АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Четверг, 2 июля 2020 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Десоветизируем Литву - вернем Клайпеду
2013-02-08 Сергей Лебедев
Десоветизируем Литву - вернем Клайпеду

Продолжение темы, поднятой в статье "Десоветизируем Литву - вернем Вильну"

90 лет назад маленькая, только что созданная Литва, совершила акт агрессии против находившегося под международным контролем немецкого города Мемель. Результатом этой агрессии стала оккупация города, сопровождавшаяся постоянными нарушениями прав человека, грабежом материальных ценностей, попыткой насильственного изменения его этнического состава, навязыванием чуждой мемельцам культуры и образа жизни.

Ныне именуемый Клайпедой Мемель являлся частью исторического региона Восточная Пруссия. Город был основан немецкими крестоносцами в 1252 году на земле балтского племени куршей и родственных им пруссов, к XVII веку ассимилированных немцами. Мемель принадлежал Тевтонскому Ордену, затем – Пруссии, а после объединения Германии в 1871 году Мемель стал самым восточным городом Германской империи. Не случайно в словах знаменитого гимна «Германия превыше всего!» звучит – «от Мааса до Мемеля». В состав Великого княжества Литовского, историческим правопреемником которого наряду с Украиной и Белоруссией, может считаться и нынешняя Литва, Мемель и не входил никогда.

После поражения Германии в Первой мировой войне, согласно условиям Версальского мирного договора, Германия потеряла 1/8 часть своей территории, но Мемель в 1919-1923 гг. остался немецким фактически и очень непонятно чьим юридически. Статьей №99 Версальского договора Мемель и прилегающая территория оказался под коллективным управлением Антанты. Во главе края стоял французский военный комиссар и правительство (Директория), состоявшее из местных немцев. В городе находился небольшой французский гарнизон, мемельская полиция также подчинялась французам. Антанта планировала сделать из Мемеля «вольный город» наподобие Данцига, и 90% мемельцев высказались за такой статус.

В 1919-23 гг. город обладал правом заключать торговые договоры с иностранными государствами, имел свой суд, флаг и таможенный суверенитет. Продолжало существовать германское гражданство жителей, и в основном сохраняли силу прежние законы. Но официальное провозглашение нового вольного города не произошло – Мемель стал жертвой агрессии со стороны Литвы.

После распада Российской Империи на свет появилась маленькая, бедная, но очень амбициозная Литва, которая не могла упустить шанс захватить удобно лежащий порт. Правда, открыто вторгаться на чужую территорию было несколько неудобно, и литовские власти решили вторжение своих войск сделать «восстанием» свободолюбивых мемельцев, жаждущих объединиться с великой свободной Литвой. Правда литовцев среди жителей города и окрестностей было всего 26,6%, а немцев – 66,1% но истинных демократов такие мелочи не останавливают. Поэтому 13 января выдающие себя за «повстанцев», литовские войска под командованием полковника Будраса-Половинскиса вторглись на территорию Мемельского края и через пять дней заняли город. Власть перешла к самозваному «Комитету Малой Литвы», который 23 января 1923 года объявил о присоединении города к Литве, переименовав его в Клайпеду (по-литовски значит «равнина», «мокрое место»).

Германия, не имевшая армии по статьям Версальского договора, могла отреагировать только нотами протеста. Зато расположенные в Мемеле 200 французских солдат должны были оказать сопротивление всем попыткам вторжения в город, но сама Франция, в тот момент выбивавшая из Германии контрибуцию, вторглась в Рейнскую область, и была прямо заинтересована в литовском вторжении. В результате «военные действия» в Мемеле выглядели как современная бархатная революция: за пять дней «боев» в городе погибли 2 француза, 12 литовцев и 1 немецкий полицейский, а стреляли «противники» в основном в воздух.

Так Литва, совершив акт агрессии, нарушила европейские границы, установленные Версальским договором. Охваченные мародерским зудом, правители Литвы не могли подумать, что своими действиями они создали прецедент пересмотра версальских границ. То, что границы можно менять и в другую сторону, маленькие правители маленькой страны не поняли. После этого все жалобы на то, что СССР захватил Литву в нарушение международного права, с литовской стороны, мягко говоря, некорректны.

