АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Пятница, 29 мая 2020 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Это наш город
2008-09-24 Виктория Работнова, Борис Вишневский
Это наш город
Современная сказка

Все совпадения случайны, а события вымышлены

Члены городского правительства молча входили в зал заседаний, стараясь не смотреть на пустующее кресло вице-губернатора Трахмистрова. На губернатора, сидевшую во главе стола, тоже старались не смотреть – Алевтина Ивановна старалась держаться прямо, однако, была бледна, как полотно. Впрочем, правду сказать, большинство членов правительства выглядело не лучше. Положение было отчаянным…

Только что все они просмотрели сюжет телеканала «ДВЕСТИ» о судьбе своего несчастного коллеги. «Ну, зачем, зачем он туда сунулся, в самое пекло?», - приговаривала глава Центрального района Брюкова, как девочка, рыдавшая в уголочке. «А, в самом деле, кто-нибудь знает, куда он ехал?» - спросила Алевтина Ивановна. «Инвестор выманил, - тоскливо выдохнул кто-то из замов. – Сказал, что гарантирует безопасность, а сам…».

«По агентурным сведениям, часть инвесторов заключила негласные соглашения с «Любимым городом», – пояснил начальник ГУВД генерал Циолковский. – Их обещали исключить из «черных списков», а взамен они…», - говорящий замялся. - «Ужас какой! – всплеснула руками Алевтина Ивановна. – Маму родную продадут за деньги!». - «Так они и раньше того…продавали», - по привычке вступился за своих протеже вице-губернатор по инвестициям Мочалов. - «Но не нас!» - жестко перебила его губернатор…

Жесткости, однако, хватило ненадолго – Алевтина Ивановна вспомнила, что железная рука занесена и над ней. «Любимый город» давно уже включил ее в «черный список», а, значит, стоит ей выйти из Смольного… Нет, об этом лучше не думать!

Видит Бог, она никогда не обижала тех, кто, как с писаной торбой носится со старыми домишками. Она с ними даже разговаривала – не часто, разумеется, но ведь разговаривала же! Кротко выслушивала длинные тирады, как малым детям, объясняла снова и снова, что город должен расти, развиваться, ему нужны инвестиции, и негоже превращать его в музей, потому что в музее жить нельзя. И вот ответ – такая черная неблагодарность…

Когда Алевтина Ивановна услышала, что ЮНЕСКО объявила разрушение культурного наследия преступлением против человечества, и организовала в Париже международный трибунал, она сочла это очередными происками тех, кому категорически не нравится, что Россия встает с колен. «Накося, выкуси!, - подумала она. - С Невы выдачи нет!». А когда активисты «Любимого города» пригрозили передать Парижскому трибуналу всех, кто причастен к разрушению исторического центра Петербурга и искажению его исторических видов, губернатор от души посмеялась: ну что могут сделать те, кто привык действовать исключительно посредством компьютера и шариковой ручки?

Увы, очень скоро стало не до смеха.

Сперва после осмотра новой строительной площадке в центре города (ее только-только расчистили от каких-то развалин 18-го века) пропал вице-губернатор Лопухеев. Служебная машина куда-то запропастилась, и Лопухеев сел в такси. Больше его никто не видел – ровно до того момента, когда все ведущие телеканалы мира показали вице-губернатора, которого лично допрашивал глава Парижского трибунала Винченцо Мандарин. А через месяц был объявлен суровый приговор.

Водителя такси найти не удалось, но девушка, которая ехала в этой же машине, и не думала скрываться. Милана Бельчонок, оказавшаяся активисткой «Любимого города», вела себя так, как будто совершила нечто героическое. Она заявила, что готова была пожертвовать собой и соблазнить вице-губернатора, и даже привезла его в ресторан, но поняла, что не может переступить через себя. Поэтому несчастного Лопухеева просто напоили до беспамятства и вывезли через границу по чужому паспорту, выдав за загулявшего горячего финского парня. А в Хельсинки уже ждал спецрейс ЮНЕСКО до Парижа…

Разумеется, Бельчонок потребовала, чтобы ее дело рассматривал суд присяжных. Во время процесса знаменитый адвокат Клодт заливался соловьем, рассказывая о колоссальных нравственных страданиях, которые испытывала его подзащитная, глядя, как сносят знакомые ей с детства дома в центре города. Выходило, что она исчерпала все другие способы защитить памятники архитектуры – и содеянное превращалось в банальную самооборону!

