АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Вторник, 7 июля 2020 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Жданов: неразгаданный сфинкс Ленинграда. Часть Пятая
2011-08-12 Алексей Волынец
Жданов: неразгаданный сфинкс Ленинграда. Часть Пятая

Фигура возглавлявшего Ленинград в 1934-1945 гг. Андрея Александровича Жданова и в наши дни вызывает ожесточенные споры. Его ненавидит и проклинает либеральная интеллигенция, поминают добрым словом коммунисты и многие пожилые горожане, а нынешние хозяева Смольного о нем предпочитают умалчивать.

Жданова можно назвать неразгаданным, неизученным сфинксом Ленинграда. До сих пор так и не увидела свет его биография. «АПН Северо-Запад» восполняет этот пробел и продолжает публикацию жизнеописания этого выдающегося исторического деятеля. Автор - историк и публицист Алексей Волынец. Начало - здесь, здесь, здесь и здесь.

Глава 5. НАЦИОНАЛ-БОЛЬШЕВИЗМ И «ДОКТРИНА ЖДАНОВА»

Окончание Второй мировой войны Жданов встретил в Финляндии. Именно он, как представитель правительства СССР, еще 19 сентября 1944 г. подписал соглашение о перемирии с Финляндией и возглавил Союзную контрольную комиссию, которая от имени союзников по антигитлеровской коалиции – нашей страны, США и Великобритании – контролировала после перемирия внешнюю и внутреннюю политику Хельсинки. Примечательно, что Жданов подписал соглашение не только как представитель СССР, но по поручению и от имени британского короля.

В Финляндии, только что участвовавшей в блокаде Ленинграда, Жданов взялся за дело круто. Он сумел заставить финнов даже немного повоевать против своих недавних германских союзников в скоротечной, но жестокой «Лапландской войне», а на территории Финляндии появились базы нашего флота, наконец перекрывшего поставки в Германию шведской руды. Вышли из подполья и были введены в правительство финские коммунисты. В марте 1945 г. прошли выборы, на которых победили левые партии, ориентировавшиеся на СССР. Сменился и состав финского правительства, премьер-министром под влиянием Жданова был назначен оппозиционер Паасикиви. Союзная контрольная комиссия определила список подлежащих запрету профашистских организаций Финляндии.

При ждановской комиссии действовала так называемая Инспекция, укомплектованная нашими «особистами», которая была, по сути, разведкой и контрразведкой СССР на территории Финляндии. Часть финских офицеров и шюцкоровцев попытались организовать партизанскую и диверсионную войну против нашей страны, но несостоявшиеся «партизаны» и их базы с оружием были вскрыты Инспекцией Союзной контрольной комиссии. Под давлением Жданова, финская полиция арестовала руководство финского генштаба во главе с генерал-лейтенантом Айро и ликвидировала так называемое «Карельское академическое общество», идейным вдохновителем которого являлся ректор Хельсинского университета Неванлинна (бывший председатель комиссии по вербовке добровольцев в батальоны СС) и профессор Арно Саксен (между прочим, бывший член геббельсовской комиссии по «Катынскому делу», чью клевету сейчас радостно повторяет всяческая антирусская шушера от Ельцина до Путина и Медведева).

6 августа 1945 г. Жданов передал новому финскому премьер-министру Паасикиви письмо, в котором указывалось, что советское правительство решило восстановить с Финляндией дипломатические отношения. По свидетельству очевидцев, на дипломатических приёмах в правительственных учреждениях Хельсинки или в отеле «Торнио», где располагалась штаб-квартира Союзной контрольной комиссии, товарищ Жданов общался с финнами на французском языке.

Под воздействием Союзной контрольной комиссии в сентябре 1945 г. финский сейм одобрил чрезвычайный закон о наказании виновников войны. По этому закону, обладавшему обратной силой, были осуждены бывший президент Рюти, бывшие премьер-министры Рангель и Линкомиес, бывший посланник Финляндии в Берлине Кивимяки и ряд финских министров, виновных во вступлении Финляндии в войну против СССР и блокаде Ленинграда.

Финляндия начала выплату репараций в 300 миллионов долларов (свыше десяти миллиардов современных долларов), представители комиссии Жданова активно искали и возвращали в СССР награбленное финнами во время войны имущество. Престарелый финский президент Маннергейм, недавно осаждавший Ленинград, униженно просился у Жданова отпустить его «на лечение» за границу – Жданов со свойственным ему едким юмором ответил, что президент независимой Финляндии может ездить куда угодно, но лучше бы ему скататься в Крым… Фактически, Жданов превратил Финляндию в послушного сателлита нашей страны, не случайно во 2-й половине XX века в западной политологи использовался термин «финляндизация» для обозначения формально независимых, но полностью подконтрольных более сильным соседям стран.

Между Москвой, Ленинградом и Хельсинки Жданов работал до апреля 1946 г. Еще 29 декабря 1945 г. на заседании Политбюро была намечена новая структура управления СССР после окончания Второй мировой войны – товарищ Жданов вошел в первую пятёрку высших лиц государства. 13 апреля 1946 г. Политбюро утвердило распределение обязанностей между новым составом секретарей ЦК ВКП(б), на Жданова возложили руководство Управлением пропаганды ЦК, руководство работой всех партийных и советских организаций в области пропаганды и агитации, а также руководство Отделом внешней политики ЦК. С учетом роли и места идеологии в то время, фактически, Жданов от имени ЦК стал курировать все вопросы внутренней и внешней политики СССР. При этом получили новые высокие должности в центральном аппарате ЦК и представители его «ленинградской команды» - так Алексей Кузнецов возглавил управление кадров ЦК.

