АПН
Загрузка...
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Четверг, 23 января 2020 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Политический инцест
2008-04-22 Борис Вишневский
Политический инцест

Полемика с Иваном Федоренко

После окончания недавнего «съезда победителей», избиравшего председателем «Единой России» так и не вступившего в нее Владимира Путина, губернатор Петербурга Валентина Матвиенко заявила, что город с областью все-таки надо объединить.

Что, мол, она будет обсуждать это с Владимиром Путиным как с главой нового правительства. Что можно будет более эффективно использовать земельные ресурсы, энергетические мощности, создать равные условия для жителей двух регионов. Что в Петербурге не хватает места для промышленных предприятий, а в случае объединения появилась бы возможность вывести их за пределы города, придав новое развитие как городу, так и области. Что, мол, «не все однозначно поддерживают это решение, но это мое убеждение основано не только на эмоциях, но на конкретном экономическом анализе». Что «экономически это всегда был один регион, а объединение возможностей области и города дало бы эффект для жителей». И так далее, и тому подобное.

Все тут же вспомнили, что Владимир Путин в феврале заявил, что не считает целесообразным объединять город и область, и заговорили о неслыханной смелости губернатора, решившейся пойти против президента. И мало кто вспомнил, что все аргументы Валентины Ивановны и других сторонников объединения звучали уже много раз – и всегда вызывали, как минимум, усмешку. Год назад автор анализировал эти аргументы на сайте АПН-СЗ – и, в общем, ничего нового сейчас не прозвучало. Тщательнее надо, господа. То есть, конечно, если будет высочайшая воля – и референдум проведут, и явку в 99% нарисуют (как бы оппозиция не уверяла, что никто не участки не пришел), и областной губернатор Сердюков возьмет под козырек и немедленно станет сторонником объединения…

Напомним, что «объединительный» вопрос за последние пятнадцать лет поднимался раз десять. Каждый из глав Петербурга считает своим долгом примерно раз в год-два выступить с этой судьбоносной инициативой. И каждый раз – безрезультатно.

Впервые об этом заговорили еще тогда, когда город и область возглавляли Анатолий Собчак и Александр Беляков. Правда, мэр быстро забыл о том, что собирался объединяться с соседями. Тем паче его отношения с главой администрации Ленобласти, мягко скажем, не отличались особой теплотой. В 1996 году и Беляков попробовал было разинуть рот на чужой каравай и вступил в борьбу за пост губернатора Санкт-Петербурга, мотивируя свое решение стремлением создать и возглавить единый субъект Федерации, но не преуспел. В сентябре того же 1996-го, накануне выборов в области он попытался вторично разыграть эту карту и совместно с Владимиром Яковлевым подписал договор о поэтапном объединении. Однако на выборах победил не Беляков, а Вадим Густов. В 1998 году Густов ушел на должность первого вице-премьера, и тут же заявил, что будет объединять город с областью, поскольку есть соответствующее одобрение от президента Ельцина, который обещал “уволить каждого, кто будет мешать” интеграционному процессу. Но все закончилось так же, как и в предшествующие разы. То есть ничем. А единственным уволенным оказался сам Густов, которого вскоре сняли с должности. Ну, а Валерий Сердюков, сменивший Густова на посту губернатора области, с тех пор настроен неизменно негативно к идее объединения.

После этого было еще несколько… нет, даже не попыток, а разговоров об объединении регионов. В 2000 году об этом заговорили после создания «федеральных округов» и обозначившихся «вертикальных» тенденций. Однако губернатор Владимир Яковлев отнесся к объединению прохладно – заявил, что ранее 2003-2004 года обсуждать тут нечего. Что и произошло: в 2003 году в его окружении действительно заговорили об объединении – но с вполне конкретной целью: таким путем представлялось возможным обойти закон, не позволявший править регионом более двух сроков подряд. Но, как известно, Яковлеву пришлось уйти, даже не дождавшись конца второго срока…

Валентина Матвиенко, сменившая Яковлева, уже раза три заявляла, что надо объединяться. В последний раз – летом 2007-го, после инаугурации Валерия Сердюкова на новый губернаторский срок. Поздравляя Сердюкова с переназначением, Матвиенко заявила, что «город и область – это брат и сестра». Но, вообще-то, браки между столь близкими родственниками не приветствуются. Инцест, знаете ли.

