АПН Северо-Запад АПН Северо-Запад
2011-10-07 Юрий Нерсесов
Патриот из пробирки

Двадцатилетие со дня убийства эстрадного артиста Игоря Талькова его продюсером Валерием Шляфманом сопровождается точно той же самой истерикой, что отмечавшееся в 2001 году десятилетие со дня оборвавших жизнь Талькова выстрелов во Дворце спорта «Юбилейный». А значит статья, опубликованная десять лет назад в газете «Дуэль», до сих пор актуальна.

Могли ли берлинские евреи плакать на похоронах нацистского поэта Хорста Весселя, а потом публиковать в своих газетах прочувственные статьи о величии души и гении музы покойного? Известно ли что-нибудь о французских монархистах, со скорбными физиономиями возлагавших веночки к гробу автора «Марсельезы» Руже де Лилля либо финансировавших концерт его памяти? Наконец, почтил ли большевистский наркомат культуры во главе с товарищем Луначарским должным образом память видного черносотенного рифмоплета и публициста Пуришкевича?

Идиотские вопросы, скажете? И я тоже так считаю. Но если все вышеописанные ситуации - очевидный бред, то как прикажете понимать приведенный в патриотической газете «Русский вестник» список участников траурных мероприятий, посвященных памяти певца Игоря Талькова, застреленного 6 октября 1991 г. своим менеджером Валерием Шляфманом? Ведь если верить «Русскому вестнику», память умученного от жидомасонов за пламенное разоблачение их происков Талькова собрались почтить и «Аргументы и Факты» с «Московским комсомольцем», и НТВ с «Радио-Рокс», и «Собеседник» с «Независимой газетой», и еще целый кагал средств массовой дезинформации, контролируемый теми самыми жидомасонами, которые бедолагу якобы и прикончили. Даже Министерство культуры РФ и то вписалось.

Под веселым литовским флагом

Делайте, что хотите, но когда такого рода господа хотят действительно исключить какую-то неприятную им фигуру из списка живых, а главное из культурного пространства, то они, как правило, этого добиваются. Вот того же снявшего гениальную революционную былину «Окраина» Петра Луцика гнобить взялись всерьез и надолго. Тотальный бойкот прокатчиков и телевизионщиков, глухое молчание СМИ и, в итоге, преждевременная смерть, то ли естественная, то ли не совсем, Бог ведает. Или взять редактора знаменитого французского антисистемного журнала «L’Idiot International» Жана Аллиера. Массированная травля с участием буржуазного официоза и примкнувших розовеньких коммунистов, разорение, а в финале - опять гибель. По официальной версии последовавшая после падения с велосипеда (!) Так что, похоже, Юрген Граф прекрасно знал, что делал, когда, получив за разоблачения аферы холокоста два года тюрьмы, свалил из своей сытой Швейцарии подальше. Потому что в один прекрасный день нашли бы его повесившимся в камере, либо утонувшим в унитазе, и ни одна журналистская шавка не посмела бы тявкнуть, что герр Граф погиб не по собственному желанию!

С Тальковым же ситуация совершенно обратная. О его гибели от руки Шляфмана и стоящих за ним темных сил рассуждают много и охотно, причем, прежде всего, СМИ, вроде бы этими силами и контролируемые (одно гусинское «Независимое расследование» с Николаем Николаевым чего стоит!) Более того, при жизни Игоря Владимировича означенная компания гнала его концерты да интервью порой в абсолютно неимоверных количествах. Да и крестными отцами на телевидении, по признанию самого Талькова, «откупорившими» его в качестве исполнителя социальных песен, оказались создатели ультрадемократической передачи «До и после полуночи» - ведущий Владимир Молчанов и редактор Владимир Давиденко. За которыми последовали «Утренняя почта», «Песня года», «Ступень к Парнасу» и бездна прочих столь же попсовых программ, озабоченных исключительно бабками и рейтингом.

Но, может, они из-за бабок покойного и раскручивали, а когда тот перешел в своих разоблачениях за незримую черту, его и устранили? Тогда неясно, почему рекламная кампания продолжается уже десять лет после убийства, доходя до истерики к каждому юбилею? И вообще, каковы были политические взгляды Талькова в последние месяцы его жизни? Для меня ключ к пониманию их дала видеозапись событий на Дворцовой площади 26 августа 1991 г., где толпа пьяных подростков пришла на халявный концерт, организованный собчаковской компанией в честь победы над ГКЧП. Среди выступавших там были и Тальков с аккомпаниаторами, усиленно размахивавшими во время номеров большим трехцветным флагом. Но это был не черно-желто-белый стяг Империи и даже не бело-сине-красный триколор Ельцина. Над головой русского патриота Игоря Владимировича Талькова победно реяло напоминающее светофор знамя независимой Литвы.

