регистрировали одноименный товарный знак, наши защитники реально работали в суде. Шаг за шагом разоблачали в суде бред обвинения. Доказывали, что дело сфабриковано в результате полицейской провокации. Апеллировали к нормам Европейского суда по правам человека, где Цейтлина и Голубок имеют богатый опыт работы. На фоне свидетелей обвинения из числа полицаев, эшников и стукачей весьма убедительно выглядели свидетели защиты – Эдуард Лимонов и Захар Прилепин, депутаты питерского ЗакСа Максим Резник и Вячеслав Нотяг, писатель Николай Коняев, политик Андрей Пивоваров и другие известные люди. Их присутствие помогло привлечь к процессу внимание СМИ. Хотя федералам были интереснее обыски у Ксюши Собчак, но в Петербурге писали и говорили о деле достаточно много. В конце процесса дело дошло до высокой политики. На заседаниях подробно разбирались в том, что такое идеология национал-большевизма, кто такие нацболы, в чем отличие НБП от «Другой России». Мы говорили о том, что запретить быть приверженцем идеологии национал-большевизма, то есть – нацболом, невозможно. И это вовсе не означает членства в запрещенной партии. Рассказывали о Николае Устрялове и Михаиле Агурском, демонстрируя их книги. В итоге пришли к выводу, что правоохранительные органы преследуют нас не за какое-то название, а за нашу сущность, выражаясь философским термином – за гештальт. Судья Сергей Яковлев - бывший электрик и прокурор, умудренный опытом крепкий мужик в очках - старался провести процесс с соблюдением всех формальностей и внимательно вникал в обстоятельства дела. Наверное, это был лучший из возможных вариантов. Уместно сравнить его с судьей Владимиром Матросовым, который судил в начале нулевых Эдуарда Лимонова. Его обвиняли тогда в терроризме, попытке вооруженного мятежа в Казахстане и еще куче тяжелейших преступлений. Когда обвинение уже вознамерилось посадить Эдуарда Вениаминовича лет на 15, Матросов отсек все тяжкие статьи, оставив лишь хранение оружие. В итоге Лимонов провел в колонии несколько месяцев и вскоре вышел на свободу. А планы органов представить его террористом с треском провалились. Кажется, ни у судьи, ни даже у прокурора Надежды Филимоновой к концу процесса не осталось сомнений в нашей невиновности. Тем не менее, отказаться от обвинения для прокурора, или вынести оправдательный приговор для судьи часто равносильно вылету из профессии. Поэтому Филимонова запросила только штрафы, а Яковлев, хоть и не оправдал, но минимизировал для нас материальный и политический ущерб. Самая важная в приговоре – последняя часть. Суд признал нас виновными в экстремистской деятельности лишь с 2007 по 2010 год. Именно летом 2010 года прошел учредительный съезд партии «Другая Россия» (документы об этом были предоставлены суду защитой), а она не запрещена и не признана экстремистской. Не сделай он этого, признай, что ДР - и есть НБП, и дорога к запрету партии была бы открыта, что, напомню, и было одной из главных целей тех, кто стоял за возбуждением дела. Но судья Яковлев на поводу у них не пошел. Кроме того, такое решение послужит отличным аргументом в аналогичных судах над нашими товарищами по всей стране. Тем не менее, приговор мы будем обжаловать, так как нас не устраивает сам факт признания виновными. Будем требовать полного оправдания. Выводы? С выводами все просто. Во-первых, «Хватит кормить эшников!». Необходимо расформировать Центры Э, которые не нужны для борьбы с преступностью. Для бюджета будут сэкономлены огромные деньги, которые можно будет пустить на детей-сирот, социалку – да на что угодно. Ведь на одно наше дело был потрачен не один миллион рублей. Народ вправе спросить: какого черта мы тратим бюджетные деньги на этих дармоедов в погонах? Более того. Эти люди опасны для общества, так как фабрикуют уголовные дела, чтобы доказать свою нужность государству, а то и занимаются прямым криминалом. Вот, например, коллега Мельникова, Грязнова и Голубева, опер ЦПЭ ГУ МВД по СЗФО Антон Михайлов. Этот красавец заставил юного жителя Всеволожска записать на мобильник признание в педофилии и стал вымогать у него 200 тыс. рублей, а потом похитил из дома ноутбук и часы. Или взять случай в Тамбовской области, где сотрудник местного ЦПЭ Николай Яковлев за малый прайс предложил бомжу рисовать свастики на стенах и затем завел на него дело для улучшения отчетности. Во-вторых, само понятие экстремизм нужно вывести из правоприменительной практики, а все «антиэкстремистские» разделы УК РФ (280, 282, 282.2. и проч.) отменить. Если мы имеем дело с реальным преступлением, скажем, с убийством правыми гопниками чернокожего студента, на такой случай всегда найдутся другие статьи. Сейчас экстремистская угроза - это миф, который используется властью исключительно для борьбы с оппозицией. В-третьих, нужно выгнать из профессии с волчьими билетами «экспертов» Крюкову и Батова вместе с их начальником Разлоговым, а РИК переименовать в РИС - Российский институт стукачества - и перевести из ведения министерства культуры прямо в ведомство г-на Бастрыкина. К культуре эти ребята уж точно не имеют никакого отношения. Неплохо было бы настоящим деятелям культуры на это указать обществу, пока они не написали еще 100 экспертиз по заказу, после которых еще каких-нибудь невиновных людей засадят за решетку. И на милейшего Кирилла Эмильевича указать надо в особом порядке. Кстати сказать, в ходе разговора с одним из адвокатов во время судебного заседания Батов проговорился, что готовится создание нового мега-института, который якобы возьмет на себя работу по всем экспертизам для МВД, СК и прочих правоохранителей. А вскоре Разлогов выступил как проводник вызвавшей ужас в культурном сообществе инициативы об объединении всех институтов Минкульта и создании на их базе некоего мегамонстра «Гуманитарное Сколково» (!). Вероятно, это учреждение и должно получить подряд на экспертное обслуживание органов. А сколько бабла можно будет распилить – о, боги! … Вечером 28 декабря после приговора мы - теперь официально признанные экстремисты - вновь вышли на площадь Свободы у Гостиного двора с транспарантом «Отменить ст. 282 УК РФ» и провели небольшой несанкционированный митинг, чтобы завершить эту историю там, где она начиналась. Шел снег. Под занавес двенадцатого года в «Деле Двенадцати» была символично поставлена точка. Андрей Дмитриев Фото - Сергей Чернов P.S. Автор выражает благодарность адвокатам, свидетелям защиты, освещавшим суд журналистам, представителям общественности, товарищам по партии и всем, кто помогал нам в ходе процесса. |
|
| Copyright © 2006-2026 «Агентство Политических Новостей Северо-Запад» При полном или частичном использовании материалов, ссылка на "АПН Северо-Запад" обязательна |