Под давлением парижских и лондонских покровителей Литвы Лига Наций признала ее суверенитет над Клайпедой при условии широкой автономии края, закрепленного особой конституцией – «Мемельским Статутом». Между Литвой и союзными державами Антанты (Англией, Францией, Италией и Японией) 8 мая 1924 года была подписана Парижская конвенция, определявшая статус Мемеля. В статье 2 Конвенции говорилось, что Мемельский край составляет под суверенитетом Литвы «образование, имеющие законодательную, юридическую, административную и финансовую автономию». Таким образом, Литва получила над Мемелем лишь сильно ограниченный суверенитет, но власти и не думали выполнять условия Конвенции, да и Мемельского Статута, что автоматически дезавуировало решение Лиги Наций.

В 1926 году литовские власти распустили местный парламент и запретили немецкие партии. Для усмирения возмущения немцев в Клайпеде было введено военное положение, существовавшие целых 12 лет – вплоть до 1938 года. Но и в такой ситуации, когда под давлением стран – гарантов Мемельского Статута литовские власти разрешили провести новые выборы, 25 из 29 мест в парламенте получили немецкие партии, ставившие своей целью «возвращение в Фатерлянд». Разумеется, в цивилизованной свободной Литве на это ответили арестом выбранного краевого правительства. Судебная Палата Лиги Наций в очередной раз беззубо констатировала нарушение Мемельского Статута.

В 1923-39 гг. в Клайпедский край прибыли тысячи литовских мигрантов, в школах и канцеляриях насильно вводили литовский язык, но город сохранял германский характер, немецкий язык и культура в нем абсолютно господствовали. Клайпеда давала треть валового национального продукта Литвы, хотя в целом промышленное производство Литвы, как и всех лимитрофных государств, так и не достигло уровня 1913 года.

Разумеется, такая ситуация не могла продолжаться долго. Гитлер, который, когда надо, мог быть пламенным демократом, вдруг напомнил литовским политиканам, что в Литве не все благополучно с правами человека, особенно немецкого меньшинства. Разумеется, одного намека фюрера было достаточно, чтобы в Литве началась демократизация. В ноябре 1938 г. в Мемеле было отменено военное положение. На состоявшихся 11 декабря того же года свободных выборах в мемельский парламент 87% избирателей (в том числе и большинство литовскоязычных мигрантов) отдали голоса за единый список немецких партий. После референдума Гитлер потребовал от Литвы вернуть Мемель Германии, что и было сделано 23 марта 1939 года, а 15 мая Англия, а затем и другие члены Лиги Наций признали де-юре переход Мемеля к Германии.

В годы Великой Отечественной войны, тесня неприятеля, советские войска заняли Восточную Пруссию, включая и Мемель. По решениям конференций «Большой тройки» Восточная Пруссия была разделена между Польшей и СССР. Немецкое население края было депортировано. Освободившаяся территория быстро заселилась переселенцами со всего Советского Союза. На своей части прежней Восточной Пруссии советские лидеры создали Калининградскую область в составе РСФСР. Но Мемель, вновь переименованный в Клайпеду, Указом Президиума Верховного Совета СССР 20 мая 1950 года был присоединен к Литовской ССР. Это мотивировалось необходимостью создать республиканский порт, поскольку мелководная Паланга не годилась для этой роли.

Окончательно это территориальное приобретение СССР было узаконено Договором между Союзом Советских Социалистических Республик и Федеративной Республикой Германии от 12 августа 1970 года (Московский договор). Германия официально признала право СССР на Восточную Пруссию, в том числе и Мемель (Клайпеду). Заметим, что собственником города признавался весь Советский Союз, а не его республика.

Интересно, что нет никаких документов, юридически обосновывающих права Литвы на Клайпеду, что признал даже Альгирдас Бразаускас (бывший руководитель республиканской компартии, затем премьер-министр уже постсоветской Литвы). Выход Литвы из СССР обосновывался прибалтийскими деятелями тем, что само присоединение прибалтийских республик к СССР было незаконно. Что ж, в таком случае удержание Клайпеды в Литве также незаконно. Согласно международному праву права на Клайпеду имеет только правопреемник СССР – Россия, которой город должен быть передан от оккупантов. Литва же обязана выплатить денежную компенсацию потомкам мемельцев, и только после этого она сможет именовать себя действительно цивилизованным европейским государством.

