АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Суббота, 22 июля 2017 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
"Вы моего сердца, суки, суверенитет нарушили!"
2017-02-03 Андрей Балканский
"Вы моего сердца, суки, суверенитет нарушили!"
Публикуем отрывок из только что вышедшей в серии "ЖЗЛ: Современные классики" биографии Эдуарда Лимонова, которую написал его давний соратник Андрей Дмитриев (литературный псевдоним - Балканский): из главы "Рождение партии" - 1996-97 годы, питерская организация и попутчики, захват "Авроры", Азиатский поход

В ноябре 1996 года Лимонов прибыл в Питер, чтобы для оживления отделения объявить о слиянии его с «Рабочей борьбой». Жвания организовал для него лекцию в университете им. Герцена. Помню, после нее, несколько робея от вида вождя, я задавал ему идиотские вопросы: «Как вы относитесь к Довлатову?» и «Эдуард Вениаминович, вы считаете себя романтиком?» Лимонов, поморщившись, отвечал, что талант Довлатова как писателя сильно переоценен, а на романтика и вовсе как-то махнул рукой.

Общение продолжилось в бункере уже для своих. Здесь вождь представил нам Жванию и говорил о необходимости усиления отделения и скорой революции. О том, что если мы ее не сделаем до 2000 года, то партию можно распускать. Тут я задал ему уже более осмысленный вопрос: «Вы же помните, сколько лет готовилась революция 1917 года. Декабристы разбудили Герцена, тот ударил в колокол, разбудил народников и так далее. Видимо и нам надо готовиться к длительной борьбе?» «Я до 2000 года не доживу и все это бесполезно. Надо побеждать раньше», – отрезал Эдуард.

Похожий эпизод произошел в том же году с Захаром Прилепиным. «В 97-м Лимонов приезжал в Дзержинск, - вспоминал он. - Я пришел на его встречу, подошел: «Эдуард, когда будет революция? Я хочу в ней участвовать». «Года через четыре». Через четыре года, правда, выбрали Путина. Но Лимонов в этом смысле был прав: власть через четыре года могла осыпаться, всё к этому шло».

В городе о нас никто не знал и с этим надо было что-то делать. Мы с младшим Гребневым ходили на любые, даже самые мелкие маргинальные акции, чтобы засветить флаг партии и по возможности выступить. Таких тогда в городе проходило довольно много. У Финляндского вокзала любил митинговать депутат от ЛДПР Вячеслав Марычев, памятный своими выходками в Думе, вроде прихода туда в красном пиджаке с накладной грудью. Он нам охотно давал слово, мир его праху. Помимо этого, мы активно «бомбили» город граффити и продавали «Лимонку».

Постепенно отделение начало жить двойной жизнью. Оформилось соперничество между леваками Жвании и нами – вновь прибывшими людьми из группы Гребнева. Вскоре конфликт стал более чем заметен, и весной 1997 года из Москвы мирить нас приехал Лимонов. Он предложил решить спор о лидерстве действием. «Проведите какую-нибудь акцию, заявите о себе. Захватите крейсер "Аврора", например», – сказал неблагодарный Эдуард, только что вернувшийся с экскурсии, в ходе которой капитан корабля лично показывал известному писателю внутренности революционного крейсера.

6 мая 1997 года мы провели захват «Авроры». Это была первая по-настоящему громкая акция петербургского отделения НБП (партия признана экстремистской, её деятельность запрещена на территории РФ - ред.) и первая акция прямого действия (АПД) нацболов, которые впоследствии и сделали партию знаменитыми. В акции участвовало человек пятнадцать. Мы поднялись на палубу как обычные посетили, вышли на нос корабля, а затем полезли на носовую башню и на мачту. Адреналин зашкаливал, сердце билось, а ладони потели, пока я лез наверх. Уже наверху, сидя с флагом на рубке крейсера, я увидел под собой весь Питер, расстелившийся под майским солнцем. Мы кричали: «Отберем у Нурсултана русский север Казахстана!», «Революция!», «Севастополь – русский город!» - и так далее. Внизу беспомощно бегали матросы, не зная, что с нами делать. Минут сорок прошло до приезда милиции. Успели снять нужные картинки и уехать телевизионщики и журналисты. И только потом уже мы сами спустились на палубу и поехали оттуда в отделение.

