АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Понедельник, 14 сентября 2026 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Десоветизируем Литву - вернем Клайпеду
2013-02-08 Сергей Лебедев
Десоветизируем Литву - вернем Клайпеду

Продолжение темы, поднятой в статье "Десоветизируем Литву - вернем Вильну"

90 лет назад маленькая, только что созданная Литва, совершила акт агрессии против находившегося под международным контролем немецкого города Мемель. Результатом этой агрессии стала оккупация города, сопровождавшаяся постоянными нарушениями прав человека, грабежом материальных ценностей, попыткой насильственного изменения его этнического состава, навязыванием чуждой мемельцам культуры и образа жизни.

Ныне именуемый Клайпедой Мемель являлся частью исторического региона Восточная Пруссия. Город был основан немецкими крестоносцами в 1252 году на земле балтского племени куршей и родственных им пруссов, к XVII веку ассимилированных немцами. Мемель принадлежал Тевтонскому Ордену, затем – Пруссии, а после объединения Германии в 1871 году Мемель стал самым восточным городом Германской империи. Не случайно в словах знаменитого гимна «Германия превыше всего!» звучит – «от Мааса до Мемеля». В состав Великого княжества Литовского, историческим правопреемником которого наряду с Украиной и Белоруссией, может считаться и нынешняя Литва, Мемель и не входил никогда.

После поражения Германии в Первой мировой войне, согласно условиям Версальского мирного договора, Германия потеряла 1/8 часть своей территории, но Мемель в 1919-1923 гг. остался немецким фактически и очень непонятно чьим юридически. Статьей №99 Версальского договора Мемель и прилегающая территория оказался под коллективным управлением Антанты. Во главе края стоял французский военный комиссар и правительство (Директория), состоявшее из местных немцев. В городе находился небольшой французский гарнизон, мемельская полиция также подчинялась французам. Антанта планировала сделать из Мемеля «вольный город» наподобие Данцига, и 90% мемельцев высказались за такой статус.

В 1919-23 гг. город обладал правом заключать торговые договоры с иностранными государствами, имел свой суд, флаг и таможенный суверенитет. Продолжало существовать германское гражданство жителей, и в основном сохраняли силу прежние законы. Но официальное провозглашение нового вольного города не произошло – Мемель стал жертвой агрессии со стороны Литвы.

После распада Российской Империи на свет появилась маленькая, бедная, но очень амбициозная Литва, которая не могла упустить шанс захватить удобно лежащий порт. Правда, открыто вторгаться на чужую территорию было несколько неудобно, и литовские власти решили вторжение своих войск сделать «восстанием» свободолюбивых мемельцев, жаждущих объединиться с великой свободной Литвой. Правда литовцев среди жителей города и окрестностей было всего 26,6%, а немцев – 66,1% но истинных демократов такие мелочи не останавливают. Поэтому 13 января выдающие себя за «повстанцев», литовские войска под командованием полковника Будраса-Половинскиса вторглись на территорию Мемельского края и через пять дней заняли город. Власть перешла к самозваному «Комитету Малой Литвы», который 23 января 1923 года объявил о присоединении города к Литве, переименовав его в Клайпеду (по-литовски значит «равнина», «мокрое место»).

Германия, не имевшая армии по статьям Версальского договора, могла отреагировать только нотами протеста. Зато расположенные в Мемеле 200 французских солдат должны были оказать сопротивление всем попыткам вторжения в город, но сама Франция, в тот момент выбивавшая из Германии контрибуцию, вторглась в Рейнскую область, и была прямо заинтересована в литовском вторжении. В результате «военные действия» в Мемеле выглядели как современная бархатная революция: за пять дней «боев» в городе погибли 2 француза, 12 литовцев и 1 немецкий полицейский, а стреляли «противники» в основном в воздух.

Так Литва, совершив акт агрессии, нарушила европейские границы, установленные Версальским договором. Охваченные мародерским зудом, правители Литвы не могли подумать, что своими действиями они создали прецедент пересмотра версальских границ. То, что границы можно менять и в другую сторону, маленькие правители маленькой страны не поняли. После этого все жалобы на то, что СССР захватил Литву в нарушение международного права, с литовской стороны, мягко говоря, некорректны.

