 |
|
| ГЛАВНАЯ |  |
НОВОСТИ | |
ПУБЛИКАЦИИ | |
МНЕНИЯ | |
АВТОРЫ | |
ТЕМЫ |
| Пятница, 29 мая 2026 | » Расширенный поиск |
 Чёрный четверг для авиации США – к юбилею разгрома американской эскадрильи советскими МИГами
12 апреля 1951 года - 75 лет назад – в небе над Северной Кореей состоялся масштабный бой советских и американских летчиков. Его назвали «черным четвергом» авиации США. Наши показали подавляющее превосходство над американцами как в технике (МИГ-15), так и в боевой выучке. Эта победа имела важное значение, далеко выходящее за рамки Корейской войны. «Не вступив в войну, можем многое потерять» Корейская война первоначально шла по плану, разработанному Пхеньяном при участии Москвы и Пекина. Войска КНДР летом 1950-ого года стремительно наступали, в первые же сутки войны взяв Сеул и за следующие пару недель овладев 90% территории полуострова. Правда, народного восстания и всеобщего ликования при подходе армии Севера, которые обещали бежавшие с Юга коммунисты, не наблюдалось (как всё это кажется знакомым). Всё изменило вступление в войну войск ООН во главе с генералом Дугласом Макартуром и десант в тылу у северокорейцев, в Иначхоне. К середине осени ситуация сменилась на противоположную. Теперь уже ооновская коалиция овладела 90% территории Кореи. На нескольких участках американские и южно-корейские войска вышли к пограничной с Китаем реке Амнок (китайское название - Ялу), и американцы по своей военной традиции помочились в воду Казалось, всё конечно и к рождеству они будут дома. Однако всё это время между Москвой и Пекином шла интенсивная дипломатическая переписка. Иосиф Сталин, подписывавшийся псевдонимом Фын Си (западный ветер), убеждал китайских товарищей вступить в войну. Сам он категорически не хотел, чтобы в неё входил СССР: страна понесла слишком большие человеческие и материальные потери во Вторую Мировую и была, по его мнению, не готова к прямому столкновению с Западом. К тому же Москва только недавно испытала атомную бомбу и говорить о паритете с американцами в этой сфере говорить не приходилось. Китайское Политбюро неспешно думало, взвешивая все «за» и «против». В итоге Мао Цзэдун телеграфировал находившемуся в Москве премьер-министру Чжоу Эньлаю: «Мы считаем, что необходимо вступить в войну. Мы обязаны вступить в войну. Вступить в войну для нас выгодно. Не вступив в войну, можем многое потерять». Так было принято решение о вводе на полуостров китайских народных добровольцев числом более 1 млн. человек (добровольцев – поскольку официально КНР тоже участвовать в войне со Штатами не хотела). Услышав об этом, Сталин откинулся на спинку кресла и произнес: «Всё же китайские товарищи хороши, очень хороши...» Добровольцы внезапно обрушились сперва на южнокорейские войска, которые немедленно обратились в бегство, а затем и на западных союзников. К новому году уже северокорейско-китайская коалиция вышла к 38-ой параллели. Макартур и южнокорейский президент Ли Сын Ман требовали от президента Трумэна подвергнуть ядерной бомбардировке Пекин, Шанхай, Москву, Ленинград, Владивосток. Ли призывал к «крестовому походу» на Маньчжурию и советское Приморье, которые он считал корейскими. Трумэн однако такого сценария побоялся. Третья мировая война оказалась ограничена рамками отдельно взятого полуострова. И если на земле дела у коммунистической коалиции обстояли неплохо, то в воздухе полностью господствовали пилоты ООН, в большинстве - американцы. Они проводили тактику «выжженной земли»: методично бомбили всё, что можно, на Севере. Только за первый год войны американцы сбросили в Корее свыше 15 млн. авиабомб. Ежедневно летчики коалиции совершали от 700 до 1000 вылетов, иногда – до 2 тысяч. При этом северокорейская авиация была практически уничтожена в первые недели войны, а китайские пилоты не имели достаточной квалификации. В этих условиях Сталин дал добро на прикрытие с воздуха приграничных районов. «Я без раздумья дал согласие ехать в Корею» Советская авиационная группировка в Китае была сформирована к 27 ноября и получила наименование 64-ого истребительного корпуса. Её задачами стали прикрытие городов Маньчжурии, объектов на границе (железнодорожный мост через Амонк, ГЭС Супун), а также коммуникаций внутри Северной Кореи до рубежа Пхеньяна. При этом лётчикам строго запрещалось вести бои над морем и приближаться к 38-ой параллели, чтобы не попасть в плен. В целях конспирации они были переодеты