«А зачем вы орали: "Смерть панкам-металлистам"?» – Спросил один из ментов. Разъяснение, что на самом деле кричали «Смерть чеченским террористам» (что было чистой правдой), его вполне удовлетворило.

Времена, как уже говорилось, были либеральные, ельцинские. Нам вменили какое-то административное правонарушение, никого даже на сутки не посадили, а мне, как несовершеннолетнему, отправили письмо в школу. Там директор, вызвав меня к себе в кабинет, сообщил, что поддерживает наши лозунги и эту акцию.

Именно «Аврора» ознаменовала собой победу группы Гребнева над группой Жвании. Дмитрий активно участвовал в ее подготовке, проводил разведку, привел СМИ и организовал медиа-подсветку, но лично на мачту не полез, стоя внизу у корабля с другими журналистами. Он так до конца не определился со своей ролью. Тот же Лев Лурье написал тогда статью о том, что несколько странно, будучи лидером партии, описывать ее же акции в газете «Смена» под псевдонимом «Нестор Гусман» - можно ли, мол, представить в этой роли Ленина? Таким образом, в питерском отделении началась новая эра. Мы стали, как говорил Гребнев-старший, «бандой штурмовиков».

Закрывая тему Жвании, в дальнейшем то сближавшегося, то вновь отдалявшегося от нас, нужно отметить, что его гауляйтерство, являясь частью партийной истории, было в целом случайным эпизодом. Он был не нацболом, а попутчиком, волею судеб и Лимонова оказавшимся во главе организации на небольшой срок, всего на несколько месяцев. Прийди Андрей Гребнев в организацию чуть раньше, этого могло бы и не случиться.

Другим попутчиком, но, в отличие от Жвании, за много лет никуда не девшимся, стал «анфан терибль» питерской журналистики Юра Нерсесов. Я познакомился с ним в школе юных историков «Добрыня», руководимой почвенником и патриотом, радушным бородатым дядькой Борисом Михеевым, где Юра готовил старшеклассников к городским олимпиадам по истории. Полуармянин-полуеврей, в очках, он сам любил пошутить на предмет своей схожести с карикатурами из гитлеровского антисемитского журнала «Der Sсhturmer» и казался совершенным, по терминологии Гребнева, «интелем», но был склонен к авантюрам. Юра участвовал в обороне Белого Дома, ездил в воюющее Приднестровье, писал неполиткорректные статьи про академика Сахарова, Николая II и холокост, а в молодости, работая на заводе «Электросила», чуть не сел. Когда до него докопались трое пьяных слесарей, назвали «жидовской мордой» и попытались побить, Нерсесов удрал от них, подобрал арматурину и набросился с ней сзади из-за угла на одного из обидчиков. «Когда он упал с разбитой головой, я поймал дикий кайф, мне захотелось добить его и лизать кровь на полу, – вспоминал он. – Но подумал, что 5 минут удовольствия не стоят 10 лет зоны».

В справочнике издательства «Панорама» Юра проходил не как левый или правый, а как тотальный, красно-коричневый экстремист. Одной из его излюбленных целей в 1990-е был мэр Петербурга Анатолий Собчак, который уже после поражения на выборах и отставки всё же подал иск о защите чести и достоинства. Процесс превратился в шоу. Нерсесов и его команда выясняли: правда ли что младшая дочь Собчака хочет стать валютной проституткой? Действительно, ли градоначальник, как утверждала в интервью его супруга Людмила Нарусова, купает в ванной 15-летнюю Ксению? Каким извращениям и психиатрическим отклонениям это соответствует? Судя по рассказам очевидцев, экс-мэр от такого глумления, с удовольствием раздуваемого прессой, реально страдал, принимал валидол, проиграв процесс, написал на своего мучителя заявление в прокуратуру, что тот его убивает, и вскоре действительно умер…

