2010-04-14 Сергей Лебедев

Страна, долгое время считавшаяся витриной демократии в регионе, сваливается в водоворот путчей.  После очередной революции главой государства впервые становится женщина, но это не приносит успокоения… Нет, это я не о Киргизии, а об удивительно похожих событиях, начавшихся ровно 30 лет назад, в апреле 1980 года, на западном побережье Африки.

 

В начале XIX века среди белой интеллигенции США при участии крохотной группы мулатов и образованных свободных негров возник ряд организаций, ставивших перед собой цель отправить негров обратно в Африку. Инициативу поддержал президент Джеймс Монро, и в 1820 году первые темнокожие колонисты во главе с тремя белыми американцами направились к берегам исторической родины. В следующем году они основали названный в честь президента город Монровия.

 

Прибыв на родину предков, негры из США повели себя совсем как белые колонизаторы. У местных вождей за различные товары, типа зеркалец и бус, общей стоимостью в 50 долларов, поселенцы купили обширную территорию, которая в 1824 году получила название Либерия – «земля свободы» - и стала независимым государством  26 июля  1847 года. При этом, несмотря на высокий естественный прирост, даже через полтора века численность американо-либерийцев не превышала 70 тысяч человек – от силы 3% всего населения.

 

В Либерии переселенцы воссоздали общество американского юга, в котором они заняли место белых плантаторов. Коренные либерийцы считались людьми второго сорта и подвергались дискриминации. До 1904 года они, то есть 97 % жителей «страны свободы», вообще не имели либерийского гражданства. Но, даже получив его, коренные либерийцы еще 40 лет не имели права голоса.

 

Самое поразительное заключалось в том, что рабство в Либерии существовало еще в середине ХХ века. Тема рабства в Либерии в 1931 году стала  предметом обсуждения в Лиге Наций, специальная комиссия которой привела множество доказательств ужасов либерийской работорговли. В Лиге официально поставили вопрос об установлении над Либерией международной опеки. Тогдашний президент Чарльз Кинг  срочно подал в отставку, что предотвратило интервенцию, но не покончило с рабством.

 

 Экономические итоги правления американо-либерийцев удручали. В 1890 году страна официально объявила себя банкротом и затем еще несколько раз повторяла этот трюк, будучи не в состоянии платить проценты по кредитам. По индексу человеческого развития в 1980 году Либерия занимала 26 место с конца из 130. И это притом, что только США вложили в режимы Монровии 350 млрд. долларов, а в 1969-1976 гг. в Либерию было направлено 13% всех инвестиций в Африку, хотя ее население составляло лишь 0,3% жителей континента.

 

Конец наступил 12 апреля 1980 года. В этот день небольшая группа из 17 солдат и сержантов либерийской армии, происходивших из числа коренных жителей, сидя в кабаке, мрачно жаловалась на то, что все высшие посты закреплены за американо-либерийцами. Самый трезвый из всех, 28-летний сержант Самуэль Доу из племени кран, показав рукой на президентский дворец, посоветовал захватить его. Мятежники немедленно ворвались в президентский дворец, президент Толберт и 26 его телохранителей, были убиты, а сержант Доу, выступив по радио, объявил себя президентом. Некоторые из мятежников, проснувшись на утро следующего дня, даже не помнили, что совершили переворот. Так произошла революция, которую совершили спьяну. Два дня спустя 13 прежних министров Толберта казнили в прямом телеэфире.

 

Став президентом, Доу на все важнейшие посты назначил выходцев из своего племени. Остальные племена были этим очень раздосадованы. Чтобы отвлечь их внимание, бывший сержант регулярно устраивал расправы над американо-либерийцами, сравнивая их с евреями, но это не помогало. К 1989 году внешний долг превысил 2,7 миллиардов долларов США, что в 2,7 раза превышало валовой продукт в очередной раз обанкротившейся страны.

