Однажды, было это осенью 2005 года, в холле выборгского железнодорожного вокзала по случаю мне довелось отвечать на вопросы корреспондента какого-то канала финского радио. Опрашивали, как положено, представителей разных полово-возрасных и социальных групп. Я представился редактором районной выборгской газеты, журналистом, придерживающимся право-радикальных взглядов, и тем самым, вероятно, приобрел для интервьюиров особый интерес. Там было четыре вопроса, так или иначе касающихся судьбы Выборга и Карельского перешейка. Как вы относитесь к Зимней войне – кто был агрессором, а кто жертвой? Чей исторически город Выборг? (я не без иронии ответил, что, конечно же, шведский; финн же, надо полагать, предполагал услышать российский/финский либо-либо) Потом еще что-то и последний, самый актуальный вопрос: как вы считаете, кому сегодня должен принадлежать Выборг и Карельский перешеек? Я полагаю, что из всех респондентов я дал наиболее эксклюзивный ответ на этот вопрос, потому что невозмутимый финский радиожурналист, скуластый и коренастый, услышав перевод моего ответа, изобразил на своем маловыразительном лице сильное изумление. Я сказал, что искренне считаю, что все спорные территории в Европе, включая Выборг и Карельский перешеек нужно передать под прямую юрисдикцию Евросоюза. Так будет честно, так не будет крови. Я продолжаю придерживаться этой точки зрения и сейчас. Однако пришел я к этому не сразу.

Приехав в Выборг в 2000 году по работе в качестве журналиста газеты «Новости Ленинградской области», я был настроен прямо противоположным образом. Я с иронией относился к финнам, как к эдаким европейским чукчам, и еще был полон национальной гордости… Что же произошло, спросите Вы, за пять лет пребывания в маленьком северном городке, что так изменило мои взгляды? А произошло вот что.

С сентября 2000 года я стал постоянно писать о Выборге, о социальных проблемах, о коррупции местной власти и т.д. На протяжении пяти лет я имел возможность видеть жизнь муниципального образования «Выборгский район Ленинградской области» как бы под увеличительным стеклом журналистского расследования. И вот то, что я увидел за эти годы, события, в которых мне довелось участвовать, привело меня к тем выводам, которые я и озвучил корреспонденту финского радио в холле выборгского вокзала осенью 2005 года.

Объем статьи не позволяет рассказать обо всем, дать большую картину маслом, поэтому я ограничусь карандашными набросками. Кроме того, я не буду делать обширных исторических экскурсов, их достаточно и без меня, тем более, что я не историк. Самое ценное из того, что я могу рассказать, это то, чему я сам был свидетель – тайные механизмы и приводные ремни, при помощи которых вертятся муниципальные колесики и федеральные жернова современной российской власти – вертятся, беспощадно перемалывая судьбы людей.

Мои журналистские расследования в Выборге начались с одной истории о том, как несколько ветеранов-инвалидов Чеченской войны пытались получить положенное им по закону жилье. С просьбой о выделении им скромных однокомнатных квартир они обратились к тогдашнему главе районной администрации бывшему замполиту погранзаставы Владимиру Кириллову. Первый его ответ был: я вас в Чечню не посылал! Заметьте, что эти слова были произнесены не кем-нибудь, а бывшим коммунистом (затем членом всех «правильных» проправительственных партий подряд) и ЗАМПОЛИТОМ!!! Впрочем, через некоторое время под давлением людей и обстоятельств Кириллов все же решил помочь ребятам, стал просить о выделении средств на ветеранское жилье областное правительство, которое тогда возглавлял Вадим Густов. И Густов, надо отдать ему должное, выделил искомые средства. Читатель уже ждет хэппи энда, однако он его не дождется. Потому что выделенные на квартиры ветеранам-инвалидам средства бесследно исчезли в мутном омуте муниципального бюджета. Освоил ли их лично Владимир Кириллов? Вопрос риторический, и об ответе на него вдумчивый читатель сможет только догадаться.

