 |
|
| ГЛАВНАЯ |  |
НОВОСТИ | |
ПУБЛИКАЦИИ | |
МНЕНИЯ | |
АВТОРЫ | |
ТЕМЫ |
| Понедельник, 5 октября 2026 | » Расширенный поиск |
 Достоевский против Пакта Молотова-Риббентропа. Часть 2
Классик русской литературы и один из столпов её философии посмертно помогли перестроечному руководству сокрушить Советский Союз
Начало - здесь. Сладкий яд идеала Одной из первых таких мутаций стало творчество русского философа Владимира Соловьёва. Человек, психически не слишком здоровый (лечился от всех болезней скипидаром, отчего в 47 лет и умер, а также видел во плоти дьявола, который один раз даже его оседлал) пошёл еще дальше. Если Достоевский проповедовал жертвенность во имя славянских народов, то Соловьёв желал положить страну на алтарь под чутким руководством Вселенской Церкви. «Русский народ - народ христианский, и, следовательно, чтобы познать истинную русскую идею, нельзя ставить себе вопроса, что сделает Россия чрез себя и для себя, но что она должна сделать во имя христианского начала…» Стране с чудовищной бедностью, с неграмотностью большинства населения, с запредельной детской смертностью нельзя даже помыслить сделать что-то для себя. Очень интересно! А что тогда требуется? Ответ готов: «Раскаяться в своих исторических грехах и удовлетворить требованиям справедливости, отречься от национального эгоизма, отказавшись от политики русификации и признав без оговорок религиозную свободу… Русская империя, отъединённая в своём абсолютизме, есть лишь угроза борьбы и бесконечных войн. Русская империя, пожелавшая служить Вселенской Церкви и делу общественной организации, взять их под свой покров, внесёт в семейство народов мир и благословение». Не совсем понятно: если Россия должна служить Кафолической, то есть, в переводе, Вселенской Церкви, как именует себя Православие, то, причём тут религиозная свобода? О, здесь прячется хитрый подвох! Оказывается, под Вселенской Церковью Соловьев понимал не то, что прочие православные. С его точки зрения, Вселенской Церковью являлось всё христианство со всеми его ответвлениями, сектами и секточками. Особенные же симпатии он испытывал к католицизму, считая папский престол в Риме «чудотворной иконой вселенского христианства». По Соловьеву, Россия должна взять дело Вселенской Церкви под свой покров, но в реальности-то совершенно ясно, кто кому будет подчиняться! Достоевский считается у нас крупнейшим православным писателем. Соловьёв — столпом православной философии. Именно через них советская интеллигенция постигала христианство. И к чему же они призывают? Первый требует от России святости – потому что никто, кроме святых, на такую самоотверженность не способен. В монастырях уверенность в собственной святости называется прелестью, упорство в которой ведёт к гордыне — первому из смертных грехов. Соответственно, в прелесть впадают и поверившие Достоевскому. Но советской интеллигенции такие тонкости были неведомы. И вот уже она идет по той же дорожке, что и достоевская Россия – начинает считать себя совестью нации, убеждает в этом других и в итоге заводит страну сперва в идеологические тупики диссидентства, а потом и в «перестройку». Ну а то, что она не гнушалась брать деньги от противников державы – так ведь и Фёдор Михайлович, призывая солдат гибнуть во имя высшей справедливости, просаживал в рулетку драгоценности супруги. Что же касается воззрений Владимира Соловьева – то это просто ересь, причем именно в церковном, а не в литературном понимании. В православии Вселенская Церковь это именно православные патриархии и только они. Но, опять же, такие тонкости советской интеллигенции были неведомы. Православная жизнь в конце XIX века находилась в таком же застое, как и социализм в 70-е, официозная идеология государства была такой же выморочной, как марксизм-ленинизм при товарище Суслове, а душа хотела чего-то большого и светлого, и на этой почве российская мысль принимала самые