Посетив в начале декабря прошлого года рыбинское научно-производственное объединение «Сатурн», специализирующееся на производстве двигателей для нужд авиации и флота, премьер Владимир Путин решил помочь старому другу Сергею Чемезову отобрать предприятия у бывших теперь уже владельцев. Естественно, прикрываясь кризисом, премьер объяснил собравшимся, что отныне ОАО «НПО Сатурн» перейдет под «крышу» государства, от лица которого будет выступать возглавляемое Чемезовым ОАО «ОПК Оборонпром».

После путинского визита акции «Сатурна» действительно ушли от старых владельцев, но не к государству и даже не чемезовской конторе. Пакет в 23,85% получило некое ЗАО «Праймлитекс», а ещё 24,91% отошло ООО «Меком-люкс». Лишь 24 апреля 2009 года «Оборонпром» решил приобрести эти акции и подал соответствующую заявку в ФАС.

Почему бы не приобрести у бывших владельцев пакеты сразу, тем более, что лоббистом сделки выступил, по сути, сам отец «управляемой демократии» и «вертикали власти»? Да потому что в этом и заключается бизнес, выстроенный на возврате активов как бы под «крышу» государства. В нем должна обязательно присутствовать промежуточная структура, на счетах которой окажется разница между стоимостью выкупа акций у прежних владельцев и окончательной стоимостью выкупа актива руководством ОАО «ОПК Оборонпром».

Так, по сути, ничего не делая, можно конвертировать административный ресурс в живые деньги. При наезде на предприятие с использованием «вертикали» рыночная оценка акций получается совершенно условной и близка к самому наименьшему порогу, а вот в дальнейшем, когда покупаешь у своей же структуры, то можно провести совершенно другую, более либеральную «рыночную» оценку приобретаемого актива. Именно на такого рода операциях ОАО «ОПК Оборонпром» и специализируется

В активе конторы Чемезова уже есть примеры высокодоходных операций по скупке акций предприятий, вот только из практики очевидно, что само ОАО ничего не покупает напрямую и всегда в сделках присутствует некая промежуточная структура, у которой «Оборонпром» выкупает активы по завышенной стоимости, оставляя разницу как раз на промежуточной структуре.

Вот, к примеру, есть такой завод НАРЗ (Новосибирский авиаремонтный завод), сейчас он в структуре ОАО «ОПК Оборонпром», а вот скупку акций этого завода в интересах ОАО «ОПК Оборонпом» осуществляло некое ЗАО «Русская вертолетная компания». Ни одного вертолета эта компания не произвела. Она специализируется как раз на отделении разницы в стоимости активов при скупке их Чемезовым и К, а один из создателей ЗАО Артур Штанков трудится на руководящей должности в одной из компаний оборонпромовской структуры ЗАО «Вертолетная сервисная компания».

После того, как акции НАРЗ консолидировали в промежуточной компании, их перекупил «Оборонпром», но стоимость была уже значительно выше. А поскольку чемезовскому холдингу, владеющему серийными вертолетными заводами, авиаремонтный завод не нужен, целью сделки представляется возможность потратить деньги со счетов ОАО «ОПК Оборонпром», поимев при этом неплохую разницу на операции скупки актива.

Видимо, подобные махинации так понравились тогдашнему гендиректору «Оборонпрома» Денису Мантурову, что скупка следующего актива - ОАО «Электромашиностроительный завод «Лепсе» также была поручена ЗАО «Русская вертолетная компания».

Преемник Мантурова, бывший замминистра промышленности и энергетики РФ Андрей Реус продолжил практику предшественника. Уже 30 апреля 2009 года между все тем же ЗАО «Русская вертолетная компания» и ОАО «Улан-Удэнский авиационный завод», находящемся под управлением филиала «Оборнпрома» - управляющей компании ОАО «Вертолеты России», заключается договор купли-продажи 100% акций ОАО «Вертолетная инновационно-промышленная компания», в собственности которого и находится ОАО «Улан-Удэнский лопастной завод». А проще говоря - лопастной цех Улан-Удэнского авиационного завода, который прежние руководители в лихих 90-х увели у завода, выведя его на отдельный баланс.