В общем, весьма опасный человек Нерсесов. Лучше с ним не связываться. Когда Дугин в Питере баллотировался в Думу при поддержке Курехина, Юра поучаствовал в его компании, и, по его утверждению, мэтр попытался кинуть его на деньги. В ответ Нерсесов наехал на всю НБП, опубликовав статью «Загнивание тропических фруктов» в анархическом журнале «Черная звезда». Собственно, идеологически и стилистически партия – особенно в тот период – ему была вполне близка, поэтому он начал цепляться к мелочам. Упомянув, например, про то, что «Лимонка» зря ставит в пример «неудачников и лузеров», как упомянутые выше Кодряну и Боб Денар.

Эдуард ответил ему в тексте с характерным названием «Лимонка в журналистиков»:

«Автору статьи в газете анархистов "Черная звезда" не нравится мой друг, король солдат удачи Боб Денар: "Этот субъект неоднократно пытался организовать перевороты в различных африканских странах, но везде негры вышибали его пинками под зад. Пару раз Денару удавалось захватить Коморские острова (площадь 1900 кв. километров, население 300 тыс. человек). Но в итоге его выперли и оттуда". Деформированный, кривозубый, криворожий, шаркающий одной ногой, форменная жертва аборта — автор статьи (я его лично знаю), да посмотри ты ради бога в зеркало! Ты хоть бабу одну стоящую захватил за сиську в своей жизни, не говоря уже об островах с якобы недостающей площадью? Злоба мелкого человека против тех, кто выше, больше и благороднее его, сквозит во всех фразах завистливого и злобного племени журналистов».

Юра совершенно не обиделся, изучив биографию Кодряну, признал, что у того были интересные идеи, а вскоре во время одного из приездов Лимонова в Петербург произошло их историческое примирение. «Берегите этого маленького человека с большой головой. Он нам еще пригодится», – сказал нам Эдуард на Московском вокзале, садясь в поезд. И действительно, пригодился и не один раз...

Но вернемся к событиям весны 1997 года. Мы не зря кричали на «Авроре» про хана Нурсултана. В тот период началось брожение среди казаков и русского населения Северного Казахстана и предполагалось, что партия примет там участие в народном восстании. На 2 мая был назначен казачий круг в Кокчетаве, предполагалось либо создание автономии, либо провозглашение казачьей республики, с последующим присоединением к России. Казаки попросили помощи людьми, и Лимонов с семью соратниками отправился в так называемый «азиатский поход».

С самого начала пути их сопровождали российские оперативники, несколько раз, не скрываясь, обыскивали: «Пулемёты везёте?» В Кокчетаве на перроне встретила толпа ментов. Нацболы оказались единственной приехавшей группой, хотя собирались и жириновцы, и баркашовцы, и националисты Беляева. Несколько групп казаков были задержаны ещё на территории России российскими же спецслужбами. Пригласившего Лимонова атамана Петра Коломца также арестовали, но уже в Алма-Ате, их казахские коллеги. Вскоре выяснилось, что перепугавшиеся власти проведение круга запретили, и в итоге казаки от мероприятия отказались.