экзотические формы. Споры о прогрессе, об историческом пути России и русского народа гремели такие – куда там «перестроечным» баталиям! Сладкий яд мечты об идеале был растворен в русской литературе и публицистике, пропитал её насквозь. А когда в ХХ веке в школах изучали великую русскую литературу, вместе с ней дети получали и порцию яда. Большинство старшеклассников благополучно пропускало школьную науку мимо ушей, но «книжные», интеллигентские дети относились к делу серьезно. И вот в поисках идеала юные интеллигенты постепенно становились идеалистами-диссидентами, ведь сущность диссидентства – это как раз яростная критика существующего строя за то, что он не отвечает некоему выдуманному идеалу. Ну а потом пришли господа яковлевы, которые сами-то ни разу не идеалисты, и дальнейшее – дело техники. А поскольку идеологии и национальной идеи у нас по-прежнему нет, в пустоте растут и ветвятся уже новые сказки, которые их авторы хотят провозгласить новой былью. Простить и заплатить Современные российские либералы мыслят ровно в том же духе, что и Соловьёв, только место Ватикана у них занимает Белый Дом. «Россия должна определиться и по вопросу о том, готова ли она расширить число военнослужащих, направляемых для участия в миротворческих операциях за рубежом. При обсуждении этого вопроса необходимо понимать, что расширение такого участия, помимо ценного опыта подготовки воинских частей и соединений в условиях, приближенных к боевым, напрямую связано с ростом конструктивного авторитета нашей страны в мире», – сообщается в 230-м пункте программы движения «Солидарность» бывшего вице-премьера и несостоявшегося президента Бориса Немцова. В принципе, мысль правильная, но что он понимает под «конструктивным авторитетом»? В 235-м пункте это открыто указывается: – «Прямое военное сотрудничество России и НАТО в вопросах обеспечения международной безопасности, разрешения региональных конфликтов, борьбы с терроризмом – эффективный путь к более спокойному и безопасному миру». Один к одному Соловьев, только названия поменять. Есть у этого идейного древа и религиозная ветвь. Герой «православного» романа «Мечеть Парижской Богоматери» писательницы Елены Чудиновой (кстати, со времени выхода романа она успела перейти в католичество), российский разведчик и этнический серб Слободан Вукович ненавидит европейцев, бомбивших Белград. Но в конце книги присоединяется к отряду французских католических боевиков, воюющих с исламским правительством Франции, и гибнет. А как же долг разведчика, которого Россия послала в Париж руководить агентурной сетью, а не присоединяться к боевикам-смертникам? Фи, какие мелочи! Ведь Вукович «пришёл сюда ради того, чтоб бок о бок разделить тяготы мятежа с народом, когда-то причинившим зло его народу, но теперь страдающим в той же мере, если кто-то вообще может знать меру страданий. Он пришёл сюда, чтобы быть вместе с народом, который он простил». О том, чтобы быть вместе с народом, который дал ему приют и новую родину, речи нет. И русская писательница всецело это одобряет. Есть ли в структурах власти новые яковлевы, которые терпеливо взращивают подобные цветочки? Куда же без них! Вот, например, боевик «Личный номер», снятый при поддержке министерства культуры и даже удостоенный премии ФСБ. В нём есть чрезвычайно примечательный эпизод: исламские террористы захватили самолёт с радиоактивной капсулой, которую хотят взорвать над Римом. Узнав об этом, российский президент приказал сбить самолёт над своей страной. Почему во имя Рима надо жертвовать Пензой или Ярославлем? Или там не люди живут? Впрочем, авторы боевика всего лишь идут в русле гораздо более ранних идей бывшего мэра Москвы и верного соратника Яковлева Гавриила Попова. В разгаре «перестройки» он говорил, что в случае атомной войны нам ни в коем случае не следует отвечать на удар США – нас это все равно не спасет, а у человечества будет больше