 

В декабре 1989 года в стране началась гражданская война. В Либерию вторглись отряды враждебных захватившим власть кран племен дан и мано. Их возглавил обвиненный в коррупции и просидевший несколько лет в тюрьмах родной страны и США американо-либериец Чарльз Тейлор. Как правительственные войска, так и повстанцы, творили невероятные зверства, поголовно истребляя население деревень и городов, населенных другим племенем. Вскоре среди мятежников произошел раскол, и группировка во главе с Принцем Джонсоном начала сражаться как против Доу, так и людей Тейлора. Поскольку мятежные племена Либерии имели многих соплеменников в соседних странах, то война сразу же распространилась на Сьерра-Леоне. Африканские страны решили ввести в Либерию миротворческие силы, составленные из контингентов Нигерии, Ганы, Гвинеи и других стран, но вскоре миротворцы сами втянулись в боевые действия.

 

Повстанцы взяли штурмом Монровию, уничтожили большую часть города и взяли в плен президента Доу. Ему отрезали ухо и заставили его съесть, а затем после пыток убили, но война продолжалась. В ней погибли сотни тысяч человек, треть населения бежала из страны. Одичавшие солдаты  превратились в каннибалов, пожирая пленных и мирное население. А после гибели и бегства  многих взрослых мужчин, среди бойцов появились тысячи  детей и подростков.

 

После перемирия 1997 года президентом был избран Чарльз Тейлор, но уже через год война возобновилась. Тейлор был разгромлен и бежал из страны. На новых выборах, проведенных  в 2005 году, победила первая в Африке женщина-президент - бывший сотрудник Всемирного Банка Элен Джонсон-Серлиф. Уцелевшие либерийцы проголосовали за нее, надеясь на помощь мировых финансовых заправил, но сама президент заблаговременно вывезла семью за океан.  

 

Сходство с современной Киргизией поражает. Как и Либерия, страна долгое время считалась витриной демократии среди тоталитарных соседей. Ведь в 1990 году ее президентом стал не бывший партноменклатурщик, а либеральный ученый, член-корреспондент Академии Наук ССР Аскар Акаев. Но вскоре выяснилось, что интеллигентная президентская семейка приватизирует страну, ничуть не хуже, чем дети коммунистических боссов. Население катастрофически нищало, киргизы резались с узбеками и втягивались в столкновения чиновничьих кланов, постепенно переросших в марте 2005 года в «Революцию Тюльпанов». Верхушка южных областей, недовольных засильем северян в органах власти и отставкой с поста премьер-министра одного из своих лидеров Курманбека Бакиева, совершила государственный переворот. Акаев бежал, но победители вскоре переругались между собой. Сперва Бакиеву удалось изгнать союзников со всех постов, но сейчас они взяли реванш, и за бывшим революционным вождем остались лишь несколько населенных пунктов на юге. Временное правительство возглавила бывший 2-ой секретарь столичного горкома КПСС и министр иностранных дел Роза Отунбаева, а Россия, и ранее вкладывающая в Киргизию большие деньги, обещала ей очередные вливания.

 

Только  проку от них не ожидается. Правда в Киргизии до сих пор сохранился государственный русский язык, и русские дольше других сохраняли позиции в органах власти (даже среди премьер-министров страны были двое русских – Игорь Чудинов и Николай Танаев), но подавляющее большинство славянского населения покинуло страну, спасаясь от нищеты и криминала.  Соглашательская политика Кремля не позволила воспрепятствовать размещению в стране американской базы «Манас». Бакиев обещал закрыть ее в обмен на получение российского кредита в 1,7 млрд. долларов, но так и не выполнил обещание. США повысила плату за аренду до 60 млн. долларов в год, и Киргизия продолжает превращаться в их «непотопляемый авианосец» в Центральной Азии. Но ни стабильности, ни благосостояния сотрудничество с американцами киргизам, как и либерийцам, не принесло.

 

Сергей Лебедев