25 февраля 1946 г. Андрей Жданов был награжден орденом Ленина. Наряду со Сталиным он стал подписывать высшие распорядительные акты в стране – совместные постановления ЦК и Совета Министров, с ним согласовывались практически все решения, принимавшиеся Политбюро и иными партийными органами. В таком объеме полномочия имел лишь сам Сталин. По сути, на протяжении трёх послевоенных лет, 1946-48 гг., Жданов почти официально был вторым человеком в СССР. Как отмечал позже Молотов, «Сталин Жданова больше всех ценил».

В РФ ближайшим аналогом положения Жданова в государстве будет должность главы президентской администрации – при этом у секретарей ЦК в отличие от современных высших чиновников не было счетов в зарубежных банках или личных дворцов на берегах чужих морей, но было куда больше реальной власти в масштабах государства и всей планеты.

Наша страна вышла победительницей во Второй мировой, во внешней и внутренней политике появились новые задачи, новые возможности, а вместе с ними новые проблемы и вызовы. Страна уже имела шансы стать сверхдержавой и рулить планетарной политикой, но одновременно существовали и глобальные сложности – от восстановления разрушенной войной экономики до новых отношений с бывшими «союзниками». Изменившаяся ситуация требовала новых методов работы, и это хорошо понимал товарищ Жданов. Как руководитель Управления пропаганды ЦК, он первым делом начал крутую реорганизацию партийной идеологии и всего идеологического аппарата, где за годы войны в тёплом тылу накопилось немало карьеристов и схоластиков.

Прежде всего, Жданов решил взять с бывших фронтов и армий тех молодых людей, кто получил хорошее довоенное образование и в то же время уже знал жизнь и имел фронтовой опыт – именно с их помощью предстояло решать встающие перед страной и обществом новые грандиозные задачи. Жданов привлекает в пропагандистский идеологический аппарат молодых фронтовиков, изгоняя из структур ЦК карьерных «философов» и «идеологов», сытно пересидевших войну и не видевших ни боёв, ни практики реальной жизни.

Именно так в редакцию центральной партийной газеты «Правда» попал учившийся в Московском университете Дмитрий Шепилов, бывший рядовой московского ополчения, закончивший войну генералом гвардейской армии в Вене. Позднее он, проиграв в конфликте с Хрущёвым, оставит очень интересные мемуары, в том числе и о своём послевоенном руководителе Жданове.

Шепилов описывает свою первую встречу с нашим героем: «…пятый этаж в доме на Старой площади. Огромный кабинет, отделанный светло-бежевым линкрустом. Письменный стол в стиле барокко и большущий стол для заседаний. Книжные шкафы. Многочисленные книги, газеты, журналы. Тоже на столе.

Передо мной стоял человек небольшого роста с заметной сутулостью. Бледное, без кровинки лицо. Редкие волосы. Темные, очень умные, живые, с запрятанными в них веселыми чертиками глаза. Черные усики. Андрей Александрович был в военном кителе с погонами генерал-полковника. …Внешний облик, его манера держаться и говорить, его покоряющая улыбка – все это очень располагало к себе. Этот первый разговор был очень продолжительным и впечатляющим. Жданов очень откровенно изложил положение дел на идеологическом фронте и свои соображения – как следовало бы решать назревшие вопросы. Говорил он живо, остроумно, интересно, с взволнованной страстностью. Он всё время прохаживался по кабинету и помогал своей речи выразительными жестами. Иногда он вплотную подходил ко мне и пытливо заглядывал в глаза, словно желая убедиться, что аргументы его убедили собеседника. Время от времени он останавливался, чтобы отдышаться: все знали, что у Жданова больное сердце».

Шепилов излагает почти прямую речь Жданова о глобальных идеологических и психологических проблемах послевоенного СССР: «Положение достаточно серьезное и сложное. Намерение разбить нас на поле брани провалилось. Теперь империализм будет всё настойчивей разворачивать против нас идеологическое наступление. Тут нужно держать порох сухим. И совсем неуместно маниловское прекраснодушие: мы-де победители, нам всё теперь нипочем. Трудности есть и будут. Серьезные трудности. Наши люди проявили столько самопожертвования и героизма, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Они хотят теперь хорошо жить. Миллионы побывали за границей, во многих странах. Они видели не только плохое, но и кое-что такое, что заставило их задуматься. А многое из виденного преломилось в головах неправильно, односторонне. Но, так или иначе, люди хотят пожинать плоды своей победы, хотят хорошо жить: иметь хорошие квартиры (на Западе они видели, что это такое), хорошо питаться, хорошо одеваться. И мы обязаны всё это людям дать.

Среди части интеллигенции, и не только интеллигенции, бродят такие настроения: пропади она пропадом, всякая политика. Хотим просто хорошо жить. Зарабатывать. Свободно дышать. Хорошо отдыхать. Вот и всё. Им и невдомек, что путь к хорошей жизни – это правильная политика. Товарищ Сталин постоянно твердит нам в последнее время: политика есть жизненная основа советского строя. Будет правильная политика партии, будут массы воспринимать эту политику как свое кровное дело – мы всё решим, создадим и достаток материальных и духовных благ. Не будет правильной политики, не воспримут массы политику партии как свое кровное дело – пропадем.

Поэтому настроения аполитичности, безыдейности очень опасны для судеб нашей страны. Они ведут нас в трясину. А такие настроения ощутимы в последнее время. В литературе, драматургии, кино появилась какая-то плесень. Эти настроения становятся ещё опаснее, когда они дополняются угодничеством перед Западом: «Ах, Запад», «Ах, демократия», «Вот это литература», «Вот это урны на улицах». Какое постыдство, какое унижение национального достоинства! Одного только эти господа воздыхатели о «западном образе жизни» объяснить не могут: почему же мы Гитлера разбили, а не те, у кого урны красивые на улицах».