шансов выжить – вполне в духе Достоевского. Идеям Соловьева он тоже отдал дань, двадцать лет спустя заявив, что «необходимо изъять из национальной компетенции и передать под международный контроль ядерное оружие, ядерную энергетику и всю ракетно-космическую технику. Нужна передача под глобальный контроль всего человечества всех богатств недр нашей планеты. Прежде всего — запасы углеводородного сырья», таким образом «отрекаясь от национального эгоизма» и переходя под знамя «Вселенской Церкви»… пардон, «глобальных сил». Впрочем, это одно и то же. А вот «достоевщина» в чистом, незамутненном виде. Автор агентства «Регнум» Руслан Хубиев опубликовал статью о причинах ненависти Запада к России. Оказывается, все дело в антагонистическом несовпадении ценностей. «Москва… на фоне своих ценностей, а также “неправильных” шагов, бросает тень на “величие” “цивилизованного” мира». Ценности у нас, конечно, русские традиционные – жизнь по совести, связь со своей страной. А «главная основа жизни Британии и США – деньги. Все поступки, операции, войны, пропаганда и решения коллективного Запада определяются их единственной целью – получением прибыли». Поэтому «рукотворные перевороты, устроенные Британией и США в рамках Арабской весны, с бесконечной цепочкой жертв и поломанных судеб… только Россией воспринимались как ничем не оправданный кошмар. С точки зрения западного мира, в ценностный аппарат подобные действия укладывались полностью. Революции в неких далеких и неправильно живущих странах сделали богаче западный мир, а значит, религиозно и морально-этически, это было верное решение. Россия, с другой стороны, вмешавшись в аналогичный сирийский конфликт, поступила крайне необъяснимо. Поскольку, по логике англосаксонского мира, доход в карманы государства помощь Дамаску не несла». Ну, так зачем же, по мнению автора, мы туда влезли? «Ограблению третьих стран и “богоугодному обогащению” Москва мешает. И так было всегда». Можно за многое критиковать российское правительство, в том числе и спорить о целесообразности участия российской армии в сирийском конфликте – но в таком оно неповинно. Вообще-то в Сирии находятся наши единственные военные базы в Средиземноморском регионе; сирийские месторождения нефти и газа чрезвычайно привлекательны для российского бизнеса; Сирия покупает российское оружие. Обкатывать в боевой обстановке солдат и новые образцы военной техники, а также уничтожать исламских террористов тоже лучше подальше от своих границ. Ну и много другого, оборачивающегося именно доходами, экономией средств или «борзыми щенками». Однако господин Хубиев выше столь грубых материй. И как же символично, что начинается это пафосная прокламация с упоминания Достоевского! Соседи об идеологии жертвенности знают и стараются использовать. В 2014 году Болгария по требованию Евросоюза отказалась проводить по своей территории уже согласованный с Россией газопровод «Южный поток». Убытки «Газпрома» превысили 800 млн. евро, их пришлось списать, а «Южный поток» заменили газопроводом через Турцию. Но проблемы с газом никуда не делись, и болгарский премьер Бойко Борисов во время прошлогоднего визита в Москву попросил сделать себе отвод от «Турецкого потока». А получив предварительное согласие, с удовлетворением отметил, что «старший всегда умеет прощать». «Меня всегда смущают рассуждения, кто тут старший, кто младший, - прокомментировал слова гостя Владимир Путин. - Потому что старшего все побуждают заплатить». И ведь не потребовал компенсации убытков, вот что характерно! Так что, хоть и с грустной иронией, но продолжаем жертвовать. Елена Прудникова Редакция «АПН Северо-Запад» благодарит за консультации нашего постоянного автора, доктора философских наук Сергея Лебедева. |
|
| Copyright © 2006-2026 «Агентство Политических Новостей Северо-Запад» При полном или частичном использовании материалов, ссылка на "АПН Северо-Запад" обязательна |
