Заражённые гастарбайтеры

В середине сентября по одному из центральных телеканалов был показан сюжет, смысл которого сводился к следующему – в больнице Боткина с каждым годом фиксируют все больше случаев туберкулеза у мигрантов. Например, специально созданная в этом учреждении медицинская комиссия три года назад выявила всего четыре случая этой страшной болезни у приезжих. Через год – уже 28. Затем – 61. А в нынешнем, еще не закончившемся, году уже семь десятков гастарбайтеров получили страшный диагноз – туберкулез в активной форме.

На начало октября всеми медицинскими учреждениями города выявлено 138 заболевших. Всего же за последние 10-15 лет в санэпидбюро было зарегистрировано около 17 тысяч приезжих, имеющих разные формы туберкулеза, в том числе и активную (или открытую).

У врачей своя методика подсчета. И по ней получается, что на 100 тысяч населения приходится 420 больных. Цифры страшные, наверное, именно они и послужили поводом для утверждения, что Петербург находится на грани эпидемии. Именно это и пытались выяснить на заседании комиссии по здравоохранению городские депутаты еще в начале октября.

Статистика за гранью фантастики

Начальник отдела эпидемиологического надзора Управления Роспотребнадзора по Санкт-Петербургу Олег Парков утверждает, что примерно 10% ВИЧ-инфицированных имеют еще и туберкулез. А горожане обследоваться не хотят. Очереди в поликлиниках, старое и изношенное оборудование поспособствовали тому, что теперь большинство петербуржцев на флюорографию не загонишь. В государственных организациях, правда, вспомнили негласное правило советских времен, когда директора любого предприятия могли и уволить, если к концу календарного года не поступят данные о том, что все его сотрудники прошли флюорографию. Сегодня оно, конечно, изменилось, и теперь работников пугают всякими карами типа: не сделал снимок - не получишь зарплату. Однако особых результатов нет, а в коммерческих структурах и вовсе никого на рентген не гонят.

Официально считается, что в Петербурге ситуация с заболеваемостью туберкулезом лучше, чем по всей России, причем в разы. Во всяком случае, так утверждает Алексей Елькин – заместитель директора по научной работе НИИ фтизиопульмонологии. И заболеваемость у нас ниже почти в два раза, и смертность тоже. Но что-то в это слабо верится. Например, тот же Олег Парков заявил, что среди наших детей заболеваемость туберкулезом на 15-16% выше, чем по всей стране. А вот в городском противотуберкулезном диспансере считают, что с 1991 по 2006 год заболеваемость среди детей выросла на 50%, а за последние шесть лет снизилась примерно на 5%. Неясно, правда, за счет чего. Может быть, просто дети выросли и перешли в другую группу учета? Но даже если и снизилась, то такими темпами – примерно 1% в год - мы достигнем уровня 1991 года только через несколько десятилетий. И вообще, возникает резонный вопрос: откуда такое разночтение в цифрах и данных, что с этим делать и как же, наконец, узнать истинное положение дел с заболеваемостью туберкулезом в Петербурге.

Какой должна быть расчетная заболеваемость туберкулезом на основе детской заболеваемости? Сколько ежегодно больных регистрируется в эпидбюро города, и сколько ставиться на учет противотуберкулезными диспансерами? Как лечатся те, кто не имеет регистрации в городе, в стране, граждане других государств, а то и вовсе без гражданства. Этими и еще рядом других вопросов озадачили депутаты присутствовавших на заседании комиссии главных врачей тубдиспансеров и стационаров. Ответы должны прийти в Мариинский дворец к 1 ноября.

Липовое благополучие

С середины июня утверждена новая федеральная методика анализа эпидситуации по туберкулезу. Депутаты комиссии законодательного собрания во главе с председателем Олегом Сергеевым решили обратиться к главе городского Комитета по здравоохранению Юрию Щербуку с просьбой ввести в действие на территории Петербурга федеральную методику. Если это произойдет, то, возможно, показатели будут иными, чем сейчас. Хотя четкой, ясной и абсолютно прозрачной картины все равно не получится. Ведь ни в одних статистических данных не может быть учтен наш сосед - Ленинградская область. Два региона не разделены ни Великой стеной, ни забором с колючей проволокой, поэтому внутренняя миграция и эмиграция населения туда-сюда перевозит палочку Коха по принципу сообщающихся сосудов.

Тот же господин Парков сообщил, что ни один из стационаров не соответствует принятым на сегодня нормам. И результаты местной проверки ни в чем не противоречат выводам глобальной федеральной проверки фтизиатрических учреждений по стране, проводимой летом под руководством главного санитарного врача Геннадия Онищенко. Из 1275 учреждений больше половины нуждаются в капитальном ремонте, остальные - в косметическом. Опять же почти половина из проверенных больниц не имеет необходимых помещений для персонала, а имеющиеся не отвечают требованиям безопасности.

Хотя, например, Алексей Елькин считает, что на общую картину заболеваемости туберкулезом социальные факторы (бедность, скученность в коммуналках и т.д.) оказывают большее влияние, чем медицинские.

Для таких неизлечимых больных есть специальные медицинские учреждения – хосписы. В Ленинградской области - это больница им Манулова, в Санкт-Петербурге – стационар в Павловске. Там находятся самые тяжелые социально запущенные больные, но при этом больницы не охраняются (и по закону не должны), пациенты могут свободно покидать их на несколько часов или даже суток. Если больной нарушает режим, его просто выписывают, иногда в никуда, и мало кого волнует, что у него открытая форма туберкулеза. То же самое вполне может произойти, если у человека нет ни прописки, ни денег на лечение. В 2004 году из Городского противотуберкулезного диспансера выписали пациента, доставленного с легочным кровотечением по скорой помощи, только на основании того, что у него не было ни регистрации, ни денег на лечение. Именно эта формулировка официально указана в выписном эпикризе.