О 10-летии «питерской Конституции» - Устава Санкт-Петербурга - в Смольном не вспомнили вообще, а в Мариинском дворце вспомнили только через несколько дней после юбилейной даты – 14 января. А ведь четыре года назад и губернатор Валентина Матвиенко, и спикер ЗАКСа Вадим Тюльпанов даже распространяли специальное обращение к жителям города в связи с 6-летием Устава и заявляли, что этот документ «положил в основу государственной политики нашего города процветание Петербурга и качественное улучшение жизни горожан». И что теперь «задача всех ветвей власти - приложить все усилия для обеспечения соблюдения норм Устава и защиты прав и законных интересов жителей Санкт-Петербурга». А Тюльпанов даже предлагал сделать 14 января официальным городским праздником…

Однако ни в 2005-м, ни в 2006-м, ни в 2007 году о столь важном для города событии вообще не вспоминали. Никто. Ни законодательная власть, ни исполнительная. Ни словом. В этом же году, как уже сказано, – вспомнили. Вадим Тюльпанов произнес на заседании ЗАКСа вдохновенную речь.

«14 января 1998 года произошло одно из важнейших политических событий в жизни нашего города - был принят Устав Санкт-Петербурга», «этот документ позволил не разорвать город на части», «10 лет назад была создана стройная система городской жизни, которая позволяет Северной Столице дышать полной грудью», «Устав обезопасил город от принятия сиюминутных и популистских решений, он избавил Санкт-Петербург от соревнования амбиций властей и позволил сосредоточиться на главном - на обустройстве жизни города», «все поколения петербургских парламентариев относились к данному документу крайне бережно, и сейчас мы вносим в него изменения лишь в крайних случаях и с особой осторожностью», «Устав Санкт-Петербурга - это, если позволите, островок стабильности в нашем неспокойном мире, где еще так много вражды и слепой ненависти»…

В общем, хочется встать и прослезиться – если не знать, как все было на самом деле.

Работа над городским Уставом началась еще во времена Ленсовета. В июне 1991 года сессия горсовета приняла «к сведению» проект документа, который сейчас можно найти разве что в архивах – «Временного государственного Устава Ленинграда». Потом Россия стала самостоятельной страной, а в марте 1992 года был принят Федеративный Договор, согласно которому наш город – теперь уже Петербург – стал полноправным субъектом Федерации, которому полагался собственный Устав.

Осенью 1992 года была создана первая рабочая группа горсовета и мэрии для подготовки проекта Устава. Руководил этой группой член президиума горсовета Михаил Горный (ныне – известный политолог, исполнительный директор Санкт-Петербургского центра «Стратегия»), а входили в нее юристы и специалисты в области организации власти и местного самоуправления, в том числе и автор, который был тогда председателем комиссии по вопросам самоуправления Московского райсовета.

Рабочая группа готовила проект Устава несколько месяцев, он был одобрен «в основном» сессией городского Совета, а затем начался долгий процесс "шлифовки" и принятия решения по основным альтернативам, заложенным в проект. Работа затянулась, потом была чуть-чуть "отодвинута" в сторону более злободневными вопросами, а потом… потом наступила осень 1993 года, и в декабре городской Совет прекратил свое существование, так и не успев принять Устав окончательно. Правда, многие положения и принципы, рожденные на свет тогда, впоследствии стали частью иных проектов Устава, но время, к сожалению, было упущено. И к разработке Устава Законодательное Собрание, сменившее горсовет, вернулось лишь летом 1996 года.

Работа шла полтора года, и закончилась 14 января 1998 года, когда в ЗАКСе неожиданно набралось 34 голоса «за» принятие Устава в третьем чтении. Этот день стал для губернатора Владимира Яковлева серьезнейшим политическим поражением. В первую очередь потому, что Устав надежно закрепил те нормы, которые губернаторам многих других регионов могли тогда присниться разве что в кошмарном сне.