Присяжные рыдали в три ручья (кто же знал, что большинство из них жили в домах в центре города, которые Лопухеев, как на грех, недавно признал аварийными, с последующим расселением жильцов в экологически чистое и тихое Колпино?), и объявили подсудимую невиновной. Ее освободили прямо в зале суда, и, осыпая цветами, понесли на руках по Невскому. А ведущий телеканала «ДВЕСТИ» Башкиров, захлебываясь от восторга, рассказывал об этом постыдном шествии, на котором интеллигентные старушки в шляпках залихватски пинали ногами полтора десятка спешно вызванных ОМОНовцев…

Этот балаган сочли страшной случайностью – но затем по проторенной Лопухеевым дорожке проследовал президент строительного союза и депутат Кальман. Он уговорил Алевтину Ивановну разрешить его фирме строительство суперэлитного жилого комплекса – с совершенно незначительным, на какие-то несколько десятков метров, превышением высотного регламента. И надо же было тому случиться, что очередная активистка вездесущего «Любимого города» Анжелика Гнесина умудрилась найти место, с которого ни один нормальный чиновник не придумал бы любоваться историческими панорамами, и увидеть, как над ними гордо возвышается кальмановская «высотка». И не только увидеть, но и сфотографировать.

Фотографии попали в газеты, а Кальман – в Париж. Он никогда не скрывал своей любви к красивым женщинам, но никто не предупредил его о том, как много красавиц в «Любимом городе». Говорят, Кальман, как ребенок, восторгался бескорыстностью своей последней пассии, скромной школьной учительницы Лилии Анютиной, отказавшейся от шикарных апартаментов на последнем этаже его «высотки» с потрясающими видами на Неву, и так обрадовался возможности порадовать свою скромницу, когда она тихо призналась, что всегда мечтала увидеть сказочный город на берегах Сены. Излишне говорить, что в аэропорту Орли их встретили экскурсоводы из ведомства Винченцо Мандарина, взяв на себя дальнейшую программу…

Стряхнув с себя страшные воспоминания, Алевтина Ивановна судорожно щелкнула пультом телевизора. Во весь экран канала «ДВЕСТИ» ей прямо в лицо ухмылялся один из главарей «Любимого города» по прозвищу «поручик Ржевский», которого бесстыжий Башкиров спрашивал, по ком еще давно плачет Парижский трибунал. В ответ «Ржевский» вытащил из кармана длинный список, но заявил: «Мы великодушны и даем людям шанс: чиновники, которые отзовут свои согласования, и инвесторы, которые откажутся от строительства, могут рассчитывать на снисхождение!».

«Чего приуныли? Мы еще поборемся!, - взяла себя в руки Алевтина Ивановна. - Забаррикадировать все двери! Вызвать ОМОН, взять под охрану все стройки в центре города! Хотя, нет, не надо – мы не знаем, кто, спасая свою шкуру, пошел на сотрудничество с «Любимым городом». Подозреваю, что многие, - Алевтина Ивановна бросила грозный взгляд на вице-губернатора Мочалова. – Лучше оцепить Смольный. Двойным, нет, тройным кольцом».

«Вы думаете, мы сможем отсиживаться здесь до бесконечности?» - осторожно спросил Циолковский. - «Нет, не думаю, - признала губернатор. – Надо вступить в переговоры с «Любимым городом» и подготовить безопасные пути для временного, подчеркиваю, временного отступления».

«Думаете, они нас отпустят?» - оживилась председатель комитета по охране памятников Клементьева (уж она-то, - губернатор была уверена, - была у «Ржевского» в самом начале списка). «Я выдвину ультиматум, - заявила Алевтина Ивановна. – Если в течение трех дней нам не будет предоставлена возможность беспрепятственно покинуть город, мы совершим массовое самосожжение». - «Не надо!», - закричала Клементьева. – «Надо!» - сурово ответила губернатор. – Мы погибнем в огне вместе со Смольным».

«Это, пожалуй, подействует, - заметил Циолковский. - Они не захотят рисковать». - «Нами?» - робко спросила Клементьева. - «Смольным, - отрезал генерал. - Если мы подожжем себя вместе с каким-нибудь «Монбланом», никто из них и пальцем не пошевелит».

Переговоры заняли несколько дней – в конце концов, удалось согласовать все детали. Алевтина Ивановна особо настаивала на том, чтобы транспортные средства, которыми предстояло пользоваться членам правительства, тоже были объектами культурного наследия, на которые у «Любимого города» не должна была подняться рука. Поэтому первую часть пути им предстояло проехать в ленинском броневике (изначально губернатор планировала запросить императорскую карету, но потом подумала, что броневик будет понадежнее). А дальше предстояло подняться на борт легендарной «Авроры»…

Отплытие прошло без эксцессов. Алевтина Ивановна видела, как по набережной мечется «поручик Ржевский», размахивая самодельным арканом и пачкой повесток в Парижский трибунал, и на всякий случай спряталась за баковым орудием, но спускаться в трюм не стала. Сквозь слезы она жадно смотрела вокруг – на высотку «Монблана», на громаду «Финансиста», на новую биржу, на «Серебряные зеркала», и на так и недостроенные «Охта-центр» и «Измайловскую перспективу».

