 |
|
| ГЛАВНАЯ |  |
НОВОСТИ | |
ПУБЛИКАЦИИ | |
МНЕНИЯ | |
АВТОРЫ | |
ТЕМЫ |
| Пятница, 28 августа 2026 | » Расширенный поиск |
 Суворов - победитель бандеровцев
Сто лет назад писатель Михаил Первухин задумался: что бы стало с Россией, победи в ней восстание Пугачёва
В молодости писатель Михаил Первухин постоянно проявлял недовольство порядками Российской империи и пару раз нарывался. Его исключили из университета и запретили жить в Крыму, где Первухин пытался излечиться от туберкулёза. Михаил уехал за границу и в 1928 году скончался в Италии почти нищим. Книги его особым спросом не пользовались, но вышедший сто лет назад роман «Пугачёв – победитель» многократно переиздавали уже в наши дни. Целясь в большевиков, Первухин попал прямо в героев «лихих 90-х», да и последующих годов тоже. Лучше всех вышел сам Емельян Пугачёв, который вошёл в Москву, когда императрица Екатерина II с наследником Павлом утонули во время бури. Провозгласив себя царём-батюшкой, вождь восставших казаков государственными делами пренебрегал, зато гулял от души. Что немедленно сказалось на его здоровье и внешнем облике. Живо напоминающем облик одного, очень известного, панимаешь, президента. «За шесть месяцев два раза чуть не при смерти был. Доктора пугают: ежели не бросит пить, скоро каюк будет. Печень, мол сгниет... Пугачев нагулял брюхо не хуже готовой рассыпаться беременной молодки. Его стан согнулся. Ладони превратились в подушки, а пальцы с кривыми и неопрятными желтыми ногтями казались разбухшими. Большой сизый нос привычного пьяницы, весь изрезанный темными жилками, заметно скривился на сторону». Свои обещания народу Борис Николаевич, то есть Емельян Иванович выполнил. Крепостное право отменил и землю перебитых помещиков разрешил брать, кто сколько хочет. И началось! «Волю я вам дал? Землю барскую получили? Чего вам ещё нужно? Какого лешего вам не хватает? Власть у вас своя, выборная.
Если на местах дерутся за мельницы да пастбища, то проплачивавшие мятеж олигархи (только не Гусинский с Березовским, а купцы-старообрядцы) хапают по-крупному. Удивляя жадностью самого Пугачёва. «От жадности скоро утробы полопаются у всей ихней семейки. Рвут кус за куском. Третьеводни на ельтонскую соль откуп выцыганили у меня. На всю, значит, Волгу хозяевами заделаются, щуки зубастые. А теперя пристают, — отдай им и водку во всей Московской округе на откуп». Конечно не совсем залоговые аукционы, но результат примерно тот же. Страна тем временем разваливается на куски, где правят свои самозванцы. В Москве голод, разруха и беспредел понаехавших с Пугачёвым татар, башкир и киргизов. Грабят, убивают, насилуют, да ещё и похищают девок, которых армянские и персидские купцы потом в гаремы продают. Москвичи начинают бить инородцев, а их «епутаты» требуют созыва Земского Собора. В ответ «анпиратор» пускает в ход артиллерию. «Бои шли с переменным успехом два дня. К концу второго дня перевес явно был на стороне залившего Москву кровью и завалившего все улицы и площади трупами «анпиратора». Бутырский полк был вырезан почти поголовно. Многие из прежних «переговорщиков» и «епутатов» попали в руки «анпиратора» и были тут же повешены на воротах». Ну, кто литератору-эмигранту подсказал про московские бои 3-4 октября 1993 года?! Наверное, тот же путешественник во времени, кто про события на южных и западных рубежах рухнувшей империи. Правда у нас поляки Смоленск пока не осаждают, шведы Кольский полуостров не захватили и турки в устье Дона не высадились, зато с Украиной ну очень похоже получилось. Включая активное участие европейских партнёров. «Сивоусый Полуботок, потомок раздавленного