Политология по капитану Врунгелю

И друзья, и враги Талькова по большей части считают его чисто «белым» православным патриотом-антикоммунистом, неустанно обличавшим жидобольшевиков и воспевавшим «Россию, которую мы потеряли». Но в этом случае литовский флаг над его головой появиться не мог в принципе. Ведь для любого последовательного апологета Российской Империи Литва, как и любая другая подобная республика, - это всего лишь временно отделившаяся часть державы, потерянная сперва из-за предательства большевиков, а потом из-за вторичной измены демократов. Однако Игорь Владимирович Тальков здесь выступал как-то непоследовательно. То есть, большевиков-то обличал во всю глотку, а вот «господ-демократов» если и затрагивал, то «минувшего века». Чернышевского там, Герцена, Радищева, Робеспьера, но не более того. Уже о творцах Февральской революции, кои, как известно, почти поголовно являлись масонами, ни слова. Более того, когда речь заходила о пресловутом сионистском заговоре, Игорь Владимирович выдавал столь оригинальную трактовку, что его поклонники из числа профессиональных жидоборцев предпочитают стыдливо молчать в тряпочку.

«Поставить на колени Россию в 17 году «сионским мудрецам» удалось, а вот с миром - не получилось ... Русские «гои» сплоховали, но вот французские, итальянские, немецкие, английские и американские вовремя «просекли» ситуацию и поставить на колени себя не дали». (Тальков И. Монолог. Песни. Стихи. Проза. М. «Художественная литература», 1992. С.43)

Как известно, знаменитый капитан Врунгель из не вызывающей сомнения формулы «всякая селедка - рыба» сделал вывод, что и всякая рыба - селедка. Господин Тальков пошел тем же путем. Услышал, что все коммунисты - жиды, да и провозгласил, что все жиды - коммунисты. И пришли они к власти только в России, в то время как Европа с Ротшильдами да Америка с Соросами, не говоря уже об Израиле, ну, совсем белые и пушистые. И, значит, никаких зловредных замыслов уже лелеять не могут. А кто их лелеет? Их Игорь Владимирович назвал поименно в своей последней, написанной за какие-нибудь две недели до смерти, песне «Господин президент»:

Господин президент, назревает инцидент:
Мы устали от вранья, в небе - тучи воронья.
Хватит!
Господин президент, почему Ваш оппонент -
ПрИступник Горбачев -
от Вас по левое плечо на съезде?!
Хватит!
Старый волк КПСС в овечью шкуру влез,
Чтоб вписаться в поворот, подсуетился,
Поменяв «СС» на «Р», овца ДПКР
Волчьей пастью попытается вцепиться в трон.
Хватит!
Господин президент, разгоните свой конвент.
Не тошнит от речей в прошлом явных стукачей?
Хватит!
(Тальков И. Монолог ... С.153)

Итак, главные злодеи - это Горбачев (прИступник через «и», чтобы в суд, не дай Бог, не подал), «Конвент», то есть, в переводе на русский, Верховный Совет, и ДПКР, то есть возглавляемая Руцким Демократическая партия Коммунистов России, впоследствии переименованная в Народную партию Свободной России. Если же учесть, что в сочиненных незадолго до этого песнях Тальков усиленно обличал перестроившихся партноменклатурщиков («Метаморфозы», «Стоп! Думаю себе ...»), но ни единым словом не задевал противостоящих им радикальных демократов типа Собчака, Новодворской, Старовойтовой, «гаденыша»-Юшенкова, басаевского дружка Ковалева с расстригой-Якуниным и прочих бурбулисов, то в сочетании с литовским флагом над головой картинка получается самая гадостная. И создается впечатление, что до самого последнего момента Талькова идейно направлял кто-то из их лагеря.

Возможно, это был выступавший на его похоронах лидер военизированного крыла «ДемРоссии», так называемого Союза «Щит» Виталий Уражцев, впоследствии внезапно перешедший на сторону оппозиции и сыгравший, мягко говоря, неоднозначную роль в обороне Белого Дома. Еще более вероятен некто из демократических кругов, предпочитающий не контактировать с Тальковым напрямую, а действовать через имевшего большое влияние на певца Шляфмана.

В любом случае, программе борьбы с «номенклатурным реваншем», выдвинутой в те времена радикалами, песни Талькова соответствовали идеально. По крайней мере, Ельцин все предложения, сформулированные в его последней песне и развитые чубайсами да бурбулисами, осуществил буквально.