Проблемы между городом и областью, конечно, есть. Но все они, как не раз отмечал автор, решаются путем заключения соответствующих договоров между властями города и области. А не путем аннексии соседнего субъекта Федерации, власти которого исторически пребывают не в лучших отношениях с властями Петербурга.

«Плюсов» у объединения практически нет – как нет и «конкретного экономического анализа», на который ссылается губернатор. А все разговоры о том, что какие-то задачи будут решаться более эффективно, разбиваются об один простой вопрос: а что, сегодня питерские власти эффективно справляются с проблемами руководимого им субъекта? Или куда ни кинь – везде одно и то же: скандалы с жителями, хронически нерешаемые проблемы, коррупция и наплевательство на закон. Только в губернаторских посланиях Петербург предстает цветущим европейским городом – на самом деле он выглядит иначе.

Что касается «минусов», то их множество. И проявятся они сразу.

Объединившись с областью, Петербург – о чем предпочитают не думать сторонники объединения - автоматически теряет статус субъекта Федерации, превращаясь, по законодательству России, в «городской округ». И это не просто «понижение в классе» - это понижение в возможностях, причем резкое. Кто хочет – загляните в Бюджетный и Налоговый кодексы, и сравните налоговые платежи, которые поступают в региональные и в местные бюджеты. Страшно станет от такого сравнения – потому что городу не останется почти ничего. Земельный налог, налог на имущество физических лиц, и 30% от подоходного налога. И еще пара-тройка мелких платежей. В то время как региональный бюджет получает оставшиеся 70% подоходного налога, налог на прибыль организаций (18.5% от прибыли), налог на имущество организаций, налог на игорный бизнес, транспортный налог, акцизы. Ели подсчитать, применительно к бюджету на 2008 год – получится, что из 220 миллиардов рублей налоговых доходов нынешнего Петербурга как субъекта Федерации в его распоряжении как городского округа останется примерно 30 миллиардов. То есть, город станет более чем в семь раз (!) беднее. Оно нам надо?

Конечно, законами будущего «Невского края» можно передать в бюджет «муниципального Петербурга» часть налоговых платежей. Но это будет зависеть уже от воли будущих властей – и совершенно не исключено, что городу достанутся крохи. И даже в самом лучшем случае, в соответствии с выказанными Валентиной Матвиенко естественными пожеланиями «создать равные условия для жителей двух регионов», Петербург пострадает.

Цифры таковы: сегодня питерский бюджет – около 335 миллиардов рублей, а областной – около 36 миллиардов рублей. Разница почти в десять раз – при почти троекратной разнице в численности населения (4.6 против 1.6 млн. человек). Иначе говоря, на каждого жителя города приходится в три раза больше бюджетных денег, чем на жителя области. При объединении придется «выравниваться» - то есть, в городе придется подтягивать пояса.

Наконец, как нетрудно догадаться, между городскими и «краевыми» властями тут же развернется война на уничтожение – не способствующая решению городских проблем и пополнению городских финансов.

В соответствии с законом о МСУ, в городском округе – Петербурге, - будет свой представительный орган и своя местная администрация. Формально независимые от краевых властей. Более того, мэр города (если в городском уставе не напишут чего-то иного) будет избираться населением. И смешно предполагать, что эта Городская Дума и этот мэр будут жить в любви и согласии с Законодательным собранием и губернатором края. Как это происходит в почти любом регионе, они будут смертельными врагами, какими не были бы их политические и партийные пристрастия. Просто потому, что они будут естественными конкурентами в борьбе за ресурсы.

Чиновников, мечтающих получить под свое начало «субъект» пожирнее, понять можно. Но зачем это нам?