в китайскую военную форму и должны были разговаривать в воздухе исключительно по-китайски. Правда, на практике последний пункт реализовать было невозможно и в эфире во время боев звучал великий и могучий, частенько – с отборным матом. Вербовка в Корею производилась в добровольном порядке. Подполковник Евгений Пепеляев вспоминал, что значительная часть прошедших Великую Отечественную пилотов ехать на войну категорически не хотела. Сам же он наоборот хотел проявить себя в качестве воздушного бойца и «без раздумий согласился ехать в Корею», а также укомплектовывал свой полк добровольцами. Курировал отбор лётчиков лично глава ВВС Московского военного округа Василий Сталин. Причем, в отличие от многих публицистов, выставляющих Василия Иосифовича алкоголиком и дебоширом, Евгений Георгиевич оценивал его как руководителя весьма высоко: За день-два до отъезда личного состава на Корейскую войну в гарнизон Кубинка приехал командующий ВВС Московского военного округа генерал-лейтенант авиации В. И. Сталин. При встрече с командованием вновь сформированной 324-й истребительной авиадивизии командующий выслушал некоторых командиров о готовности к поездке в командировку. Произнес напутственную краткую речь. Говорил об ответственности, о патриотизме, интернационализме, о боевых традициях летчиков в Великой Отечественной войне... В. И. Сталин, генерал-лейтенант авиации, вступил в должность командующего ВВС МВО в начале 1948 года. Приступив к работе, развернул бурную деятельность в решении задач боевой подготовки и боевой готовности частей ВВС округа. Заменял старые самолеты на новые. При нем начали приводить в порядок аэродромы округа: ремонтировать старые и строить новые взлетно-посадочные полосы (ВПП), обустраивать гарнизоны и городки. В. Сталин был строгий и эмоциональный человек. Бывал он жесток с нерадивыми, но справедлив. Искренне любил авиацию и летчиков. 25 декабря в состав корпуса прибыла 324-я истребительная дивизия под командованием прославленного трижды героя СССР Ивана Кожедуба, включавшая 60 новейших самолетов МИГ-15. Самому Кожедубу, получившему оперативный псевдоним Крылов, было строго запрещено подниматься в воздух. Избиение «средневековых рыцарей» Появление в небе Кореи советских пилотов поменяло ситуацию в корне. Обычным делом стали «дуэли» между лётчиками в приграничных районах – территорию от реки Амнок до реки Чхонгечхон американцы прозвали аллеей МИГов. Американский летчик Г. Тинг так романтически описывал подобные бои: «Подобно средневековым рыцарям, летчики истребителей F-86 совершали полеты над Северной Кореей к реке Ялуцзян. Их серебристы самолеты блестели на солнце и оставляли за собой инверсионные следы. Рыцари вызывали на бой численно превосходящего противника... Вот мы уже видим, как в лучах солнца на большой высоте сверкают прекрасные МИГи...». Однако вскоре американцам стало не до любования МИГами. На 12 апреля 1951 года был запланирован один из самых масштабных вылетов с целью разрушения того самого железнодорожного моста через Амнок. Было задействовано 48 бомбардировщиков Б-29, шедших тремя группами, под прикрытием 36 истребителей Ф-84 и 42 истребителей Ф-86. Навстречу им поднялись 44 МИГ-15 – все на тот момент боеспособные советские самолеты. Они встретили первую и вторую группу бомбардировщиков на подходе к объекту, парами и четверками начали атаковать их. Вспоминает участник боя, летчик и будущий герой Советского Союза Сергей Крамаренко: Я смотрю влево-вниз и вижу, как навстречу нам, слева и ниже, летят бомбардировщики – две группы огромных серых машин. Они летят ромбами из четырех звеньев по 3 самолета – всего 12 самолетов в группе. Затем еще три ромба. За ними, сзади на 2—3 км, и чуть выше нас летят десятки истребителей – целая туча серо-зеленых машин, около сотни «Тандерджетов» и «Шутинг Старз». Командир передает команду: «Атакуем, прикрой!» – и начинает левый разворот с резким снижением. Ударные группы – 18 «МиГов» – устремляются за командиром вниз. Истребители противника оказываются сзади и выше наших атакующих самолетов – это самый опасный момент. Настало время для моей прикрывающей группы вступить в бой. Медлить нельзя! Моей группе надо сковать истребителей противника и, связав их боем, отвлечь их от защиты своих бомбардировщиков. Я даю команду ведомым: «Разворот влево, атакуем!» – и начинаю резкий разворот влево с небольшим набором высоты. Через мгновение я оказываюсь