Как видим, проблемы, разрушившие утративший свои идеи поздний СССР, предсказаны Ждановым уже на следующий год после великой победы. Но товарищ Жданов собирался не только констатировать, он стремился эффективно решать данные проблемы. В силу объемности такой темы, как внутренняя политика СССР в конце 40-х годов, расскажем лишь об отдельных моментах этой деятельности нашего героя.

Одной из важнейших проблем оставался крайне низкий уровень жизни народа из-за чудовищных разрушений и потерь недавней войны. При этом СССР было необходимо не только восстанавливать разрушенное хозяйство, но и тратить огромные ресурсы на обеспечение безопасности в ходе начавшегося противостояния с бывшими «союзниками». Здесь показательны слова из выступления Жданова на заседании Сталинградского обкома, в полностью уничтоженном войной героическом городе. «В ЦК нет людей, которые считают, что вы можете за полгода построить все жилье и все клубы. У нас нет таких людей, которые думают, что вы можете делать чудеса...», – говорил Жданов руководителям послевоенного Сталинграда. Но, отмечая все бытовые сложности, он добавил: «Надо перекрывать недостатки, если хотите объективные, внимательностью. Русский человек очень терпелив, а внимание и заботу он ценит очень высоко. Он вам простит и двойные нары, но не простит вам отсутствия элементарного внимания».

После войны Жданова особенно занимали именно эти вопросы подготовки партийных руководителей, способных не только мобилизовать и заставлять людей, но и проявлять внимание к жизни и нуждам народа. Изменения в общественном сознании, умах и настроениях советских людей, вызванные войной, потребовали от партии пересмотра методов руководства, свойственных эпохе индустриализации и войны. Как писал Жданов в одном из партийных документов: «Необходимо помнить, что культурный уровень и политическая активность рабочих, крестьян, интеллигенции и, прежде всего, коммунистов, быстро растёт, и ими нельзя руководить без глубокого понимания существа дела, путем администрирования и прикрикивания. Партийный работник, пытающийся руководить с помощью окриков, теряет авторитет в глазах коммунистов, глазах народа, который уважает только хорошо знающих своё дело и растущих руководителей».

Для подготовки таких руководителей Ждановым была создана целая новая система. Уже 2 августа 1946 г. принято постановление «О подготовке и переподготовке руководящих партийных и советских работников». В соответствии с даным постановлением учредили целую сеть партийных школ (первая такая школа была образована Ждановым еще в 1944 г. в Ленинграде), были созданы Высшая Партийная Школа при ЦК ВКП(б) и Академия Общественных наук для подготовки теоретических кадров партии, а также восстановлена Военно-Политическая академия Вооруженных сил. По решению Жданова, все руководящие партийные работники в зависимости от должности и имевшегося образования должны были пройти обязательное двух- или трехгодичное обучение в таких школах и в дальнейшем регулярно раз в три года проходить в них переподготовку.

Показателен широкий круг предметов, читавшихся в партийных школах эпохи Сталина и Жданова – от лекций по военному делу до курса современного искусства (включая обязательное посещение театров и вставок). Как отмечал Жданов, это было необходимо, чтобы сформировать «особый партийный вкус». Будучи руководителем внутренней политики, Жданов занимался и вопросами выборов в СССР. Да, как это не покажется странным после десятилетий «антитоталитарной» пропаганды, в те годы в сталинском государстве регулярно проходили центральные и местные выборы со всяческой предвыборной агитацией и соблюдением всех демократических формальностей. В предвыборный период население активно шантажировало партийные органы, угрожая, если не будут решены какие-либо бытовые проблемы, не голосовать или голосовать против партийных кандидатов (разъяснение о возможности голосовать «против» входило в обязанности предвыборных агитаторов). Так что выборы были весьма хлопотным периодом для местных партийных органов. Процитируем стенограмму высказываний Жданов об их работе с населением во время выборов и сразу после: «Вопрос принципиальный, кончаем с этим делом или нет после выборов? Райкомы и райисполкомы относятся к этому делу очень легко, так как они имели дополнительную нагрузку в смысле того, что во время выборов и избирательной кампании им приходилось решать ряд бытовых вопросов... Поэтому некоторые наши райкомы и райисполкомы с большим удовольствием прекратили это дело, для них это обуза. А как смотрит на это дело сам избиратель? ... По-моему избиратель смотрит так, что когда мы были нужны вам, когда нужны были наши голоса, вы занимались нами, а как только мы за вас проголосовали, вы о нас забыли до следующих выборов…» Не сложно заметить, что эти слова Жданова по поводу выборов актуальны и в наши дни. По мнению Жданова партийные органы и прежде всего его Управление агитации ЦК ВКП(б) в области внутренней политики должны стать аналитическим центром, отслеживающим и контролирующим изменения общественного мнения страны. По сути, выражаясь современным языком, наш герой являлся главным пиарщиком и главным социологом в СССР.

После окончания Второй мировой и начала «Холодной войны» внутренняя политика была особенно тесно переплетена с политикой внешней. Внешнеполитическое положение оказывало значительное влияние на ситуацию внутри СССР, что внимательно учитывалось в идеологической деятельности Жданова. Он уделял много внимания проблемам освещения международного положения в средствах массовой информации: «Вопросы международной жизни иногда разъясняются не с точки зрения политики Советского Союза в зарубежных делах, а главным образом излагают политику Маршалла, Трумэна, политику Америки, беда еще в том, что при этом разъяснение вопросов внешней политики делается не в боевом, наступательном духе, а в духе защиты, обороны…»

Необходимость такого изменения объяснялась Ждановым тем, что «сейчас идет борьба за человека в пропаганде... Англия и Америка ведут антисоветскую пропаганду, они клевещут на советского человека, они, кроме того, отравляют советского человека, настраивают в свою пользу против государства, против нас…»

В 1946-47 гг. Жданов наладил сбор и изучение данных о методах и организации английской внешней пропаганды, достигшей заметных успехов в годы Второй мировой войны. На совещаниях Политбюро он доказывал, что Запад понимает противостояние двух систем прежде всего как войну за господство в сознании людей, а пропаганда и контрпропаганда являются обязательным атрибутом великой державы, частью военной машины, которая заменяет военные силы, когда они вынуждены бездействовать.