Борис ВИШНЕВСКИЙ, обозреватель «Новой газеты» -

специально для АПН-Северо-Запад

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Петербург + Ленобласть
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
22.1.2020 Юрий Нерсесов
Развод по-русски. Едва президент заклеймил Польшу за сговор с нацистской Германией, как товарищи учёные оформили специальную таблицу с завлекательным названием «Рейтинг предательства». Где предложили оценить страны Европы по доле личного состава воинских формирований на стороне Гитлера. Овчинка, однако, оказалась жульнической, причем совершенно без какой-либо необходимости.

20.1.2020 Сергей Лебедев
Эхо истории. Польша отмечала как праздник начало Второй мировой войны, но не отмечает юбилей освобождения свой столицы и не будет отмечать день Победы 9 мая. Недаром экс-кандидат в президенты от партии «Национальное движение» Мариан Ковальский сказал: «Этих торжеств вообще не должно быть. Полякам нечего праздновать. Польша проиграла Вторую мировую войну». Их право. Зато Россия не отмечает начало войн. Она отмечает их победное завершение.

18.1.2020 Андрей Дмитриев
Медведеведение. Вспомним, как скакнул вверх рейтинг Дмитрия Анатольевича после Пятидневной войны. Сейчас такого на горизонте не видно, да и, похоже, не рискует Кремль досаждать уважаемым западным партнёрам до такой степени, что даже народные республики Донбасса не признает. Но зато Медведев может дать приказ вдарить по очередным «бармалеям» хоть в Сирии, хоть в Ливии, хоть в ЦАР, и это будет воспринято на ура.

14.1.2020 Саид Гафуров
Интервью. США очень сильно облажались. Когда они узнали, что в результате удара погиб Сулеймани, то пришли в ужас, потому что ни в коем случае не хотели убивать политика такого уровня. Трамп почувствовал себя виноватым и в ходе шедших в закрытом режиме переговоров передал – «можете бомбить нашу базу, мы людей выведем, вам ничего не будет».

13.1.2020 Юрий Нерсесов
Эхо истории. Вы будете смеяться, но обнаружен очередной источник, откуда черпает информацию коллектив авторов, известный под псевдонимом Владимир Мединский. Сравнив подписанный тогда ещё скромным депутатом Госдумы от «Единой России» трактат «О русской угрозе и секретном плане Петра I» и не менее внушительный талмуд «Франция. Большой исторический путеводитель» некоего Аркадия Дельнова, я сразу заметил сходство отдельных фрагментов.

10.1.2020 Андрей Дмитриев
Петербург+Ленобласть. Беглов больше не пристает к детям и собачкам на улицах, анонсированные чистки и кадровые перестановки в целом обернулись пшиком, и сам он стал похож на вечно спящего Полтавченко. Более энергичный дядя Саша - Дрозденко - хочет баллотироваться в губернаторы 47-ого региона, но не факт, что имеет такое право по закону, а до кучи засветился с коллекцией роскошных часов.

7.1.2020 Владислав Шурыгин
Интервью. Были иллюзии, что можно договориться, сегодня ясно, что никто с нами договариваться не собирается. Ситуация 1935-36 годов перед Путиным стоит в полный рост. Он для себя мучительно ищет вопросы, кто же он в истории, и поэтому обращается к Сталину.

5.1.2020 Юрий Нерсесов
Общество зрелищ. Актёрам пофиг - вот они и отрабатывают номер без всякого энтузиазма. Трудно сделать красиво, когда на тебя напяливают офицерский мундир и требуют изображать хипстера, бегущего на митинг Навального под несуразные для XIX века мелодии «Наутилуса» и «Мумий Тролля».

29.12.2019 Михаил Трофименков
Интервью. В своих представлениях о соотношении кино и реальности Сталин был гениальным продюсером и, прежде всего, гениальным зрителем, смотревшим кино глазами «простого» советского человека – не идеального, а ещё не свободного от простых человеческих слабостей. Например, облизнуться на ножки Любови Орловой или во вторую годовщину Победы сходить не на военную монументалку, а на милую «Золушку».

26.12.2019 Юрий Нерсесов
Политический зоосад. Конечно, некоторая разница между шимпанзе Майком, моим приятелем и господином Мантуровым, имеется. Первые поднялись из низов – один, используя канистры, второй, поигрывая золотой цепью. У министра биография иная: он прошёл во власть как потомственный советский аристократ.