Продолжение статьи «Монополька на Родину»

Кремлёвские ОПГ (в смысле – организованные политические группировки) и их обслуга страстно изображают тоску по советским временам. «Медведи» с постными мордами возлагают цветочки к памятнику старику Крупскому. Только что разоблачавшие бериевских палачей киношники поют им осанну. В официозных средствах массовой дезинформации, позабыв о штрафбатах и заградотрядах, расписывают героев Великой Отечественной. За оказавшихся на скамье подсудимых прибалтийских ветеранов органов вписываются. Жертвам политических репрессий не платят компенсации, верного холуя Второго и Третьего Рейхов атамана Краснова отказывается реабилитировать, а с кое-кого реабилитацию даже снимают…

«Осталось принять Сталина в «Единую Россию!» - горюет несчастный «яблочник». Интернетные нацики проклинают в сети недобитых коммуняк, напяливших на себя волосатые медвежьи шкуры. Некоторые слишком впечатлительные нацболы с горя перешли на лексикон демшизы, обличая детей «латышских стрелков», достойных наследников палачей Катыни.

А ведь совсем недавно всё было иначе! Министр иностранных дел Игорь Иванов благостно заседал в президиуме съезда выпускников эмигрантских кадетских корпусов, служивших во власовской Русской Освободительной Армии и Русском Охранном корпуса при СС. Министр обороны Сергей Иванов по личному распоряжению президента Владимира Путина организовывал визиты симпатичных старичков в военные училища, дабы те учили суворовцев с нахимовцами Родину любить. Депутаты от «Единой России» помогали дедушкам издавать мемуары, и защищали памятник подэсэсовским казакам, включая того же Краснова. Какая же муха укусила нашу кремлядь?

Да та же самая, что в 1991 году! Тогда чистящие себя под Лениным коммуняки и холодноголовые чекисты в одно мгновение побелели, как вылинявшие трусы. Требовалась прихватизировать собственность СССР и на вооружение поступили лозунги дикого либерализма. Потом понадобилось охранительная идеология, обосновывавшая право удержать награбленное. Эксперименты с власовско-эсэсовским казачеством и монархизмом от развесёлой семейки Гогенцоллернов-Багратиони завершились полопавшимися пробирками и перегоревшей проводкой в лабораториях. Зато соцопросы показали: большинство населения по-прежнему чтит бижутерию покойного совдепа, а едва ли не половина - некогда возглавлявшее оный усатое лицо кавказской национальности.

Поскольку ребятишек, которые тащатся от имперски-державных побрякушек, но коммунякство во всех его проявлениях не любят, тоже ублажать надо, белогвардейски-ностальгическая пропаганда сохранилась, но лишилась коричневого оттенка. На первый план выведены фигуры никак не связанные с Третьим Рейхом, вроде Деникина и Колчака, да и пиар эмигрантов-кадетов изменился. Заслуженные гитлеровские каратели вроде покойного папы российско-американского гешефтмахера Бориса Йордана, отошли в тень. Их затмил вовсе не участвовавший во Второй мировой войне Андрей Шмеман, которому сам Путин вручил российский паспорт. Власовопоклонников перевели в действующий резерв при Центре Социально-Консервативной политики «Единой России» и попросили пока не отсвечивать.

Некоторые происходящим довольны. Любимое начальство пусть и со шкурными целями, но таки взяло на вооружение лозунги коммуно-патриотической оппозиции Ельцину, впрягая в телегу государственной идеологии красного коня и белую трепетную лань! Действительно, впрягает, но почему телега регулярно заезжает в столь грязные и вонючие лужи? Рассказы о неизвестных героях Великой Отечественной войны оборачиваются сказками, которых устыдился бы и барон Мюнхгаузен: то у нас 5 суперменов и 3 пушки 34 немецких танка сжигают, то чудо-мортиру обстреливавшую Москву из-под Ржева накрывают! При попытке изобразить на экране нормального особиста его заливают потоком засахаренных соплей. Романтические белые офицеры из другой киноопупеи выглядят законченными кретинами. Только что обличавшая растленный Запад патриотическая девица топает ножонками и требует Шенгенскую визу. Наконец, родная суверенная демократия, которая так трогательно защищает ветерана Арнольда Мери, готова судиться до посинения с другим старым чекистом Антанасом Герулайтисом - лишь бы не выплатить дедушке несколько лишних рублей.

Красная, белая, коричневая или фиолетовая в крапинку пропаганда хороша, когда хотя бы часть агитаторов в неё верят. Но перед нами совсем другие существа, появление которых предсказали ещё знаменитые поэты серебряного века Игорь Северянин и Максимилиан Волошин. Название для этих организмов поэты так и не придумали, но думаю правильнее всего назвать их мидаками. Похоже и на известное в народе выражение и на мифического царя Фригии Мидаса, обладавшего способностью радикально менять молекулярную структуру предметов, до которых дотрагивался. Только, в отличие от него, мидаки всё, к чему прикасаются, обращают не в золото, а в дерьмо.

Поскольку всем конкурирующим проектам кислород перекрыт, некоторые вписываются, думая, что под обёрткой может и впрямь скрываться конфетка. Как правило, их ждёт горькое разочарование. Классический пример популярный футуролог-технократ Владимир Кучеренко (Максим Калашников), с подачи которого сначала Путин с Ивановым, а потом мидаки помельче выучили слово «нанотехнологии». Теперь товарищ Калашников пишет про кремлёвских очень скверно, и, подозреваю, не он последний. Ведь какие «русские проекты», «пятые империи» и «новые хроники» на фантики не малюй – содержимое всегда одно и тоже. И стоит нынешнему нефтегазовому изобилию кончиться, как толку от мидаковской продукции будет не больше, чем от аналогичной субстанции товарища Суслова в годы перестройки.