Главный же нерв становления и безвременной гибели муниципального самоуправления и зачатков демократии в Выборге – это история противостояния выборгского муниципального собрания и выборгской администрации, апогеем которого стала схватка за Выборгский целлюлозно-бумажный комбинат в поселке Советский. Когда в России в середине 90-х был принят Закон о местном самоуправлении, в Выборге демократическое, в смысле, муниципальное, движение возглавил некто Сергей Рубинович – человек со своеобразной репутацией. По образованию инженер-вертолетчик, мастер спорта по дзю-до, в позднесоветское и раннедемократическое время он успел поработать официантом, тренировал молодых ребят, активно участвовал в кооперативном движении. В итоге, заработав кое-какие деньги и авторитет в среде местного населения, он, занимая активную жизненную позицию, решил заняться политикой. С легкостью став депутатом Муниципального собрания, вскоре он стал и его председателем. И вот тут, получив законные полномочия, он решил предложить представителям бывшего партхозактива, окопавшимся в здании районной администрации, поделиться с остальным населением района. А для начала перестать его, население, грабить и разворовывать то, что осталось от социалистической собственности. Он – и депутаты, его единомышленники – замучили тогдашнего главу районной администрации уже упоминавшегося Владимира Кириллова депутатскими запросами по имущественным и бюджетным вопросам, забросали заявлениями местную, областную и генеральную прокуратуру и администрацию президента. Общий смысл запросов был таков: уважаемый глава администрации, давайте сделаем прозрачный муниципальный бюджет, накормим голодных и будем честно зарабатывать, благо где-где, а уж в Выборге таких возможностей более, чем предостаточно. В ответ раздавалось глухое молчание, а затем как-то раз к дому председателя выборгского МуСо подъехала братва с автоматами во главе с теперь уже покойным Константином Яковлевым, более известным под именем Костя Могила. «Сережа, брось заниматься ерундой, Кириллов – наш ишак, он на нас работает». Примерно такие слова услышал Рубинович от братвы. Сережа не бросил, в результате – попытка покушения, сорвавшаяся лишь по счастливой случайности, плюс заказное уголовное дело, теперь уже закрытое за отсутствием состава.

Я подробно пересказал всю эту ситуацию, чтобы показать, НА КОГО в действительности работала (и продолжает работать) выборгская администрация, для кого Владимир Кириллов, потом сменивший его Порядин, а теперь Патраев – ДЛЯ КОГО они зарабатывают деньги, грабя местное население, и у КОГО они работают «ишаками», пардон, менеджерами среднего звена.

Я вынужден опустить многие и многие подробности и перейти к выводам. С тех пор – с середины-конца 90-х – прошли годы, Владимир Кириллов уже давно ушел на повышение в областное правительство, Сергей Рубинович полностью отошел от политики и ведет исключительно частный образ жизни, убили Костю Могилу, а место его заняли не менее «достойные» люди, сменились главы администраций, а схемы ограбления людей в пользу теневых структур, крышуемых в свою очередь – и тоже небесплатно – ментами, прокуратурой и администрацией президента – схемы эти сохранились и работают все лучше день ото дня. Никакие письма в генеральную прокуратуру и в администрацию президента как не действовали, так и не действуют. Прошлой осенью в центре Выборга рухнул жилой дом, погибли люди, в том числе грудной ребенок. Хотя об аварийном состоянии этого дома я лично писал в газете «Новости Выборга» за 4 ГОДА до катастрофы. Но и рушащиеся дома и гибнущие люди – все это тоже не действуют.

Один умный человек, депутат областного законодательного собрания, на мои вопросы, как все это может происходить в государстве, претендующим на звание «цивилизованное», мне ответил: - А что ты хочешь? Есть один очень большой человек, он живет сейчас то ли в Испании, то ли в Греции. Он иногда приезжает сюда, иногда к нему из Выборга едут люди, он собирает доли с выборгской братвы, складывает их в чемоданчик, а чемоданчик этот относит совсем большому человеку в администрации президента. Пока носят этот чемоданчик, никаких проблем у выборгской администрации и выборгских бандитов не будет…

Да, подумал я, и вся эта дьявольская свистопляска происходит на СВЯЩЕННОЙ ЗЕМЛЕ ЕВРОПЫ, где когда-то шведские конунги, новгородские князья и московские цари бились за «финскую землю»…

Р.S. Ответив на вопросы финского радиокорреспондента, я посоветовал ему также пообщаться с другим замечательным выборгским журналистом, либералом и правозащитником Андреем Коломойским. Я позвонил Андрею, и он, поймав такси, неожиданно быстро подъехал к вокзалу и также как и я дал ответы на «финские вопросы» с некоторыми комментариями. Широкие скулы финского журналиста вытянулись еще раз, потому что ответы право-радикального журналиста Кочнова и либерального правозащитника Коломойского… полностью совпали. Не дословно, конечно, но по сути. Финн попытался выяснить у Андрея, как это возможно, чтобы взгляды правых радикалов и либералов в одной стране совпадали полностью, хотя бы даже и по отдельно взятым вопросам? – А вот страна у нас такая замечательная, - с улыбкой ответил финну Андрей.