Не успели еще просохнуть протоколы по так называемым «президентским выборам», победитель которых с пафосом заявлял, что «свобода лучше, чем несвобода», и что необходима «гуманизация правосудия, а, главное, смягчение меры пресечения до вынесения приговора, - как эту «гуманизацию» ощутил на себе лидер питерского «Яблока» Максим Резник.

Начнем с фактов.

Весь день и большую часть ночи в офисе «Яблока» работали представители Ассоциации «ГОЛОС», которые при помощи «яблочников» вели наблюдение за выборами и фиксировали нарушения. В офис пришел и бывший член партии Сергей Инденок (его роль до сих пор остается неясной – гипотезы высказываются разные). Около 3 часов ночи он решил ехать домой на Васильевский остров, а поскольку Резник тоже живет там – вызвали такси. Инденок вышел первым, Резник – вскоре после него. И увидел драку между Инденком и двумя неизвестными гражданами.

Резник попытался их разнять (заметим: все участники конфликта подтверждают, что в драке он не участвовал, а только разнимал), и в это время откуда-то появилась якобы случайно проезжавшая мимо машина вневедомственной охраны. Выскочившие из нее трое милиционеров стали задерживать всех участников конфликта. Дальше начинаются разночтения: милиция уверяет, что Резник пытался помешать им задержать Инденка, и тем самым «не выполнил их законные распоряжения», более того - будучи в состоянии алкогольного опьянения, нанес трем сотрудникам милиции удары по лицу, ноге и руке, и также оскорбил их. Сам Резник уверяет, что был трезв, что уговаривал милиционеров не задерживать Инденка, но ни к кому из них не прикасался. Напротив, его сбили с ног (как сами милиционеры признают – провели «удушающий прием»), порвали ему пальто, и сильно ушибли голову. После чего вместе с Инденком привезли в 78-е отделение милиции.

Впоследствии именно на эти показания милиционеров будут опираться и следователь, и судья – мол, один Резник побил троих милиционеров. Но верится в это плохо. Где же, интересно, результаты их медицинского освидетельствования? Насколько тяжкий вред причинен их здоровью? Когда именно они получили эти травмы? Наконец, кто верит, что человек, многократно участвовавший в акциях протеста, и хорошо знающий, как ведет себя милиция даже в отношении мирных граждан, станет, что называется, «нарываться» и избивать милиционеров?

Резника привезли в отделение в 4 часа утра – а следственные действия начались только в 18 часов, хотя должны были начаться в течение трех часов после задержания. Утром 4 марта он еще говорил по мобильному телефону (потом у него сел аккумулятор, а зарядить его милиционеры не разрешали). К нему приехали мать и адвокат Юрий Айрапетян – их не допустили. Никакого протокола не было составлено, хотя Резнику, по его словам, заявили, что его будут обвинять в «сопротивлении сотрудникам милиции». Потом появилась гипотеза о «оскорблении представителя власти», потом – о заявлении некого гражданина о том, что Резник, якобы, «пытался повредить его автомобиль». После 17 часов Резника перевели в 11 отделение милиции, где его допросил следователь. И тут-то и появилась информация о том, что его подозревают в совершении преступлений по двум статья Уголовного Кодекса – применение насилия в отношении представителя власти и оскорбление должностного лица (статьи №№ 318 п.1 и 319).

Все это более чем странно – по ряду причин. Если милиционеров действительно избили – это должно было быть зафиксировано в протоколе о задержании Резника, который он должен был бы подписать. Но ему, как уже сказано, ничего не давали. И куда вероятнее другое.

Либо сперва Резнику собирались вменить традиционную статью 19.3 КоАП о «неповиновении» (Инденок, заметим, получил трое суток ареста именно по ней), а потом в милиции сообразили, что к ним в руки попался завидный «улов», и можно подвести его под уголовную статью… либо вся эта история с самого начала была спланированной провокацией, имевшей целью посадить Резника за решетку.

