На похороны добровольца ЛНР Евгения Павленко в Петербурге пришло более 200 человек (видео)
В субботу в Петербурге похоронили нацбола, добровольца Луганской Народной республики, погибшего смертью храбрых 8 февраля под Дебальцево Евгения Павленко. Прощание состоялось на Южном кладбище. На отпевание и похороны пришли более 200 человек - родственники, нацболы, включая лидера "Другой России" Эдуарда Лимонова, гражданские и политические активисты других партий и движений, студенты и коллеги Евгения по работе (он преподавал русский язык для иностранцев на курсах при СПбГУ и Университете имени Герцена), товарищи по работе в геологический экспедиции на Таймыре минувшим летом, бойцы из бригады "Призрак", в то числе - его комиссар, коллеги по школе русского рукопашного боя и её руководитель Андрей Грунтовский, а также представители СМИ.
В гроб покойному положили два флага - партии "Другая Россия" и Новороссии. Выступая во время прощания лидер петербургской "Другой России" и друг Павленко Андрей Дмитриев сказал, что "Евгений был настоящим русским интеллектуалом, петербуржцем до мозга костей, преподавателем, который в совершенстве владел французским языком... Он прожил прекрасную жизнь и погиб в бою прекрасной для мужчины смертью". Дмитриев также попросил прощения у родителей и самого покойного "за то, что мы все тут и живые, а он уехал в Новороссию и погиб за всех нас".
Глава партии Эдуард Лимонов вспомнил старую фотографию 1997 года, сделанную в первом питерском штабе НБП на Потемкинской улице, на которой присутствовал и Евгений. "Все эти годы он был с нами. Я горжусь тем, что у нас такие люди. Вечная память!"
Комиссар отдельного коммунистического отряда в бригаде "Призрак" Алексея Мозгового Алексей Марков (позывной - Добрый) рассказал подробности о смерти Павленко:
"Я ничего не знал о его прошлом, у нас никто не интересуется, кто приходит. У нас есть только позывные и одно на всех настоящее. Так получилось, что я был первым, с кем познакомился Женя. Все новобранцы проходят через меня. И я был последним, кто закрыл дверь морга. В тот день, буду говорить честно, мы не планировали настоящий штурм, мы прекрасно знали, как сильно укреплено Дебальцево. Мы потеряли много людей, пытаясь подойти. В этот день мы должны бы обозначить штурм, чтобы навести артиллерию на открытые огневые точки. Группа разведки выдвинулась ближе всех и попала под сильный огонь, многие были ранены, в течение 2 часов не могли их вытащить. Через некоторое время по рации сообщили, что у них начался стрелковый бой. Чтобы вытащить разведку и раненных надо было отсечь врага и дать разведке уйти. Группа Жени почти уже вышла, они вынесли раненых. Практически уже были в безопасности, в зеленке. Тут неожиданный удар и трое погибли. Практически мгновенно, остальные успели упасть, у нас еще 6-7 человек были ранены. Я бы сказал, что было горько, только врать не хочу. Честно, я в ярости был в злобе. Не могло у нас такого случиться, не могло. Наш отряд подготовлен, каждый выход планируется за сутки, расписываются роли каждого человека. И вдруг сразу трое 200. Мы всю ночь сидели с картой и высчитывали по секундам, по метрам, как можно было сделать по-другому, был ли другой вариант, можно ли было избежать. Разведку надо было вытаскивать...
В свой первый боевой выход он пошел со мной. Я сомневался, стоило ли брать необстрелянного парня в самую дальнюю точку в Дебальцево. Он четко сработал: грамотно четко и без страха. Честно скажу, у меня были большие планы на него. Такие люди как он, молчаливые, но надежные, спокойные, уверенные, там на вес золота.
Он немного успел повоевать, совсем чуть-чуть не успел зайти с нами в Дебальцево, в которое так рвались. Благодаря нему и его товарищам, в тот день наша вторая группа смогла пройти по дороге и закрепиться в зеленке. А еще через 3 дня мы вошли в Дебальцево и зачистили его от "укропов". Спасибо тебе брат за это!"
Напомним также, что завтра - 23 февраля в 12.00 - в сквере на площади Ленина у Финляндского вокзала состоится митинг в поддержку воинов Донбасса и памяти Евгения Павленко, а также других павших за Новороссию ополченцев.
Чжунго. На банкете глава итальянских коммунистов Пальмиро Тольятти спросил: «Товарищ Мао Цзэдун, а сколько в результате атомной войны останется итальянцев?» Тот, не задумываясь, ответил: «Нисколько, а почему вы думаете, что итальянцы так важны человечеству?»
Народная Корея. В центре зала находится огромная черная стела, на которой светят 2288 звезд: из 10-тысячного контингента корейцев 2288 погибли. Почти каждый четвёртый – много. Из них звание героя КНДР получил 271 человек.
In memoriam. Утром 4 октября 1993 года от пули снайпера у Белого дома погиб режиссёр Александр Сидельников. Его оборвавшаяся плёнка зафиксировала не просто гибель людей, а прямое следствие незавершенной революции 1991 года: вчерашние защитники демократии всего два года спустя расстреляли её ключевой институт.
Война и мир. Мечта о том, что «придут наши мальчики с фронта и всем покажут!», свойственна самым разным группам населения. Например, некоторым интеллектуалам, которые прочли в детстве «Звёздный десант» американского фантаста Роберта Хайнлайна и до сих пор пребывают в упоении.
Правильные выборы. Несомненно, у ЦИК и Эллы Памфиловой задача в разы труднее, чем была у церкви в дореволюционный период. Сейчас приходится работать с цифрами, было бы куда проще объявить всех депутатов «помазанниками», но в наше время такое откровенное манипулирование не пройдёт. Именно поэтому на помощь властей приходит «цифра».
Война и мир. Никакой фронтовой опыт не заменит ни опыта политического, ни идеи, под которую берут власть, ни организации – формальной или нет – которая к власти приходит. Фронтовое братство - это не идея и при столкновении с политическими и коммерческими интересами испаряется почти мгновенно.