Под давлением парижских и лондонских покровителей Литвы Лига Наций признала ее суверенитет над Клайпедой при условии широкой автономии края, закрепленного особой конституцией – «Мемельским Статутом». Между Литвой и союзными державами Антанты (Англией, Францией, Италией и Японией) 8 мая 1924 года была подписана Парижская конвенция, определявшая статус Мемеля. В статье 2 Конвенции говорилось, что Мемельский край составляет под суверенитетом Литвы «образование, имеющие законодательную, юридическую, административную и финансовую автономию». Таким образом, Литва получила над Мемелем лишь сильно ограниченный суверенитет, но власти и не думали выполнять условия Конвенции, да и Мемельского Статута, что автоматически дезавуировало решение Лиги Наций.

В 1926 году литовские власти распустили местный парламент и запретили немецкие партии. Для усмирения возмущения немцев в Клайпеде было введено военное положение, существовавшие целых 12 лет – вплоть до 1938 года. Но и в такой ситуации, когда под давлением стран – гарантов Мемельского Статута литовские власти разрешили провести новые выборы, 25 из 29 мест в парламенте получили немецкие партии, ставившие своей целью «возвращение в Фатерлянд». Разумеется, в цивилизованной свободной Литве на это ответили арестом выбранного краевого правительства. Судебная Палата Лиги Наций в очередной раз беззубо констатировала нарушение Мемельского Статута.

В 1923-39 гг. в Клайпедский край прибыли тысячи литовских мигрантов, в школах и канцеляриях насильно вводили литовский язык, но город сохранял германский характер, немецкий язык и культура в нем абсолютно господствовали. Клайпеда давала треть валового национального продукта Литвы, хотя в целом промышленное производство Литвы, как и всех лимитрофных государств, так и не достигло уровня 1913 года.

Разумеется, такая ситуация не могла продолжаться долго. Гитлер, который, когда надо, мог быть пламенным демократом, вдруг напомнил литовским политиканам, что в Литве не все благополучно с правами человека, особенно немецкого меньшинства. Разумеется, одного намека фюрера было достаточно, чтобы в Литве началась демократизация. В ноябре 1938 г. в Мемеле было отменено военное положение. На состоявшихся 11 декабря того же года свободных выборах в мемельский парламент 87% избирателей (в том числе и большинство литовскоязычных мигрантов) отдали голоса за единый список немецких партий. После референдума Гитлер потребовал от Литвы вернуть Мемель Германии, что и было сделано 23 марта 1939 года, а 15 мая Англия, а затем и другие члены Лиги Наций признали де-юре переход Мемеля к Германии.

В годы Великой Отечественной войны, тесня неприятеля, советские войска заняли Восточную Пруссию, включая и Мемель. По решениям конференций «Большой тройки» Восточная Пруссия была разделена между Польшей и СССР. Немецкое население края было депортировано. Освободившаяся территория быстро заселилась переселенцами со всего Советского Союза. На своей части прежней Восточной Пруссии советские лидеры создали Калининградскую область в составе РСФСР. Но Мемель, вновь переименованный в Клайпеду, Указом Президиума Верховного Совета СССР 20 мая 1950 года был присоединен к Литовской ССР. Это мотивировалось необходимостью создать республиканский порт, поскольку мелководная Паланга не годилась для этой роли.

Окончательно это территориальное приобретение СССР было узаконено Договором между Союзом Советских Социалистических Республик и Федеративной Республикой Германии от 12 августа 1970 года (Московский договор). Германия официально признала право СССР на Восточную Пруссию, в том числе и Мемель (Клайпеду). Заметим, что собственником города признавался весь Советский Союз, а не его республика.