«Это наш город!» - внезапно вырвалось у губернатора. Члены правительства дружно подхватили смутно знакомый лозунг.

«Курс - на Венесуэлу!, - приказала Алевтина Ивановна. – Уго Чавес нас не выдаст. Если что, остаются Фидель и Ким Чен Ир…».

 

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Шепетовка
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
22.5.2020 Юрий Нерсесов
Реваншизм. Считая президента Азербайджана Ильхана Алиева виновником скандала вокруг памятника организатору Армянского легиона вермахта Гарегину Тер-Арутюняну (Нжде), премьер-министр Армении Никол Пашинян решил отомстить. То есть выставить недобитым гитлеровцем перед западными друзьями самого Алиева.

17.5.2020 Андрей Дмитриев
Наш дядя Саша. Глядя на поведение Александра Беглова, да и федеральных властей, возникает ощущение, что они заразились новым недугом на почве коронавируса. При котором желание всё контролировать почему-то смешивается с частичной потерей памяти, а поспешные отчёты об успехах никак не стыкуются с жёсткой реальностью жизни в условиях эпидемии.

16.5.2020 Андрей Дмитриев
Щупальца олигархии. Банкир Хотин, обвиняемый в хищении у вкладчиков "Югры" рекордных 280 млрд. рублей, отбывает домашний арест с женой и двумя детьми в элитном столичном жилом комплексе «Онегин». Большинство находящихся на самоизоляции россиян позавидовало бы таким условиям. Поневоле возникают сомнения, обошлось ли здесь без вмешательства влиятельных покровителей семьи?

14.5.2020 Алексей Рафалович
Дефективный менеджмент. Аналитики давно предсказывают политическую смерть министра Дениса Мантурова, а он не только живее всех живых, но даже недавно умудрился присвоить своему давнему соратнику звание героя России. Нет, конечно же формально это сделал президент, но, если проследить давнюю дружбу Мантурова и Леонида Белыха, а также отток средств Улан-Удэнского авиазавода в офшоры, косвенно связанные с министром, то можно понять, кто в реальности присвоил ему высшую награду России.

9.5.2020 Андрей Дмитриев
Эхо истории. Глядя на архивные кадры парада 1945 года, передающие наивысшее торжество нашего Отечества, иногда невольно приходят в голову вопросы, вроде: могла ли советская история пойти по иному пути, чем приведший в итоге к распаду страны. А вдруг прославленные маршалы с этой кинохроники сумели бы переломить ход истории?

7.5.2020 Юрий Нерсесов
Их нравы. В ближайшее время нашей гельминтной элитке, вообразившей себя аристократией, виселица вряд ли грозит. Однако если её вдруг начнут изводить другие и она потребует встать стеной, как при вторжении Наполеона и Гитлера, ответ легко предсказуем. Насмешки в интернете, ругань в очередях, а чаще всего брезгливое молчание.

6.5.2020 Елена Прудникова
Эпидемия. Об экспериментах, связанных с попытками модификации коронавируса китайской летучей мыши, который может передаваться человеку, было прекрасно известно еще в 2015 году. Именно тогда в авторитетнейшем британском журнале «NatureMedicine» появилась статья об этих опытах в секретном научно-исследовательском центре Пентагона в форте Детрик, что в штате Мериленд.

4.5.2020 Юрий Нерсесов
Эхо истории. В суровой отповеди российских дипломатов послу Польши в Германию Анджею Пшилебскому ссылки на на его интервью газете Märkische Oderzeitung отсутствовали. Поневоле пришлось заподозрить, что приведённые цитаты посла вырваны из контекста, однако всё оказалось интереснее. Пан наврал куда больше, чем поставили ему в вину клятые москали.

29.4.2020 Юрий Нерсесов
Щупальца олигархии. Уже почти тридцать лет ведущий акционер банка «Россия» в одном строю с президентом. Они сотрудничали едва ли не с первых дней появления председателя Комитета по внешнеэкономическим связям Владимира Путина в мэрии Санкт-Петербурга и создавали знаменитый дачный кооператив «Озеро». Но не станет ли недавнее решение Ленинградского областного суда началом грядущей опалы?

28.4.2020 Андрей Дмитриев
Эпидемия. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков назвал «истеричными проявлениями» опасения о том, что на фоне коронавируса в России могут повториться криминальные 1990-е. А что на деле? Как оценивать перекладывание Кремлем ответственности за положение дел на региональных баронов, разборки в элитах, первую ласточку протестов - Владикавказ, а также новации репрессивного законодательства?