В тот приезд, гуляя по Алма-Ате под бдительным оком местных спецслужб, Эдуард решил пойти посмотреть на родной дом выросшего в этом городе Жириновского. И не пожалел об этом:

«Когда я там побывал, вспомнил харьковскую юность и свой дом. Это такой двухэтажный с террасой деревянно-глинобитный домишко. Это вот русские в рассеянии. Надо понимать, почему он выступает с такими идеями. Диаспорой русских на Украине нельзя назвать, а он был истинная диаспора. Это русские, которые завоевали эти территории, жили там. В пределах Садового кольца ни фига не понять этого. Понятно, что он думает, что это его земля – а чья это еще земля? Вот эти покосившиеся террасы, шелудивые собаки, все это выходит к какому-то гнусному косогорику, по которому стекает вода и во время дождя все это превращается в месиво такого говна. Я вспомнил, что у нас в Харькове рядом тоже были три кладбища, профсоюзное училище – говно жуткое. Это не Садовое кольцо, но это земля, где твой отец ходил в галифе, сажал какую-то х.йню... Люди, живущие с такой ментальностью как у меня, или Жириновского (тут уже неважно, что с ним потом случилось), их миллионы. Этого не понять вот этим пидорам лощеным. А то они лезут – вы там нарушили суверенитет Украины. Вы моего сердца, суки, суверенитет нарушили! И я никогда вам этого не прощу!»

Чтобы не возвращаться просто так в Москву, Эдуард отправился с ребятами в 201-ю дивизию, охранявшую границу в Таджикистане. В течение 14 дней на поездах и автобусах они добирались до нее с различными приключениями, и наконец достигли цели. В Курган-Тюбе Эдуард познакомился с ещё одним «псом войны» своей жизни вслед за Бобом Денаром и приднестровским комбатом Костенко. Это был знаменитый полевой командир Махмуд Худойбердыев, воевавший под красным флагом, позже поднявший мятеж против президента Рахмонова, разгромленный с помощью российских войск и загадочно погибший.

В расположении дивизии Эдуарда все восхитило. Колониальные ароматы, экзотика, военное присутствие империи – пусть уже и распавшейся. Киплинг. «А все началось с приезда в 1991 году Травкина, Собчака, Велихова. Приехал старший брат и указал младшему: "Давай в демократию!" Эх, неплохой был народ таджики, Эдуард Вениаминович! – С сожалением говорил ему подполковник Александр Рамазанов. – Из рук выпустили. Нельзя выпускать детей, животных, скотину из рук».

К концу мая Эдуард с нацболами вернулись в Москву, отмотав более шести тысяч километров.

Эту музыку он готов слушать до конца жизни. После этих впечатлений просторы Средней Азии снились ему в тюрьме:

Страшно проснуться: пустая тюрьма
Утром проснулся рано
А под ногами, с крутого холма
…Бактрия и Согдиана…

Жёлтые обе. Милые две
Родины у султана
Бактрия – словно бы грива на льве
Дождь золотой – Согдиана

Я не доставлю вам… я не умру
Как лепестки из фонтана
Нежно стучат о земную кору
…Бактрия …Согдиана

Ты пишешь письмо мне?
А адрес прост:
каракули крупного плана
Азия – где небеса – купорос
Бактрия… Согдиана…

…Будет полёт золотых орлов
Но соль будут лить на рану…
Пока не увижу с высоких холмов
Бактрию и Согдиану

Вероятно, именно после этой поездки он задумался о возможном конце жизни, как описал Эммануэлю Карреру – дервишем, на восточном базаре, у древних стен Самарканда.

Андрей Балканский

Вверху - Андрей Гребнев и Эдуард Лимонов на демонстрации в Москве, 1998 г. Фото Данилы Дубшина.

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Credo
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
11.7.2017 Александр Сивов
Failed state. Сколько зарабатывают самые образованные и удачливые граждане Украины, выезжающие в ЕС? Тайна сия велика, и её старательно охраняют. Поскольку я сам в своё время работал в Брюсселе на строительных халтурах, иногда вместе с выходцами из Западной Украины, Молдавии, Румынии и России, раскрою это страшный секрет.

8.7.2017 Юрий Нерсесов
Русофобия. Посетив Варшаву и встретившись с президентом Польши Анджеем Дудой, его американский коллега Дональд Трамп уделил особое внимание перечислению грехов, в которых перед поляками должны каяться клятые москали. Вспомнил и установление коммунистического режима, и вторжение Красной Армии в 1920 году (о захвате поляками перед этим Киева и Минска ни слова) и конечно отказ поддержать Варшавское восстание 1 августа 1944 года.