Как проходил суд – что называется, отдельная песня. Адвокаты – Айрапетян и Борис Грузд, - камня на камне не оставили от «доводов» следователя и прокурора. Ничем, кроме заявлений якобы тяжко пострадавших милиционеров, не подтверждается, что Резник их бил и нанес им какие-то травмы. Обвинение ему еще не предъявлено – это произойдет, как представляется, только в пятницу. Это значит, что доказательства обвинением еще не собраны. В частности, Максим просил допросить трех очевидцев этого конфликта, которые могут показать, что никакого преступления он не совершал. Так вот, они еще даже не вызваны. Но уже сейчас обвиняющая сторона потребовала для Резника максимально суровой меры пресечения! Хотя есть и домашний арест, и подписка о невыезде, и залог…

Мера пресечения в виде ареста выбирается в отношении подозреваемого в исключительных случаях – но никаких «исключительных случаев» не то что не было доказано, они даже не попытались сослаться на это. Преступление, в котором подозревают Резника - это преступление средней тяжести. Как правило, мера пресечения в виде заключения под стражу избирается лишь тогда, когда нет возможности избрать более мягкую. Наконец, аргумент следствия о том, что Резник, «используя свое положение как общественного деятеля и политика, будет оказывать давление на следствие и пострадавших», вообще критики не выдерживает. Будь Резник высокопоставленным чиновником Смольного или лидером «Единой России» - еще было бы о чем говорить (правда, в этом случае вряд ли кто осмелился бы его задержать). Но как может «давить» на следствие и «пострадавших» милиционеров лидер оппозиционной и преследуемой властями партии? Полный бред.

Судья Дзержинского районного суда Ольга Андреева (должна, должна страна знать своих героев!) проигнорировала двадцать пять (!) личных поручительств за Резника. А их подписали Ольга Старовойтова, Юрий Вдовин, Юлий Рыбаков, Михаил Амосов, Александр Винников, Борис Пустынцев, Наталия Евдокимова, Ольга Покровская, Юрий Карпенко (депутат ЗАКСа), Татьяна Дорутина, Ольга Штанникова… А постановление об избрании меры пресечения судья зачитала лишь в присутствии адвокатов, прокурора и следователя – в зал заседаний не пустили никого. Перед этим судья объявила перерыв для оглашения решения – но после перерыва в зал пригласили только мать Резника Галину. Мы сразу почуяли неладное. Но выяснилось, что когда Галина вошла – судьи уже не было, а были только конвоиры с автоматами, и ей предложили подойти к клетке, и поговорить с сыном. Видимо, г-жа Андреева смертельно боялась, оглашая решение, смотреть в глаза не только коллегам Резника, правозащитникам и журналистам, но и его матери…

Что теперь? Максим Резник объявил голодовку, у здания прокуратуры проходят одиночные пикеты, в которых участвуют представители разных партий и движений, правозащитники готовят обращение к общественности. Четыре депутата Госдумы – Оксана Дмитриева, Иван Грачев, Галина Хованская, Олег Смолин, - обратились в Следственный комитет с просьбой изменить Максиму меру пресечения на подписку о невыезде. Такие же обращения сейчас будут направлять и многие другие политики и обычные граждане. Бюро питерского «Яблока» потребовало изменить Резнику меру пресечения, и заявило, что «уголовное дело против него сфабриковано властью с целью дезорганизовать деятельность не только петербургской организации «Яблока» накануне конференции «Новая повестка дня демократического движения в России», которая должна состояться 6 апреля в Петербурге, и председателем оргкомитета которой является Максим Резник, но и всей петербургской оппозиции, в которой Максим Резник играет ключевую роль».

«Мы расцениваем заключение Максима Резника под стражу, как яркую иллюстрацию наступления полицейского государства на гражданское общество. Симптоматично, что новая волна политических репрессий начинается сразу после президентских выборов – и их жертвой, в конечном счете, может стать каждый гражданин, в чем-то неугодный власти», - говорится в заявлении.