Красная некрофилия

Впрочем, и с коммунистами Тальков, похоже, боролся не слишком искренне. В эстрадной тусовке были вообще страшно удивлены, когда молодой человек, доселе известный лишь по второсортной лирике да разогреву почтеннейшей публики перед выступлениями более раскрученных артистов, типа Людмилы Сенчиной, вдруг преисполнился гражданского пафоса и стал обличать гадов-коммуняк. Причем аккурат в тот момент, когда за это перестали сажать и, наоборот, стали усиленно платить. И не кто-нибудь, а именно чекистские внучки типа Гайдара и Кириенко, что, целя якобы в коммунизм, имели в виду разбабахать к чертовой бабушке всю державу.

Не сработал ли и тут какой-нибудь Шляфман? Питерские музыкальные журналисты до сих пор вспоминают, как за рюмкой чая прозвучала запустившая весь процесс фраза. Мол, красивый ты парень, Игоряша, и фигурой, и лицом вышел, прямо-таки русский витязь, да и только! Вот бы тебе вместо всяких там «Чистых прудов» взять да залабать что-нибудь этакое. Тем более что и 1000-летие крещения Руси скоро. Бабки лопатами грести будем!

И залабали, и загребли. Правда, когда на телеэкране появилось сперва «Лебединое озеро», а потом и дедушка Янаев с трясущимися ручонками, вышел конфуз. Делающие гешефт на том же самом ритуальном расчленении трупа КПСС рокеры сориентировались и пошли давать концерт на бутафорских баррикадах, а нашего витязя - и след простыл. Появился со своей литовской тряпочкой, лишь когда страшного Янаева уже посадили.

Зрелище было, кстати, прегадкое. Особенно после того, как кто-то из перепившихся подростков кинул в сторону эстрады пустую бутылку, а Игорь Владимирович закатил истерику на тему пробравшихся в толпу коммунистических провокаторов. Тальков долго орал что-то типа: «А ну, выходи, красная сволочь!» - и казалось, что в глубине души ему очень неловко тусоваться на празднике победы в битве, которую он откровенно закосил. А, значит, для восстановления чувства собственного достоинства ему крайне необходимо набить морду хотя бы малолетнему гопнику, представляя его в глубине души Лениным, Сталиным и Троцким в одном флаконе.

Скорее всего, столь же превратное стремление к боевым подвигам в итоге Талькова и погубило. Судя по материалам дела, все началось с драки между Тальковым и крутым братком Игорем Малаховым, желающим продвинуть вперед в очереди выступающих на концерте свою подружку Азизу. Слово за слово, и дело дошло до драки, причем Малахову пришлось в одиночку отбиваться от конкурента любовницы, двух его охранников и примкнувшего к ним Шляфмана. Драка быстро перешла в перестрелку, Малахов выхватил свой «наган», но тут же получил в морду лица заряд из газовика и был обезоружен. К револьверу кинулся Шляфман. А дальше произошло то, что и должно было произойти, когда четверо здоровых лбов славянской национальности катаются по полу в облаке слезоточивого газа, а интеллигентный еврейский гешефтмахер с руками, растущими из жопы, пытается попасть в одного из них. Попал в другого, тем самым лишив себя законного источника доходов, а соплеменников из «ДемРоссии» надежного инструмента агитпропа.

Хорст Вессель из уцененных товаров

«Конечно, ты прав! - говорят мне в узком кругу знакомые из числа сильно продвинутых патриотов. - Но надо пользоваться тем, что есть! Другого столь же раскрученного патриотического барда на роль Хорста Весселя у нас не имеется, значит, надо работать с этим. Тем более, он все равно покойник и возразить не сможет!»

Не выйдет. Потому что вышеупомянутый мученик нацистского движения, хотя по некоторым данным и подрабатывал сутенером, но все равно превосходил Игоря Владимировича по всем параметрам. Поскольку, в отличие от него, был реальным и крутым командиром штурмового отряда, успешно дравшегося на улицах Берлина с такими же крутыми коммунистическими боевиками. И, кроме того, его марши, как и одновременно сочиненные советские хиты тридцатых годов, переполнены энергетикой и зовут к бою. Кто не верит, может прослушать любую кассету песен SA и сравнить с тальковскими косо срифмованными слезливо-сопливыми виршами.

Среди всех тальковских шедевров можно с трудом разыскать лишь парочку, где звучит хоть какой-то призыв к действию. Но насколько же это все вяло и косноязычно:

У них - свои мессии, боги и кумиры
В лице Андреевых Нин.
У них - свое понятье равенства и мира
В виде нелепых доктрин.
«Чем хуже, тем лучше» - девиз дураков,
Вот цель этих штампованных совков.
Совки, не отдадим мы вам страну!
Совки, мы объявляем вам войну!