С деятельностью Жданова в конце 40-х годов связана и попытка привить советскому человеку новый планетарный взгляд на мир, думать о далеких землях и континентах – не зря именно в те годы пошел поток переизданий старой русской «ориентальной» литературы о путешествиях, кругосветных плаваниях, первопроходцах и т.п. СССР выходил на новый уровень и его гражданам требовались глобальные масштабы мышления. Жданов в своей идеологической деятельности и пытался раздвинуть эти географические рамки мышления наших людей, побудить их поднять голову от мелочей районного быта к высотам большой политики, привить им вкус к управлению планетой. Сам Жданов участвовал в управлении планетой в прямом смысле этого слова – как руководитель Отдела внешней политики ЦК он, по сути, был партийным министром иностранных дел и от имени партии курировал деятельность МИДа СССР. Но главное, Жданов от имени ВКП(б) осуществлял оперативное руководство и взаимодействие со всеми коммунистическими партиями мира. Период 1946-48 гг., наряду с активной работой внутри страны, для Жданова стал чередой сплошных встреч, переговоров и переписки с руководством и активистами почти всех иностранных компартий.

Это было время, когда наша Родина, израненная мировой войной, под руководством сталинской команды буквально за несколько лет достигла пика своего идейного и геополитического влияния. В Восточной Европе – в Чехословакии, Болгарии, Румынии, Польше и Венгрии – именно в 1946-48 гг. по технологиям, напоминающим пресловутые «оранжевые революции», к власти пришли коммунистические партии. На западе Европейского континента, во Франции и Италии компартии насчитывали сотни тысяч членов, имели многочисленные парламентские фракции и десятки тысяч неплохо вооруженных бывших партизан с припрятанными в ожидании близкой революции стволами. В те годы представители Коммунистической партии Франции открыто заявляли в парламенте, что начнут партизанскую войну, если США развяжут боевые действия против СССР – и их слова не были голословными, среди членов ФКП помимо множества бывших партизан имелись даже офицеры французского генштаба. В Греции шла масштабная партизанская война местных коммунистов за власть против американцев, англичан и их местной прислуги. Даже во франкистской Испании коммунисты вели партизанские и террористические действия, с не меньшим размахом, чем поддерживаемые с Запада бандеровцы или «лесные братья» на территории Западной Украины и Прибалтики.

Еще большим был масштаб коммунистического движения в Азии. Вооруженные силы Компартии Китая насчитывали три миллиона штыков и вели успешную гражданскую войну против ориентировавшихся на США чанкайшистов. На севере Корейского полуострова бывшим заместителем товарища Жданова по Ленинградскому обкому генералом Штыковым и бывшим капитаном советской армии Ким Ир Сеном создавалось новое социалистическое государство. Во Вьетнаме обморозивший на похоронах Ленина уши старый коминтерновец Хо Ши Мин вел полномасштабную партизанскую войну против французских колонизаторов и уже претендовал на власть во всём бывшем французском Индокитае. На Филиппинах десятки тысяч местных коммунистов, ранее партизанивших против японцев, начали повстанческую войну против войск США. В Индонезии партизаны-коммунисты контролировали обширные освобождённые районы этой голландской колонии. Проводили свои первые съезды коммунистические партии и организации арабского Востока и Африки.

На другой стороне Земного шара, в Латинской Америке многочисленные компартии уже готовились начать герильи против местных банановых диктатур. И даже в США после окончания Второй мировой войны коммунистическая партия насчитывала свыше ста тысяч членов, в том числе десять тысяч рядовых и офицеров US-army.

Излишне повторять, что все эти силы ориентировались на идеи и голос Москвы. В практическом плане этим «голосом Москвы» и был Отдел внешней политики ЦК ВКП(б) во главе с товарищем Ждановым.

Жданов первым среди высших руководителей СССР встретился с 33-летним Ким Ир Сеном, который спустя полвека, когда имя нашего героя на Родине всячески очернялось в «перестроечном» угаре, с большим уважением вспоминал об этой встрече в Москве. Архивы Жданова сохранили материалы его рабочих встреч с Энвером Ходжей и Никосом Захариадисом – первый в годы Второй мировой возглавлял албанских партизан, второй командовал партизанской армией в греческой гражданской войне 1946-49 гг. Примечательно, что именно эти люди все дальнейшие десятилетия без колебаний и до конца сохраняли верность сталинской политике и традиции.

По свидетельству генерал-лейтенанта Ивана Ковалева, бывшего в 1946-49 гг. фактическим представителем Сталина при ставке Мао Цзедуна, лидер китайских коммунистов, уже побеждая в гражданской войне и готовясь к первому визиту в Москву, «имел желание встретиться ещё со Ждановым, считая его крупным политическим деятелем и теоретиком». И такая оценка нашего героя крупнейшим коммунистическим лидером Азии и основателем современного Китая явно не случайна.