Например, положение о том, что губернатор не может самостоятельно издавать нормативные акты, иными словами – устанавливать в городе те или иные «правила игры» по собственному усмотрению. Или – положение о том, что законодательная власть города согласовывает назначения ВСЕХ членов городского правительства и может запретить губернатору назначить желаемого им кандидата. Или – положение об обязательных выборах губернатора в два тура, что лишает действующего градоначальника естественного «гандикапа». Или – положение о возможности отстранения губернатора от должности решением депутатов. Или – работа всех депутатов исключительно на постоянной основе. Или – введение поста государственного секретаря города, чьей главной обязанностью является хранение всех юридических актов обеих ветвей власти и ознакомление с ними всех граждан…

Яковлев не простил поражения – к окончанию его губернаторского срока летом 2003 года большинство авторов Устава уже не были депутатами. Ни Юрий Кравцов, ни Леонид Романков, ни Алексей Ливеровский, ни Михаил Толстой, ни Анатолий Кривенченко.

А то, что не успел сделать Яковлев, успешно довершила Валентина Матвиенко: ее стараниями перестали быть депутатами Михаил Амосов и Станислав Житков. Михаил Пирогов скончался в 1999-м, Юрий Гладков – в 2007-м, и сегодня из депутатов первого созыва, в котором принимался Устав, в ЗАКСе остались лишь те, кто был категорически против него: Сергей Никешин, Владимир Гольман, Ватяняр Ягъя, Константин Серов…

А теперь – о «бережном» и «с особой осторожностью» отношении питерских парламентариев к Уставу (как уверяет спикер), как «островку стабильности». Может, когда-то такое отношение и было. Но с тех пор, как Валентина Матвиенко начала править городом, многие депутаты, которые еще недавно много, горячо и убедительно говорили о необходимости влияния законодательной власти на исполнительную, начали говорить совершенно противоположное – что администрации надо доверять и не связывать ей руки.

Напомним, что осенью 2003 года, почти одновременно с вступлением Валентины Ивановны в губернаторскую должность, Устав был скорректирован.

Ключевое изменение - городское правительство было наполовину выведено из-под контроля ЗАКСа. Теперь городской парламент утверждает только вице-губернаторов, а другая половина правительства Петербурга назначается губернатором самостоятельно. Только чудом сохранился в Уставе пункт, запрещающий губернатору издавать нормативные акты: на него регулярно «покушаются», и сегодня он «держится», пожалуй, лишь потому, что состав ЗАКСа видится Смольному абсолютно послушным, и все нужные решения можно провести через законодательную власть с той же легкостью, что и через исполнительную. Выборы же губернаторов из Устава исчезли вообще – с наступлением «вертикали».

В 2005 году Устав существенно «подправили» с точки зрения Уставного суда – органа, который должен проверять все нормативные акты, издаваемые в Петербурге, на соответствие Уставу. В результате из Устава «выпало» право граждан обжаловать в Уставном суде акты городской администрации – и исполнительная власть обезопасила себя от неприятных рассмотрений таких вопросов, как ликвидация уличной торговли, «уплотнительная застройка» и повышение тарифов.

В общем, сегодня «городская Конституция» являет собой уже далеко не тот документ, который когда-то установил в Петербурге реальное разделение властей – с невозможностью «узурпации полномочий» никакой из ветвей власти. Правда, и «списочный состав» городского парламента сегодня далеко не тот, что десять лет назад. Тогда в нем были личности, а сейчас, за редкими исключениями, «солдаты партии». Особенно той, которая имеет большинство голосов: эти, как представляется, вообще не думают, прежде чем нажать соответствующую кнопку. Получили команду – отрапортовали об исполнении…

Между прочим, пару лет назад автор, шутки ради, предлагал новую редакцию Устава, состоящую из одной статьи: «Все полномочия Санкт-Петербурга как субъекта Федерации, осуществляет губернатор Санкт-Петербурга». Но ни один из депутатов, даже в шутку - к 1 апреля - не решился внести этот законопроект. Аргументация у всех была одинакова: «а ведь примут!...».