Интересно, что нет никаких документов, юридически обосновывающих права Литвы на Клайпеду, что признал даже Альгирдас Бразаускас (бывший руководитель республиканской компартии, затем премьер-министр уже постсоветской Литвы). Выход Литвы из СССР обосновывался прибалтийскими деятелями тем, что само присоединение прибалтийских республик к СССР было незаконно. Что ж, в таком случае удержание Клайпеды в Литве также незаконно. Согласно международному праву права на Клайпеду имеет только правопреемник СССР – Россия, которой город должен быть передан от оккупантов. Литва же обязана выплатить денежную компенсацию потомкам мемельцев, и только после этого она сможет именовать себя действительно цивилизованным европейским государством.

Сергей Лебедев

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Эхо истории
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
5.9.2026 Алексей Рафалович
Мозговой шторм Где гарантии от того, что зарубежные большие фундаментальные модели искусственного интеллекта не будут или неспособны высасывать чувствительную информацию из российских разработок? Опасность вполне реальна, если учесть что сам процесс разработки ИИ заставляет вспомнить поговорку о семи няньках у которых дитё без глаза осталось.

29.8.2026 Саид Гафуров
Pax latinoamericana. Революция после революции - это не возврат к исходной точке, а движение по спирали, понимание, что поражение - не конец, а начало нового этапа борьбы, осознание того, что выживание требует компромиссов, но компромиссы не должны превращаться в капитуляцию.

27.8.2026 Саид Гафуров
Pax latinoamericana. Вопрос о том, может ли маленькая страна, сидящая на огромном природном богатстве и окружённая гораздо более сильными центрами силы, самостоятельно распоряжаться своей историей, остаётся открытым, и это уже вопрос не только Венесуэлы и даже всей Латинской Америки.

26.8.2026 Андрей Дмитриев
ЖЗЛ. Вьетнамцы любят сравнивать свою страну с коромыслом или заплечным шестом, на котором висят две корзины с рисом. 115 лет назад - 25 августа 1911 года - родился один из главных полководцев XX века Во Нгуен Зяп. Ему вместе с Хо Ши Мином было суждено сперва отвоевать для народа северную корзину, а через 30 лет - и южную, объединив государство.

25.8.2026 Саид Гафуров
Pax latinoamericana. Мы вовсе не хотим сказать, что Венесуэла в 2026 году находится в положении Советской России 1918 года, но существует одинаковый тип или класс политических задач: когда страна терпит неудачу, политическое руководство оказывается перед неприятной дилеммой - сохранить максимально чистую форму политического проекта или сохранить материальные условия его существования?

23.8.2026 Саид Гафуров
Pax latinoamericana. Чавизм действительно потерпел поражение, но поражение — это не то же самое, что исчезновение. Теперь он оказался вынужден доказывать, что способен существовать не только как политическое движение нефтяного подъёма, но и как политическая сила периода поражения, а это гораздо более трудный экзамен.

22.8.2026 Андрей Дмитриев
ЖЗЛ. Мао был, во-первых, бунтарем по натуре, и, во-вторых, философом. И в свои 70 лет не переставал размышлять о путях китайской революции. «Законы марксизма запутаны и сложны, но в конечном итоге они сводятся к одному: Бунт дело правое», – говорил он ещё будучи партизанским лидером, в 1939 году. Действительно... ну не раздолбал еврея Маркса, а, скажем так, творчески переработал.

21.8.2026 Саид Гафуров
Pax latinoamericana. Главный вопрос сегодня звучит не так: сколько иностранного капитала пустила Венесуэла, а сумеет ли она превратить этот капитал в восстановленную производительную силу — и сохранить политический контроль над результатом? Вот это и будет проверкой нынешнего венесуэльского отступления.

20.8.2026 Андрей Дмитриев
Эхо истории. 19 августа 1961 года - 65 лет назад - началось строительство бетонной Берлинской стены, или, говоря иначе, установления внутри города полноценной государственной границы. Западный Берлин к этому времени стал огромной проблемой, своего рода нарывом для ГДР и всего Восточного блока.

19.8.2026 Саид Гафуров
Pax latinoamericana. Можно рассуждать о том, что венесуэльские чависты «должны были» сделать иначе, сидя в кресле за тысячи километров от Каракаса. Можно с безопасного расстояния объявить любую уступку капиталу «капитуляцией перед империализмом», а любую попытку договориться с американским бизнесом - «предательством социализма». Очень удобно, но очень дёшево.