Круг потенциальных сторонников «Солидарности» очень широк: от правых либералов до социал-демократов, от крайних западников до национал-демократов. Тактика должна объединять всех сторонников демократического пути, не допуская расколов как по линии социализм–капитализм, так и по линии западники-славянофилы. Полемика с Вадимом Штепой и Юрием Нерсесовым.

Говорить об успешности или неудаче этого проекта явно преждевременно, но уже как минимум две статьи на «АПН-СЗ» предрекли «Солидарности» провал. Один из критиков - Ю. Нерсесов - в статье «300 шагов к халяве» обвиняет ее отцов-основателей в погоне за западными грантами и старательно выискивает в тексте программы места, хоть сколько-нибудь подтверждающие европейскую, западническую ориентацию нового демократического движения для подтверждения своего тезиса. Разумеется, такие места в тексте есть. Однако в программе «300 шагов» намного больше мест подтверждающих искренний патриотизм движения.

Обвинения же в желании недорого продаться просто смешно. Гораздо проще и выгоднее с этой целью вступить в «Правое Дело», «Справедливую Россию» или уж прямо в «Единую Россию»: выбор есть, как видите. Или продаться власти в индивидуальном качестве, как Никита Белых, например. Не думаю, что у власти не нашлось бы 5-10 теплых мест для лидеров «Солидарности», если бы они согласились на эту публичную потерю лица. Таким образом, критика «Солидарности» г-ном Нерсесовым кажется мне крайне легковесной и тенденциозной.

Более серьезными оказываются упреки г-на Штепы в статье «Последние либералы империи». Главное направление критики – вождизм лидеров «Солидарности», попытка построить якобы очередную централистскую московскую структуру, «междусобойчик».

Такая опасность, разумеется, существует, причем по вполне объективным причинам. Россия – исторически централистское государство (в чем г-н Штепа сам признается косвенно, говоря о «либералах империи»). Вполне очевидно, что, несмотря на ясные намерения организаторов уйти от вождизма (не выбирать лидеров, соблюдать коллективность руководства) реальный политический вес Каспарова и Немцова с Миловым в определенной степени перекашивает равновесие внутри организации в пользу московского «центра». Ну что поделаешь, если в России политика традиционно делается в столицах? Во всяком случае, я сам, как один из вступивших в движение «Солидарность», не ощущаю пока какого-то явного «московского давления».

Г-н Штепа призывает строить организацию как некую «сетевую структуру», лишенную очевидно каких-то центральных органов, соответственно лишенную и проработанной идеологии, развернутой программы и согласованной тактики. Такой подход в принципе возможен, однако успех в борьбе с жесткой вертикалью власти такой аморфной, нечеткой структуры неочевиден: есть тут и плюсы и минусы. Нечеткой «сетевой» структуре, например, труднее противостоять провокациям власти. К тому же даже горизонтальные, сетевые структуры должны иметь некий координирующий центр принятия решений, способный выработать единую позицию по важнейшим вопросам и твердо придерживаться ее под давлением власти. Этого без центрального органа не обеспечить.

Важнее другое: в чем собственно, главная цель и задача нового движения? Без ответа на этот вопрос не понять, есть ли у «Солидарности» перспективы, каков потенциальный круг сторонников движения, какая тактика является для этого движения оптимальной?

Несмотря на большой объем программного документа «300 шагов», главная цель «Солидарности» проста, коротка и понятна – построение в России устойчивой демократии. Наверное, нет необходимости раскрывать его подробно. Достаточно упомянуть такие необходимые составляющие, как свободные конкурентные выборы, сильная оппозиция, разделение властей, свобода СМИ. Короче говоря, все то, что уничтожено и выхолощено авторитарно-полицейским путинским режимом.

В таком понимании круг потенциальных сторонников «Солидарности» мог бы быть очень широк – от правых либералов до социал-демократов, от крайних западников до национал-демократов. Тактика «Солидарности» соответственно должна максимально объединять всех сторонников демократического пути развития России, не допуская расколов как по линии социализм – капитализм так и по линии западники-славянофилы. Это, если хотите – необходимое условие успешности нового демократического движения.

Но не достаточное.

Вспомним опыт демократического периода развития России (1989-1993). Казалось бы – вот она, демократия! Конкурентные выборы, реальная свобода СМИ, реальная многопартийность – и куда это все делось? Почему общество так легко смирилось с потерей всех завоеваний демократии?

На мой взгляд, основы демократии в начале 1990-ых были утрачены, поскольку не было серьезной общественной силы, готовой эту демократию защищать. Организации типа ДемРоссии или Ленинградского народного фронта сочли свои задачи выполненными после серьезных побед на выборах 1989-1990 годов. Многим казалось, что установленная демократия – это навсегда, и теперь она будет поддерживаться введенными законами.

Опыт показал, что эта точка зрения была наивной и неверной. Массовые демократические организации в значительной степени самораспустились, депутаты от демократов утратили связь со своими сторонниками. В результате сплоченные бюрократические и силовые структуры смогли постепенно «прибрать к рукам» все мыслимые рычаги власти и вообще все основные ресурсы России.

Это – важнейший урок не только для «Солидарности», но и для всех демократически настроенных граждан. Придется упомянуть г-на Ульянова – «революция лишь тогда чего-нибудь стоит, когда она умеет защищаться». Ровно то же самое относиться к демократии.

Я бы даже усилил этот тезис. Демократия может быть реализована даже в условиях не очень демократического законодательства (например, без изменения Конституции РФ 1993 года), но при наличии сплоченных сил гражданского общества, готовых оказать серьезное сопротивление наступлению властей на свободу.

С другой стороны опыт «путинской девятилетки» показывает, что авторитарная власть способна выхолостить любые демократические нормы законов, даже не меняя их текста, просто путем так называемой «правоприменительной практики». Достаточно вспомнить право на митинги и демонстрации.

Получается, что задача создания сильной демократической организации в России – даже более важна, чем демократизация законодательства. Поскольку власть, постоянно сталкиваясь с жестким сопротивлением гражданского общества в своих авторитарных проявлениях, быстро поймет, что выгоднее пойти на уступки обществу, чем терпеть убытки от стачек и забастовок.

Таким образом, главной задачей текущего момента является создание сильной во всех смыслах многочисленной организации, способной отстаивать демократию в России. И если это удастся реализовать в рамках проекта «Солидарность», он будет, безусловно, успешен. Как и проект построения устойчивой демократии в России.

Михаил Макаров, активист «Солидарности»