Вершиной деятельности Жданова на посту «партийного министра иностранных дел» стало создание Коминформа – Информационного бюро коммунистических партий, учреждённого девятью коммунистическими партиями Европы. 22 сентября 1947 г. в польском городке Шклярска-Поремба, в ещё недавно немецкой Силезии, под председательством Жданова представители компартий СССР, Югославии, Польши, Чехословакии, Румынии, Венгрии, Болгарии, Франции и Италии создали международную организацию, официальной задачей которой провозглашался обмен информацией и координация действий европейских компартий. Но, фактически, Коминформ представлял собой модифицированную версию Коминтерна, новый инструмент для нового издания мировой революции. Это был не только шаг на пути консолидации коммунистических сил в Восточной Европе, но и инструмент влияния СССР, его политики, идеологии и культуры на социалистические и коммунистические круги западноевропейских стран – по сути, одна из необходимых ступеней, превращения нашей страны в руководящую миром сверхдержаву.

Это у нас об этом ничего не известно и не написано ни строчки, а, к примеру, в Италии существует обширная литература и публицистика, посвященная выступлению Жданова на первом совещании Коминформа в адрес Итальянской коммунистической партии с требованием «большей идеологической жёсткости» – исследуются и обсуждаются последствия этих ждановских слов для итальянской политики и даже философии и культуры, вплоть до живописи и кинематографа. О восприятии и авторитете Жданова в итальянской интеллектуальной среде конца 40-х гг. ХХ века свидетельствуют слова знаменитого сицилийского художника-футуриста Ренато Гуттузо, через несколько дней после смерти Жданова в 1948 г. писавшего: «Жданов умер, он был, как всем извест¬но, одним из лучших людей на земле: один из кристально чистых большевиков, твердый как кристалл. Наша война потеряла одного из наиболее доблестных воинов».

К нашему же стыду мы практически ничего не знаем и о том огромном влиянии, которое некогда оказывали рождённые в нашей стране идеи на соседние народы и страны. Не знаем о том самом настоящем культе СССР, который когда-то исповедовался массой людей во всём мире. Одним из создателей и проводником этого мирового культа нашей Родины и был Жданов, чьё имя и заслуги сейчас очернены и забыты.

На первом заседании Коминформа 22-28 сентября 1947 г. центральным стал один из докладов Жданова «О международном положении», 22 октября он был опубликован в «Правде». На Западе этот доклад нашего героя является аналогом фултонской речи Черчилля, с которой в нашей исторической традиции отсчитывается начало холодной войны. Но противники СССР в этой самой холодной войне отсчитывали «официальное» начало глобального противостояния именно с доклада Жданова. Тут враги СССР привычно лукавили – Черчилль в присутствии Трумэна высказал эти положения западной доктрины в марте 1946 г., официальный идеологический ответ СССР устами Жданова последовал лишь осенью следующего, 1947 года.

Просравший за годы войны Британскую империю сэр Уинстон Черчилль обиженно вещал: «От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике, через весь континент, был опущен «железный занавес». За этой линией располагаются все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы: Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест и София, все эти знаменитые города с населением вокруг них находятся в том, что я должен назвать советской сферой, и все они, в той или иной форме, объекты не только советского влияния, но и очень высокого, а в некоторых случаях и растущего контроля со стороны Москвы… Коммунистические партии, которые были очень маленькими во всех этих восточноевропейских государствах, были выращены до положения и силы, значительно превосходящих их численность, и они стараются достичь во всем тоталитарного контроля… В большом числе стран, далеких от границ России, во всем мире созданы коммунистические «пятые колонны», которые работают в полном единстве и абсолютном послушании в выполнении директив, получаемых из коммунистического центра».

Жданов в своём докладе ответил на претензии Черчилля и лишь констатировал уже сложившийся факт международной политики: «Сформировались две противоположные политические линии: на одном полюсе политика СССР и демократических стран, направленная на подрыв империализма и укрепление демократии, на другом полюсе политика США и Англии, направленная на усиление империализма и удушение демократии...»

И поныне актуальны тезисы товарища Жданова об особенностях политики США: «Экспансионистская внешняя политика, вдохновляемая и проводимая американской реакцией, предусматривает одновременную активность по всем направлениям:

1) военно-стратегические мероприятия,

2) экономическая экспансия и

3) идеологическая борьба.

…Одним из направлений идеологической «кампании», сопутствующей планам порабощения Европы, является нападение на принцип национального суверенитета, призыв к отказу от суверенных прав народов и противопоставление им идей «всемирного правительства». Смысл этой кампании состоит в том, чтобы приукрасить безудержную экспансию американского империализма, бесцеремонно нарушающего суверенные права народов, выставить США в роли поборника общечеловеческих законов, а тех, кто сопротивляется американскому проникновению, представить сторонниками отжившего «эгоистического» национализма… идея «всемирного правительства» используется как средство давления в целях идейного разоружения народов, отстаивающих свою независимость от посягательств со стороны американского империализма».

Жданов недвусмысленно дал понять, что в новых условиях важнейшим долгом коммунистов во всех странах, особенно там, где они входят в состав правительства, является оказание помощи и поддержки Советскому Союзу. «Поскольку во главе сопротивления новым попыткам империалистической экспансии стоит Советский Союз, – говорил он в своём докладе, – братские компартии должны исходить из того, что, укрепляя политическое положение в своих странах, они одновременно заинтересованы в укреплении мощи Советского Союза, как главной опоры демократии и социализма». Далее он выразил несогласие с тем, что некоторые деятели компартий подчеркивают свою независимость от Москвы: «Нарочитое подчеркивание этой «независимости» от Москвы, «отречение» от Москвы по сути дела означает угодничество, приспособленчество, подыгрывание тем, кто считает Москву врагом». Так идейный авторитет СССР Жданов искусно конвертировал в прямое геополитическое влияние.