Это Игорь Владимирович со сторонниками страшной жидомасонки Нины Андреевой бороться зовет. А вот Тальков мечтает о возможных подвигах, удостой его судьба рождения лет на ...дцать раньше, да еще неуязвимым:

Сколько б горя страна не увидела
Ни в войну, ни перед войною
Из-за крупных и мелких вредителей,
Если б я был кремлевской стеною:
Я ронял бы, ронял бы кирпичики
На вредителей плоские лбы,
И, глядишь, не возник бы культ личности
И войны, может, не было бы.

Опять же, сравните тальковское «если бы да кабы» со ставшим действительно народным «Батькой-атаманом» питерского панка Андрея Панова. Там герою и пуля в грудь попадает, и шашкой его достают, а он все равно не сдается:

Спаса-на-крови со стены я снял,
Хату подпалил и обрез достал.
При Советах жить - продавать свой крест.
Много нас таких уходило в лес.

Правда, у Панова это единственная «белая» песня, и вообще панк по кличке Свинья, видимо, не слишком подходит для наших самопальных «поручиков Голицыных»? Но вот почти одновременно с Тальковым в том же 91-м умер в нищете замечательный бард Юрий Борисов. Его романсы (прежде всего, «Перед пушками, как на парад, встали те, кто у Зимнего выжил» и «Все теперь против нас, будто мы и креста не носили») пели и поют уж точно куда больше, чем Талькова, да и сочинял их Борисов, когда за такое по головке не гладили. Однако, нашим доморощенным монархистам это неинтересно. Не привлекает их и расстрелянный за участие в монархическом заговоре великий русский поэт, герой I-й мировой Николай Гумилев. Хотя и ежику понятно, что его:

И так сладко рядить победу,
Словно девушку, в жемчуга,
Проходя по дымному следу
Отступающего врага

так же, как и строчки героически павшего в 1992-м в Абхазии поэта Александра Бардодыма:

Помянем всех, кто были с нами,
Кого судьба не сберегла.
Их души тают над горами,
Как след орлиного крыла, -
весят больше, чем весь Тальков с компанией.

Да и погибший годом раньше в Приднестровской войне Александр Берлизов тоже дает Талькову сто очков вперед. Казак, монархист, пал на поле битвы, а не в пьяной разборке, а уж песни писал точно не хуже…

Но никто из этого неполного списка погибших поэтов, в которых нет ни миллиграмма ненавистного нашим «белым патриотам» коммунистического духа, не удостоен и сотой доли того внимания, которое господа поручики с корнетами уделяют Талькову. Но заниматься их раскруткой не хочется. Прежде всего, просто лень. Ведь надо шевелиться, искать, что-то делать, в то время как про Талькова НТВ с «Московским козломойцем» все разжуют и в рот вложат. Ну и, наконец, на фоне отдавших жизнь за свои идеалы или хотя бы проживших ее без оглядки на власть или толпу, что у патриотов, что у демократов, особо вылезает их собственное убожество.

Все подлинно героическое, независимо от цвета знамени, этих людишек отталкивает на генетическом уровне. Потому они добились «реабилитации» Гумилева, вопреки фактам утверждая, что никакого монархистского заговора не было и погиб Николай Степанович просто как случайно попавший под чекистский нож баран. Поэтому и сочиняют посмертные гадости про Александра Матросова или Николая Гастелло. Ведь сама мысль о том, что можно пожертвовать собой во имя Родины или убеждений - для этих существ - как острый нож. И от стихов и песен, зовущих это сделать, у них все нутро переворачивает.

А посему гораздо приятнее сидеть за очередной бутылкой, падать мордой в салат и ждать, когда втихую выросший в Кремле бледный поганец принесет возрожденную Россию на блюдечке с голубой каемочкой. Песни патриотических гомункулусов из демократических пробирок для такого ожидания - самое то.

Юрий Нерсесов

P.S. Что же касается самого Талькова, то он, пожалуй, здесь особо и не виноват. Ну, жил, ну, делал бабки на белогвардейской попсе, как теперь Газманов с Машей Распутиной, так в нашем эстрадном тараканнике еще и не то бывает. Некоторые там даже, бывает, гибнут в расцвете лет, и Талькова в этом смысле жаль ничуть не меньше Женечки Белоусова, который «Девочка моя синеглазая», Игорька Сорина из «Иванушек-интернешнл», или Танюши Снежиной, что все просила «Позови меня с собой». Попса - она тоже люди.