Тогда реализация вертолетов остановилась в связи с фактическим обнулением госзаказа. Зато лопасти как расходный материал были востребованы на рынке, потому как без лопастей, как известно, вертолет не полетит. Вот руководство завода подумало, что де не стоит размазывать прибыль от этого цеха на весь завод, было бы полезнее направить поток от продажи лопастей в собственный карман, ну завод-то все равно зачахнет. В результате цех превратился в отдельное юрлицо ОАО «Улан-Удэнский лопастной завод». При этом само здание цеха и земля под ним находится в собственности материнского предприятие, которому пришлось регулярно оплачивать налоги за производственные площади, не имея доходов с продаваемых лопастей!

С 2005 года вертолетная отрасль оживилась и «Оборонпром» почуял добычу, тем более что господин Мантуров, некогда возглавлявший московского представительства улан-уденского авиапредприятия, историю отделения лопастного цеха знал досконально.

Под давлением ОАО «ОПК Оборонпром» в 2008 году прежние владельцы лопастного заводика были вынуждены переуступить акции ОАО «Вертолетная инновационно-промышленная компания» «Русской вертолетной компании». Затем, поняв, что без лопастей никак, попытались выкупить, но после «независимой» экспертизы ООО «Русбизнеспроект» рыночная стоимость подскочила до 923 миллиона рублей, хотя изначально речь шла максимум о 80 миллионах! Сошлись на 744 264 000 рублях.

Такова схема, согласно которой государство, за которое так радеет наша «вертикаль», по сути, обули дважды. Сначала по дешевке отдав промышленные активы разного рода проходимцам, а потом выкупая их в пользу государства описанными выше методами, с помощью таких же проходимцев. Неудивительно, что первым опробовавший описанную схему Денис Мантуров в настоящее время и олицетворяет «вертикаль власти» в качестве курирующего промышленность заместителя министра промышленности и торговли.

Именно из этого ведомства гражданка Надежда Миль и получила ответ на письмо, направленное президенту РФ с целью привлечь внимание к развалу конструкторского бюро, носящего имя её отца – прославленного разработчика отечественных вертолетов Михаила Миля.

Ответ минпромторга был написан по принципу огородной бузины и киевского дядьки. Помимо прочего, замдиректора департамента авиационной промышленности Пересыпкин гордо сообщил, что ОАО «ОПК Оборонпром» является разработчиком комплексной целевой программы «Развития вертолетостроения Российской Федерации на период до 2015 года». Возникает вопрос, чем же тогда занимается Министерство промышленности и торговли? Ведь во всех нормальных странах (и ранее в СССР) разработка отраслевых программ – это и есть прямая обязанность и смысл деятельности министерств.

Мало того: оказывается дочка ОАО «ОПК Оборонпром» - ОАО «Вертолёты России» - также занята разработкой этой программы, но почему-то содрала за неё деньги с серийных вертолетных заводов. Понятно, что ничем, кроме роста коррупции и окончательного разгрома российской оборонки, такая практика закончиться не может.

…А тем временем ОАО «Вертолеты России», объединяющее ОАО «Московский вертолетный завод им. М.Л. Миля», ОАО «Улан-Удэнский лопастной завод» и другие предприятия, о бедственном положении которых «АПН Северо-Запад» уже писал, сделало очередной сильный ход. Под чутким руководством гендиректора ОАО Андрея Шибитова разработан «Кодекс корпоративной этики», призванный поднять на небывалую высоту моральные и деловые качества сотрудников. Особенно сотрудниц, которым, по мнению господина Шибитова, «не желательно носить юбки меньшей длины, чем на ладонь выше колена».