Наш герой весьма ловко ответил и на всяческие обвинения СССР в тоталитаризме: «В идеологической борьбе против СССР американские империалисты, не разбираясь в политических вопросах и демонстрируя свое невежество, выделяют, прежде всего, идею о том, чтобы изобразить Советский Союз как силу якобы антидемократическую, тоталитарную, а США и Англию и весь капиталистический мир как демократию. Эта платформа идеологической борьбы – защита буржуазной лжедемократии и обвинение коммунизма в тоталитаризме – объединяет всех без исключения врагов рабочего класса, начиная от капиталистических магнатов и кончая лидерами правых социалистов, которые с величайшей готовностью подхватывают любую клевету на СССР, подсказанную их империалистическими хозяевами. Стержнем этой мошеннической пропаганды является утверждение о том, что признаком истинной демократии служит якобы многопартийность и наличие организованного в оппозицию меньшинства. На этом основании английские лейбористы, не жалеющие сил для борьбы против коммунизма, хотели бы обнаружить антагонистические классы и соответствующую борьбу партий в СССР. Невежды в политике – они никак не могут понять, что в СССР уже давно нет капиталистов и помещиков, нет антагонистических классов и нет ввиду этого множественности партий. Они хотели бы иметь в СССР милые их сердцу буржуазные, в том числе псевдосоциалистические партии, как империалистическую агентуру. Но, к их прискорбию, история обрекла эти эксплуататорские буржуазные партии на исчезновение».

В 40-е гг. Советский Союз вполне успешно отбил идеологическое наступление Запада внутри и снаружи. Примером такого успешного ведения психологической войны за пределами нашей страны может служить ситуация с перебежчиком Кравченко. Подготовка к войне идей против СССР на Западе началась ещё до конца Второй мировой. В 1944 г. некто Виктор Кравченко, работавший в США в советской комиссии по закупке вооружений, «выбрал свободу», т.е. дезертировал из своей сражающейся страны и остался в США, где и опубликовал книгу “I choose freedom». Обосновывая свою свободу от защиты Родины, господин Кравченко расписал ужасы НКВД и весь прочий набор ныне привычных штампов. По сути, это был первая попытка распространить на Западе такой пробный «Архипелаг ГУЛАГ» со всеми традиционными страшилками. Книгу в 1946-48 гг. активно стали издавать в США и Западной Европе, перебежчик Кравченко сделался весьма состоятельным господином. Но это брежневский СССР, впав в идейный маразм, носился со всяческими «солженицинами», а СССР Сталина и Жданова быстро организовал активную контрпропагандистскую кампанию. Издатели дезертира Кравченко погрязли в судебных исках и разгромных газетных статьях, авторами которых были европейские коммунисты, участники движения Сопротивления. В итоге этот первый «Архипелаг ГУЛАГ» был ошельмован, как заказной пасквиль, а его автор через несколько лет покончил жизнь самоубийством, доказав, что в отличие от того же Солженицына у него ещё присутствовали некие остатки русской совести…

Внутри СССР растущей идеологической агрессии США были противопоставлены аксиомы Жданова о «безродном космополитизме» и «низкопоклонстве перед Западом». В отличие от провозглашенного в СССР принципа интернационализма, пресловутый «космополитизм», рядившийся в тогу «общечеловеческих ценностей», справедливо разоблачался как самый настоящий западный шовинизм, несущий высокомерное презрение ко всем иным культурам и идеям, кроме буржуазных культуры и быта Запада. В наши дни такой «безродный космополитизм» именуется «толерантностью» и «политкорректностью».

В те же годы в СССР всяческое низкопоклонство перед Западом, столь распространённое среди отечественной якобы «интеллигенции» и чиновничества, было объявлено одним из тяжелейших идейных и духовных проступков. В марте 1947 г. Ждановым подготовлено Постановление Совмина СССР и ЦК ВКП(б) «О Судах чести в министерствах СССР и центральных ведомствах». Отчасти Жданов использовал опыт дореволюционных офицерских судов чести. Текст опубликованного в «Правде» постановления был подписан Сталиным и Ждановым. Данные Суды чести, избиравшиеся общим тайным голосованием из работников соответствующих министерств и ведомств, должны были выкорчёвывать у своих коллег благодушное и угодническое отношение к иностранным структурам и воспитывать советский (по сути – русский) корпоративный дух. Как указывалось в постановлении, суды чести должны были заниматься «рассмотрением антипатриотичных, антигосударственных и антиобщественных поступков и действий, совершенных руководящими, оперативными и научными работниками министерств СССР и центральных ведомств, если эти проступки и действия не подлежат наказанию в уголовном порядке». Излишне говорить, что после смерти Сталина опыт этих судов был ошельмован и предан забвению.

Для тех лет Жданов очень чётко понимал все тонкости перманентной психологической войны против СССР, не зря он уже тогда говорил, что «в упаковке и даже в таре есть политика, которую проводят американцы». Такое на первый взгляд гипертрофированное высказывание в действительности очень верно. Достаточно вспомнить, как велись на броскую иностранную упаковку советские люди эпохи Брежнева и позднего совка, как на эту яркую и пустую упаковку променяли своё содержание великого народа и великой державы…

Защищая страну и народ от иностранного морока, Жданов, однако, не стремился замкнуть их в собственной скорлупе. Наоборот, СССР по его замыслу должен был стать центром активного притяжения всего лучшего в остальном мире. Помимо прочего, наш герой прекрасно понимал необходимость научного обмена опытом и результатами исследований между разными странами. В его рабочих записных книжках тех лет присутствует кратко сформулированный план: «СССР как средоточие мировой научной литературы». Далее под заголовком «Вопросы инолитературы» он отмечает суть этого плана: «Создание фундаментальной библиотеки мировой научной литературы всех стран + журналы и газеты». Началом реализации данной программы Жданова стало учреждение по его инциативе «Государственного издательства иностранной литературы», которое не подчинялось никакому министерству и действовало, по сути, на правах госкомитета при Совете Министров СССР.