сзади и ниже ведущего группы истребителей, в самой их гуще. Быстро прицеливаюсь и открываю огонь по переднему самолету группы – это «Тандерджет». Первая очередь проходит чуть сзади, вторая накрывает его. Он переворачивается, из сопла его самолета идет сизо-белый дым, и «Тандерджет», крутясь, уходит вниз. Истребителей Ф-86, наиболее опасных для МИГов, в зоне боя не оказалось. В итоге, по нашим первоначальным отчетам, было сбито 10 бомбардировщиков Б-29 и 4 истребителя. Около 30 членов экипажей попали в плен. На всё про всё понадобилось 20 минут. Американцами подтверждается гибель трех Б-29. При этом они доложили про 12 сбитых МИГов, хотя реально был потерян один. Правда, третьей группе бомбардировщиков удалось прорваться к мосту и нанести удар. Но его не разнесли в труху, как предполагалось: переправа была выведена из строя всего на несколько дней. Тем не менее успех был ошеломляющим. Выяснилось, что, хотя МИГи уступали американским истребителям по вооружению, но выигрывали за счёт маневренности. Американцы больше не были хозяевами в корейском небе и предпочитали боевые вылеты совершать ночью, а в район «аллеи МИГов» вообще особенно не совались. Тем более, что 30 октября последовал ещё один «чёрный день» американской авиации, на сей раз вторник. При налете 21 бомбардировщика Б-29 на аэродром Намси 22 пары МИГов на скорости 1000 км в час атаковали противника, уничтожив 12 бомбардировщиков и 4 истребителя. За всё время войны в Корее потери наших летчиков составили 110 человек и 319 самолетов при общей численности корпуса около 26 тысяч человек. При этом наши сбили 1097 самолетов противника. Общее соотношение потерь с американцами было 3,5:1. Более 50 советских летчиков стали асами, то есть сбили 5 и более самолетов противника. Лучший результат был у Николая Сутягина и Евгения Пепеляева – 22 и 20 соответственно. Такой результат вынудил командование армии США корректировать свои соображения по возможной войне с Советским Союзом. Ещё в конце 1945 году был разработан план по ядерной бомбардировке 20 основных советских городов – от Ленинграда и Москвы до Ташкента, Иркутска и Владивостока. В дальнейшем он разросся до 100 целей, на которые планировалось потратить 300 ядерных бомб. Однако Корея показала, что это нереально: большинство самолетов просто не долетели бы до цели, а были бы уничтожены советскими истребителями. «Одним ядерным оружием войну не выиграешь» Информация об участии наших летчиков в Корейской войне была рассекречена в 1980-е годы. Причем в перестроечной прессе не стеснялись полоскать их за участие в «чужой» войне. Кожедуб, будучи депутатом Верховного совета, в 1990-ом году зачитал «Обращение Героев Советского Союза, кавалеров орденов Славы трёх степеней к Съезду народных депутатов СССР», где выступал против оплевывания советской истории, клеветы на армию, процессов развала страны. В 1991-ом, незадолго до распада СССР, Иван Никитович скончался. Пепеляев тоже реагировал на происходящее весьма остро. Отдыхал душой в Пхеньяне, куда его с Крамаренко и другими ветеранами 64-ого корпуса пригласил президент Ким Ир Сен на юбилей окончания войны в 1993-ем году. Евгений Георгиевич написал интереснейшие мемуары о Корейской войне «МИГи против Сейбров», вышедшие в 2005 году. А скончался в 2013-ом, в возрасте 94 лет. Заключение к его книге звучит весьма актуально и сегодня, стоит процитировать: Ядерный «зонтик», созданный когда-то «проклятыми коммунистами», сегодня превратился лишь в пугало. Люди должны знать, что одним ядерным оружием войну не выиграешь. Победы в войне может достичь только армия, оснащенная новейшей боевой техникой и современным оружием, а закрепить эту победу могут только сухопутные войска. Поэтому современная армия должна состоять из всех видов вооруженных сил и сбалансированных родов войск. Психологически и материально армия должна быть готова к войне. В настоящее время для создания и вооружения такой армии, способной обеспечить безопасность страны и ее интересы, а тем более безопасность друзей России, в нашем несовершенном мире потребуется несколько десятков лет. Очень обидно, когда всей России фактически плюют в лицо, а она только вытирает его, будучи неспособной ответить. Андрей Дмитриев Источник - WarGonzo |
|
| Copyright © 2006-2019 «Агентство Политических Новостей Северо-Запад» При полном или частичном использовании материалов, ссылка на "АПН Северо-Запад" обязательна |
