Ролик «Мы» певца Ярослава Дронова действительно напоминает нацистский гимн, написанный двумя евреями, один из которых гей. Ничего плохого тут нет.
Какой общий враг может сплотить наших мрачных посконных державников с истеричными картавыми эмигрантами и их возлюбленными бандеровцами? Думаете, только Ленин, выходящий из Мавзолея? Или хотя бы зелёные рептилоиды, высадившиеся с летающих тарелок, чтобы сожрать всех человеков? Очень может быть, но пока что заклятые друзья нашли монстра пострашнее – восходящую звезду российской попсы Ярослава Дронова, более известного как Шаман. Особенно их возмутил новый клип «Мы».
"Он похож на гитлеровца!" – Стонет отставной депутат Верховной Рады Олег Царёв, перебравшийся после Майдана в Россию (но потомство отправивший в Англию). "«Мы» сняты в день рождения фюрера!" – Стучит из Краснодара бдительный редактор портала «Утюг» Павел Капустин. "И вообще он в Донбассе выступать испугался!" – Припечатал сам владелец компании «Русская медиагруппа» и фигурант нескольких уголовных дел Владимир Киселёв.
Штурмовики нацистской партии ходили не в чёрных кожаных куртках и чёрных джинсах, а в коричневых рубашках? Ролик выложен в сети не 20 апреля, в годовщину появления на свет Гитлера, а 12-го - в день полёта Юрия Гагарина? Шаман дал концерты в Луганске и Мариуполе ещё 14-15 января, за два с лишним месяца до киселёвских разоблачений? Какая разница: всё равно нацист!
Знаменитый актёр Травников-Диденко, некогда блиставший в эпизодах сериалов «Государственная защита-2», «Гончие-3» и «Улица разбитых фонарей-13», даже углядел в клипе «Мы» самое страшное. Оказывается, Шаман там напоминает сладкоголосого нацистского штурмовика из голливудского мюзикла «Кабаре». Звезда разбитых фонарей не оригинальна: сбежавший в Израиль юморист Виктор Шендерович сравнил Шамана с парнишкой из «Кабаре» ещё месяц назад.
Возможно, так и есть. Оба - гламурные блондины с хорошо поставленным тенором. Исполняют нечто духоподъёмное, но без славословий любимой партии и великому вождю. Даже названия похожи: «Мы» и Tomorrow Belongs to Me («Завтра принадлежит мне» или, в одном из четырёх русских переводов, «Грядущим владеть будем мы»).
Ярослав поёт: «Солнцем пылая над нами, гордо летая ветрами, с нами вольная земля. Навсегда». Затяни он: «Пусть солнце слепит восхищенный наш взор, под стягом великой весны – мы вместе собрались приветствовать шторм. Грядущим владеть будем мы», – никто бы разницы и не заметил. Так перед нами и вправду нацистская пропаганда?
Как известно, «Кабаре» - фильм антифашистский, и авторы Tomorrow Belongs to Me – евреи Джон Кандер и Фред Эбб, один из которых оказался ещё и геем. Однако серьёзно обличать нацизм, не показав, чем он привлёк десятки миллионов немцев, невозможно. Каннер с Эббом и показали. Да так, что песня уже полвека как идёт на ура – одно время она даже была неформальным гимном студенческого союза при Консервативной партии Великобритании.
Если Шаман с компанией вдохновились творением Джона и Эбба, у них, как минимум, хороший вкус. Да и адаптация сделана аккуратно. Агрессивных строк, типа «и утро придет, когда сгинет наш враг», нет. В кадре не праздно лакающие пиво бюргеры, а позитивные, занятые делом детишки: роботов конструируют, штангу тягают, взрослых дядек в шахматах и армрестлинге уделывают.
На мой вкус – до Tomorrow Belongs to Me не дотягивает. Затянуть «Мы» хоть на съезде, хоть в компании невозможно – размер строк больно рваный. С другой стороны, песня и не для хорового исполнения, а своей аудитории – зумерам да тиктокерам - заходит. Количество просмотров, как и у прочих роликов Дронова, исчисляется миллионами, и не только благодаря смазливой внешности и отличному вокалу.