Практическая деятельность Жданова, второго человека в СССР, в короткий период 1946-48 гг. настолько обширна и разнообразна, что не может быть освещена в полном объёме даже в одной монографии, не говоря уже об одной статье. Помимо всех указанных выше аспектов его деятельности, кратко опишем еще одно весьма важное направление его работы.

Глобальные изменения в стране и мире после 1945 г. должны были отразиться и в основнойм документе правящей в СССР партии – в Программе ВКП(б). Жданов вместе со Сталиным готовил проект этой новой Программы. И здесь можно говорить даже об идейной борьбе двух старых друзей, подельников и соратников вокруг одного из самых принципиальных вопросов нашей истории – русского вопроса.

В 1947 г. Жданов вносит в проект новой партийной программы следующие слова: «Особо выдающуюся роль в семье советских народов играл и играет великий русский народ», который «по праву занимает руководящее положение в советском содружестве наций». По сути, такой вариант партийной программы официально закреплял ведущую и центральную роль русской нации в СССР. В подготовленном Ждановым проекте программы партии провозглашалась и особая роль русской культуры, как самой передовой из культур составляющих СССР народов – в ждановском проекте предусматривалось, что ВКП(б) «будет всячески поощрять изучение русской культуры и русского языка всеми народами СССР».

Все эти предложения в будущую программу партии были отклонены лично Сталиным. Можно лишь предполагать какие споры шли между вождём СССР и Ждановым по столь сложному вопросу. Баланс и отношения между нациями в Советском Союзе являлись настолько тонкой материей, да еще осложнённой и внешним давлением врагов и идеологией планетарной миссии СССР, что тут сразу не ответить однозначно, кто прав в этом великом и скрытом от всех споре двух единомышленников, товарищей, соратников и просто друзей – Сталин или Жданов...

Кстати, Жданов, как ведущий идеолог сталинского СССР, не обошел стороной и актуальный в послевоенные годы вопрос об объединении всех славянских народов. Ведь сразу после 1945 г., впервые за тысячи лет истории возникло первое политическое объединение всех славян, то самое о котором всяческие дореволюционные «славянофилы» и монархисты могли только мечтать. Лишь победившие в мировой войне большевики смогли обратить в реальность эту мечту. Вопрос официального оформления политического объединения славянства рассматривался в марте 1948 г. на заседании ЦК ВКП(б), в те дни когда в Москве с большим размахом проходил Первый общеславянский Конгресс учёных-славистов. Жданов, учитывая международную обстановку, сказал по поводу славянского союза следующее: «Мы можем дать этим повод американской пропаганде для обвинения нас в том, что славянство объединяется против США. Могут сказать, что Конгресс есть звено в цепи подготовки славян к столк¬новению с Америкой. Это, конечно, не значит, что мы фактически не объединяем славян, это объединение идёт. Но не надо высту¬пать сейчас с этим, пусть пальма первенства в объединении блоков принадле¬жит самим американцам. США и Англия ищут сейчас всякого повода для того, чтобы обвинить нас в объединении славян против них. Зачем мы будем давать им в руки этот козырь?»

Не сложно заметить, что Жданов всячески одобрял это фактическое объединения всего славянства вокруг сталинского Кремля, он лишь предлагал временно отказаться в этом деле от всяческих формальностей, дабы не давать в руки геополитических соперников лишние пропагандистские доводы. По замыслу «партийного министра иностранных дел» создателями всяческих блоков и коалиций и, соответственно, инициаторами мирового раскола в глазах остального мира должны были выглядеть именно враги нашей Родины. В послевоенные годы из всего высшего сталинского руководства Жданов являлся одним из наиболее активных и последовательных сторонников идеи русского патриотизма. Так, выступая в 1945-48 гг. по вопросам минувшей Отечественной войны, он неизменно подчёркивал, что «победа в войне была одержана благодаря великому советскому народу и его руководящей силе – русскому народу». На заседании Центрального комитета ВКП(б) в январе 1948 г. Андрей Александрович Жданов окончательно резюмировал понятие пролетарского и советского интернационализма: «Если в основе интернационализма положено уважение к другому народу, то нельзя быть интернационалистом, не уважая и не любя своего собственного народа».

Для более эффективного представления в масштабах СССР интересов именно русских областей, Жданов вскоре после войны предложил в рамках Всесоюзной коммунистической партии образовать Российское бюро ВКП(б). Ведь в отличие от РСФСР остальные союзные республики имели собственные компартии, что позволяло им более настойчиво продвигать свои интересы в союзных министерствах и ведомствах. Незадолго до смерти Жданов даже предпринял некоторые шаги для реализации идеи такого бюро, в частности, в 1947 г. было опубликовано созданное по его предложению историческое исследование «Русское бюро большевистской партии: 1912-1917».

Но при этом не стоит думать, что идологические новации Жданова в «русском вопросе» были возвращением к банальному национализму или являлись казённым «патриотизмом» - наш герой всегда оставался убежденным и фанатичным революционером-коммунистом с футуристическим уклоном в глобальные проекты будущего. Провозглашая авангардную роль русской нации в СССР или ценность русских национальных традиций в построении коммунистического будущего, он не отрацал наличия в истории России глубоких национальных проблем. Но Жданов предлагал разделить историю Российской империи на историю политики враждебных эксплуататорских классов и общую историю русского народа, который, наоборот, явился освободителем всех иных народов империи от колониального и социального угнетения, свергнув первым феодально-буржуазную верхушку и указав тем самым пример остальным народам нашей страны и всего мира. Эта идеологическая доктрина Жданова позволила органично включить достижения всей дореволюционной русской истории в идеологию сталинского СССР.