6.7.2000 Владимир Антонов
Эхо истории. В 1947 году возвратившийся из Синьцзяна генерал-майор Эйтингон был вновь назначен заместителем генерал-лейтенанта Судоплатова, возглавлявшего отдел МГБ СССР по диверсионной работе за границей. В послевоенные годы ему пришлось принимать самое непосредственное и активное участие в разработке и реализации оперативных мероприятий, в частности по ликвидации литовских националистических бандформирований.

6.7.2017 Юрий Нерсесов
Их нравы. Уголовное дело против генерального директора «Почты России» Дмитрия Страшнова до слёз огорчило журналистку подкремлёвского сайта «Взгляд.ру» Ирину Алкснис. Ну выписал эффективный менеджер государственного предприятия себе премию в 95,4 миллиона казённых рублей, и чего? Если и нарушил чуток закон, то всё равно моральное право имеет!

29.6.2017 Максим Калашников
День грядущий. Бомонд повторяет, причем в ухудшенном варианте, все ошибки Брежнева. А это значит, что нас впереди неминуемо ждет весьма опасный, критический момент. Переход кризиса экономического в кризис политический. И в этот момент только от нас вами, простых людей, будет зависеть судьба страны.

20.6.2017 Юрий Нерсесов
Пропагандоны. Бандит Дуг Бэдмен из комического вестерна «Лимонадный Джо» едва не совершил непростительную ошибку, решив стать честным человеком. «Мой бизнес требует людей разных дарований. - Вовремя разъяснил ему папа-миллиардер. - Преступник ли, праведник ли, мы все одна семья!» Президент России Владимир Путин не глупее старика Бэдмена и в его мозгопромывочном тресте задействованы носители всех основных политических учений.

18.6.2017 Сергей Лебедев
Эхо истории. Действия Гомулки вызвали в Польше бурный народный подъем. На некоторых транспарантах писались три даты – 11 ноября 1918 (восстановление независимости Польши), 9 мая 1945 года (завершение Второй Мировой войны освободившей Польшу от гитлеровцев), 19 марта 1968 года (начало освобождения Польши от сионистов). В итоге однако всё это вызвало широчайший резонанс в мире и сыграло роковую роль в судьбе Гомулки и социалистического строя в стране.

9.6.2017 Кирилл Пургин
Дефективный менеджмент. Каждый, кому доведется отправиться из Санкт-Петербурга в направлении Приморска (до начала XIX в. – Бьёрке, потом Койвисто) имеет уникальный шанс прийти по итогам этой поездки к одной окончательной и бесповоротной уверенности: губернатору Ленинградской области Александру Дрозденко следует при жизни поставить памятник за сохранение исторического наследия северных районов подведомственного региона. По крайней мере - в части дорог.

7.6.2017 Юрий Нерсесов
Национал-предатели. Долги по зарплате достигли 69 миллионов гривен, остатки трудового коллектива, переведённого на однодневную (!) рабочую неделю митинговали и разбегались. Казалось, ещё немного и «Южмаш» рухнет окончательно, но это только казалось. Кто же пришёл на выручку бывшим днепропетровцам? Правильно, клятые москали!

5.6.2017 Юрий Нерсесов
Их нравы. Ложь и лицемерие кремлёвцев, начиная с главы государства, медленно, но неуклонно разъедают общество с неизбежным финалом. Когда в марте 1917-го, в российской армии отменили обязательное причастие, причащаться перестали 80% православных воинов, а когда в 1991 году членство в компартии из средства карьеры превратилось в обузу, 18 миллионов членов КПСС побросали партбилеты. Точно так же легионы путинских ханжей позабудут о своём высоколиквидном патриотизме, как только перестанут получать с него дивиденды.
Reklama