Работает и грамотно выстроенный образ. Ярослав не ругается с конкурентами, не отвечает критикам и не распространяется о личной жизни – то есть ведёт себя ровно наоборот, чем принято в эстрадной тусовке. И ещё не славословит начальство, как многие звезды типа патриотических концертов. Некоторые пиар-ходы просто великолепны: например, история с дредами. Дождаться, пока вой насчёт недостаточно духоскрепной причёски достиг ультразвукового писка и ритуально остричься в храме – шоу высокого класса.
Создатели проекта «Шаман» смогли сделать то, что не удавалось никому – патриотическую попсу для залипающего в айфонах молодняка. Мне его номера неинтересны, ну так я и молоко не пью, так что же теперь - коров в России не доить? Окучивать подростков нужно, а у других прокремлёвских продюсеров ничего не вышло. В том числе, кстати, и у Киселёва. Его безголосые детишки из кожи вон лезут (младший даже озвучивает подхалимские стихи папика про Путина), но всё равно смотрятся дешёвыми клоунами.
Мозговой шторм Где гарантии от того, что зарубежные большие фундаментальные модели искусственного интеллекта не будут или неспособны высасывать чувствительную информацию из российских разработок? Опасность вполне реальна, если учесть что сам процесс разработки ИИ заставляет вспомнить поговорку о семи няньках у которых дитё без глаза осталось.
Pax latinoamericana. Революция после революции - это не возврат к исходной точке, а движение по спирали, понимание, что поражение - не конец, а начало нового этапа борьбы, осознание того, что выживание требует компромиссов, но компромиссы не должны превращаться в капитуляцию.
Pax latinoamericana. Вопрос о том, может ли маленькая страна, сидящая на огромном природном богатстве и окружённая гораздо более сильными центрами силы, самостоятельно распоряжаться своей историей, остаётся открытым, и это уже вопрос не только Венесуэлы и даже всей Латинской Америки.
ЖЗЛ. Вьетнамцы любят сравнивать свою страну с коромыслом или заплечным шестом, на котором висят две корзины с рисом. 115 лет назад - 25 августа 1911 года - родился один из главных полководцев XX века Во Нгуен Зяп. Ему вместе с Хо Ши Мином было суждено сперва отвоевать для народа северную корзину, а через 30 лет - и южную, объединив государство.
Pax latinoamericana. Мы вовсе не хотим сказать, что Венесуэла в 2026 году находится в положении Советской России 1918 года, но существует одинаковый тип или класс политических задач: когда страна терпит неудачу, политическое руководство оказывается перед неприятной дилеммой - сохранить максимально чистую форму политического проекта или сохранить материальные условия его существования?
Pax latinoamericana. Чавизм действительно потерпел поражение, но поражение — это не то же самое, что исчезновение. Теперь он оказался вынужден доказывать, что способен существовать не только как политическое движение нефтяного подъёма, но и как политическая сила периода поражения, а это гораздо более трудный экзамен.
ЖЗЛ. Мао был, во-первых, бунтарем по натуре, и, во-вторых, философом. И в свои 70 лет не переставал размышлять о путях китайской революции. «Законы марксизма запутаны и сложны, но в конечном итоге они сводятся к одному: Бунт дело правое», – говорил он ещё будучи партизанским лидером, в 1939 году. Действительно... ну не раздолбал еврея Маркса, а, скажем так, творчески переработал.
Pax latinoamericana. Главный вопрос сегодня звучит не так: сколько иностранного капитала пустила Венесуэла, а сумеет ли она превратить этот капитал в восстановленную производительную силу — и сохранить политический контроль над результатом? Вот это и будет проверкой нынешнего венесуэльского отступления.
Эхо истории. 19 августа 1961 года - 65 лет назад - началось строительство бетонной Берлинской стены, или, говоря иначе, установления внутри города полноценной государственной границы. Западный Берлин к этому времени стал огромной проблемой, своего рода нарывом для ГДР и всего Восточного блока.
Pax latinoamericana. Можно рассуждать о том, что венесуэльские чависты «должны были» сделать иначе, сидя в кресле за тысячи километров от Каракаса. Можно с безопасного расстояния объявить любую уступку капиталу «капитуляцией перед империализмом», а любую попытку договориться с американским бизнесом - «предательством социализма». Очень удобно, но очень дёшево.