Не случайно данная национальная грань коммунистической идеи, наиболее активным и последовательным выразителем которой в 30-е и особенно в 40-е годы был товарищ Жданов, во многих западных политологических и исторических исследованиях именуется национал-большевизмом. Достаточно вспомнить известную книгу «Национал-большевизм» Михаила Агурского или опубликованное уже в нашем веке фундаментальное исследование Давида Бранденбергера «Национал-большевизм. Сталинская массовая культура и формирование русского национального самосознания (1931-1956)». Так что, для сведения всяческих борцов с экстремизмом из «правоохранительных» органов РФ, по авторитетному мнению разных «британских учёных» за национал-большевизм надо привлекать прежде всего генералиссимуса Сталина и генерал-полковника Жданова.

Но вернёмся от путинских борцов с национал-большевизмом к сталинским национал-большевикам. В данной статье дана самая краткая попытка описать глобальные проблемы, которые приходилось решать товарищу Жданову в те три коротких года, что отвела ему судьба после Великой Отечесвтенной войны. На грандиозном, действительно планетарном фоне этих масштабных дел и задач практически теряется тот основной «грех», который вот уже седьмой десяток лет с пеной у рта никак не могут простить Жданову те граждане, что в современной России после развала СССР с выгодой приватизировали для себя звание «интеллигенции». Речь идёт конечно же о пресловутом постановлении Оргбюро ЦК ВКП(б) о ленинградских журналах «Звезда» и «Ленинград» от 14 августа 1946 г. Впрочем, об этой стороне многогранной деятельности Жданова читайте уже в следующей главе.

Алексей Волынец

Жданов в 1946 г.

Обложка журнала Тайм 9 декабря 1946 г.

Портрет Жданова 1947 г. Художник Ефанов

Вверху - глава контрольной комиссии Жданов и премьер Паасикиви во время выборов в Финляндии 1945 г.

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Спецпроект АПН СЗ
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
7.7.2020 Юрий Нерсесов
Щупальца олигархии. Британский философ Сэмюэль Джонсон назвал патриотизм последним прибежищем негодяя, имея в виду дельцов, прикрывающих свои гешефты патриотической демагогией. Похоже, некоторые отставные подруги олигархов идут тем же путём.

29.6.2020 Юрий Нерсесов
Эхо истории. С присоединением Крыма РВИО особенно охотно рожает монстров в области его истории. От больших и вонючих, как фильм Первого канала «Нулевая мировая война», который я разбирал два года назад. До маленьких и бесцветных, типа статьи «Балаклавская битва», опубликованной на сайте РВИО в нынешнем году. Переврано в ней всё возможное, причём по-разному.

26.6.2020 Сергей Лебедев
Apocalypse now. Что ж, в истории уже были примеры вырождения и гибели в результате гедонизма целых цивилизаций. Можно вспомнить классический пример Римской империи, В конце концов Римская цивилизация была сметена нашествием варваров, американской сильно везёт, что рядом с ней сильных варварских государств нет, но горит она всё равно красиво. Goodbye America, O!

23.6.2020 Юрий Нерсесов
Щупальца олигархии. О дружбе либерального вице-премьера и любителя шахмат Аркадия Дворковича с православно-консервативным министром сельского хозяйства и покровителем казачества Александром Ткачёвым россияне узнали уже после их отставки. Караоке с «Ах судьба моя, судьба!» Надежды Кадышевой в бизнес-джете вышло чрезвычайно задушевное. Но не придётся ли певцам исполнить «Таганку» или «Владимирский централ» в куда менее комфортном месте?

22.6.2020 Юрий Нерсесов
Развод по-русски. Типа патриотических чучелок из "Единой России" продемонстрировали западной публике в качестве злобных империалистов и фашистов. Затем показали, что для Путина в отличие от подобного зверья осуждение «секретных протоколов» сомнению не подлежит. И напомнили: только действующий президент может держать дрессированных мишек на коротком поводке и загонять пинком в конуру.

15.6.2020 Юрий Нерсесов
Война и мир. Сверхдержавы будут делить мир, пока существует человечество. Независимо от того, кто эти сверхдержавы возглавляет: благословлённые церковью монархи, революционные диктаторы или демократически избранные премьеры. Если же вашу страну призывают покаяться в чудовищном преступлении, значит, делить на сферы готовятся её саму.

15.6.2020 Андрей Дмитриев
Эхо истории. Столичная подземка стала одним из ключевых проектов сталинской эпохи, а спустя десятилетия - и московской мэрии, которая в минувшем году получила контроль над основным пакетом акций АО «Мосметрострой». Разберемся на данном примере в разнице подходов и приоритетов сталинских выдвиженцев и путинских "эффективных менеджеров".

11.6.2020 Юрий Нерсесов
Общество зрелищ. Шугалею сильно повезло, что создатели фильма о нём не столь талантливы, как адвокат из рассказа Тэффи. В противном случае узника, скорее всего, запытали бы до смерти, пытаясь выяснить, где находятся мифические атомные бомбы семьи Каддафи.

29.5.2020 Юрий Нерсесов
Властители дум. Главред журнала «Дилетант» Виталий Дымарский, редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов и их команда не пропадут, даже если «Газпром» отлучит их от своей щедрой груди. Хорошие моэли, то есть специалисты по обрезанию, в российских синагогах на вес золота. Православно-монархический канал «Царьград-ТВ» Константина Малофеева вроде бы идейно далёк от них, но действует точно так же.

22.5.2020 Юрий Нерсесов
Реваншизм. Считая президента Азербайджана Ильхана Алиева виновником скандала вокруг памятника организатору Армянского легиона вермахта Гарегину Тер-Арутюняну (Нжде), премьер-министр Армении Никол Пашинян решил отомстить. То есть выставить недобитым гитлеровцем перед западными друзьями самого Алиева.