Сергей Лебедев

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Эхо истории
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
29.6.2020 Юрий Нерсесов
Эхо истории. С присоединением Крыма РВИО особенно охотно рожает монстров в области его истории. От больших и вонючих, как фильм Первого канала «Нулевая мировая война», который я разбирал два года назад. До маленьких и бесцветных, типа статьи «Балаклавская битва», опубликованной на сайте РВИО в нынешнем году. Переврано в ней всё возможное, причём по-разному.

26.6.2020 Сергей Лебедев
Apocalypse now. Что ж, в истории уже были примеры вырождения и гибели в результате гедонизма целых цивилизаций. Можно вспомнить классический пример Римской империи, В конце концов Римская цивилизация была сметена нашествием варваров, американской сильно везёт, что рядом с ней сильных варварских государств нет, но горит она всё равно красиво. Goodbye America, O!

23.6.2020 Юрий Нерсесов
Щупальца олигархии. О дружбе либерального вице-премьера и любителя шахмат Аркадия Дворковича с православно-консервативным министром сельского хозяйства и покровителем казачества Александром Ткачёвым россияне узнали уже после их отставки. Караоке с «Ах судьба моя, судьба!» Надежды Кадышевой в бизнес-джете вышло чрезвычайно задушевное. Но не придётся ли певцам исполнить «Таганку» или «Владимирский централ» в куда менее комфортном месте?

22.6.2020 Юрий Нерсесов
Развод по-русски. Типа патриотических чучелок из "Единой России" продемонстрировали западной публике в качестве злобных империалистов и фашистов. Затем показали, что для Путина в отличие от подобного зверья осуждение «секретных протоколов» сомнению не подлежит. И напомнили: только действующий президент может держать дрессированных мишек на коротком поводке и загонять пинком в конуру.

15.6.2020 Юрий Нерсесов
Война и мир. Сверхдержавы будут делить мир, пока существует человечество. Независимо от того, кто эти сверхдержавы возглавляет: благословлённые церковью монархи, революционные диктаторы или демократически избранные премьеры. Если же вашу страну призывают покаяться в чудовищном преступлении, значит, делить на сферы готовятся её саму.

15.6.2020 Андрей Дмитриев
Эхо истории. Столичная подземка стала одним из ключевых проектов сталинской эпохи, а спустя десятилетия - и московской мэрии, которая в минувшем году получила контроль над основным пакетом акций АО «Мосметрострой». Разберемся на данном примере в разнице подходов и приоритетов сталинских выдвиженцев и путинских "эффективных менеджеров".

11.6.2020 Юрий Нерсесов
Общество зрелищ. Шугалею сильно повезло, что создатели фильма о нём не столь талантливы, как адвокат из рассказа Тэффи. В противном случае узника, скорее всего, запытали бы до смерти, пытаясь выяснить, где находятся мифические атомные бомбы семьи Каддафи.

29.5.2020 Юрий Нерсесов
Властители дум. Главред журнала «Дилетант» Виталий Дымарский, редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов и их команда не пропадут, даже если «Газпром» отлучит их от своей щедрой груди. Хорошие моэли, то есть специалисты по обрезанию, в российских синагогах на вес золота. Православно-монархический канал «Царьград-ТВ» Константина Малофеева вроде бы идейно далёк от них, но действует точно так же.

22.5.2020 Юрий Нерсесов
Реваншизм. Считая президента Азербайджана Ильхана Алиева виновником скандала вокруг памятника организатору Армянского легиона вермахта Гарегину Тер-Арутюняну (Нжде), премьер-министр Армении Никол Пашинян решил отомстить. То есть выставить недобитым гитлеровцем перед западными друзьями самого Алиева.

17.5.2020 Андрей Дмитриев
Наш дядя Саша. Глядя на поведение Александра Беглова, да и федеральных властей, возникает ощущение, что они заразились новым недугом на почве коронавируса. При котором желание всё контролировать почему-то смешивается с частичной потерей памяти, а поспешные отчёты об успехах никак не стыкуются с жёсткой реальностью жизни в условиях эпидемии.