Петром малороссийского гетмана Полуботка, зашевелился, дернул правый ус и кивнул головой. — Имею заверения разных высоких персон аглицких, что вся Англия сочувствует делу освобождения от ига москалей свободолюбивого малороссийского народа! — вымолвил он. — А с Польшей мы сговоримся. Лишь бы свалить московского медведя!» Пугачёв щедро пожаловал Полуботка. «На осударевом нашем совете порешили мы признать тебя законным, скажем, гетманом всей правобережной и всей левобережной Украины… Грамоту на гетманское звание получишь ты от нашей анпираторской канцелярии, за нашей царской подписью и печатями, все, как полагается, честь честью. А что касаемо границ твоего гетманства, то порешили мы покедова так: наша царская граница будет от Белгорода да от Курска на Чернигов, а остальное, скажем, по Донец — твоя земля». Однако хитрый хохол, пообещав стать «анпиратору» верным другом, его цинично кинул. На что Емельян Иванович потом горько жаловался. «Оттяпали от державы какую кусину! Да поставили всюду свои заставы. Да не пропускают в нашу сторону с юга ни соли, ни рыбы. Везли армяне из Кафы серы пятьсот бочонков для наших пороховых заводов, а Полуботок, поганец, возьми да и забери всю тое серу. А мы из чего порох делать теперь будем?» Далеко не все на Украине признали власть лондонского гетмана и антитеррористическая операция началась. Хотя и несколько западнее, чем в нашей реальности. «Гайдамаки и сердюки коварно напали на содержавшиеся по договору в главных городах Малой России московские гарнизоны, пытаясь уничтожить их. Небольшой пехотный гарнизон в Белой Церкви был взят измором и капитулировал, выговорив себе право свободно уйти в московские пределы. Но вслед за сдачей оружия пришедшие в Белую Церковь красножупанные гайдамаки вырезали всех москалей. В Киеве несколько дней шли схватки, но тамошнему гарнизону удалось разгромить набросившихся на него сердюков и удержать город в своих руках». Закончилось всё хорошо. В Петербурге после нескольких месяцев склок сенаторов и аристократов граф Григорий Орлов разогнал болтунов и двинулся на Москву. Пугачёв сбежал из охваченного голодом и чумой города, а в стоящую против турок армию неожиданно явилась спасшаяся Екатерина II. Струсившие поляки удрали из-под Смоленска и наведение порядка началось с Украины. «Армия Суворова совершенно беспрепятственно прошла Бессарабию, переправилась через Днестр и от Днестра пошла формированным маршем на север, быстро разрастаясь на пути. Всполошившиеся сторонники Полуботка попытались загородить москалям дорогу на Киев, направив против Суворова десятитысячный корпус «сердюков», «синежупанных гайдамаков» и «сечевиков» под командованием кошевого Кармелюка. «Сердюки» и «гайдамаки» рассыпались при первых выстрелах артиллерии, которой руководил один из великих артиллеристов мира, фельдмаршал Румянцев. Запорожцы, пытавшиеся сопротивляться и засевшие в наскоро поставленном таборе за валами с двумя десятками «гармат», были разгромлены в какой-нибудь час и оказались вынужденными просить у сердитого москаля пощады. Уцелевшие были отпущены в их коренное убежище на Хортице, с предупреждением, что Хортица должна впредь сидеть смирно. Положение гетмана Полуботка, и раньше далеко не лёгкое, теперь стало очень тяжелым. Он ещё раз попытался выбить из Киева тамошний русский гарнизон и снова был отбит. А с юга шёл страшный Суворов». Очень хочется верить, что и этот прогноз сбудется. Юрий Нерсесов Источник – anna-news |
|
| Copyright © 2006-2026 «Агентство Политических Новостей Северо-Запад» При полном или частичном использовании материалов, ссылка на "АПН Северо-Запад" обязательна |
