АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Воскресенье, 27 сентября 2026 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Мечты о братстве фронтовом - 2
2026-09-27 Юрий Нерсесов
Мечты о братстве фронтовом - 2
Как и в России после 1917 года, вчерашние товарищи по оружию во Франции и Германии успешно истребляли друг друга

Окончание. Первая часть – тут

Мечта о том, что «придут наши мальчики с фронта и всем покажут!», свойственна самым разным группам населения. Например, пузатым мужичкам, рвущим за Россию майки-алкоголички у теликов с пивасиком. Или одиноким очкастым дамочкам с гуманитарным образованием, которые отчаявшись найти кавалера, заводят воинственные бложики под никами типа «Русская валькирия». И ещё некоторым интеллектуалам, которые прочли в детстве «Звёздный десант» американского фантаста Роберта Хайнлайна и до сих пор пребывают в упоении.

Описывая предысторию своего варианта будущего человечества, Хайнлан сообщил, что «в конце XX века национальные правительства всех крупнейших государств полностью дискредитировали себя. Что-то должно было заполнить вакуум и в результате во многих странах к власти пришли вернувшиеся с войны ветераны». Новые режимы оказались устойчивыми, потому что «солдат берёт на себя персональную ответственность за ту политическую общность, членом которой является, и защищает ее ценой своей крови, а иногда – и жизни. А штатский – нет». Более того в итоге ветеранские правительства создали общепланетную федерацию, начали космическую экспансию и разгромили враждебных инопланетян.

Старый приколист Хайнлайн мог с одинаковой лёгкостью выдать и милитаристскую утопию, типа «Звёздного десанта», и – через два года – «Чужака в чужой стране», ставшего культовым у хиппи. Его поклонники обычно зверино серьёзны и к тому же не знают истории. И не только родной страны, где ветераны Первой мировой истребляли друг друга на полях войны гражданской, а соратники по Афганистану - в политических и криминальных разборках. В других странах зачастую имело место ровно то же самое.

Например, в Германии по завершении Первой мировой войны, её участники мгновенно превратились в заклятых врагов. Сперва бывшие братья по оружию увлечённо палили друг друга на баррикадах Берлина, в Руре и под Мюнхеном. Затем вождь нацистов Адольф Гитлер (кавалер Железных крестов I и II класса, ранен и отравлен газами) противостоял лидеру коммунистов Эрнсту Тельману («Железный крест» II класса, ранен). Против них обоих боролся будущий председатель социал-демократической партии Курт Шумахер (Железный крест II класса и ампутация правой руки).

Гитлер поставил Тельмана к стенке и отправил Шумахера в концлагерь, откуда тот вернулся еле живой, потерял вслед за рукой ногу и в 1952 году скончался. Менее известные соратники всех троих калечили и убивали друг друга, состоя в соответственно Штурмовых отрядах, Союзе Красных фронтовиков и Союзе республиканских фронтовиков. Командира штурмовиков Эрнста Рема (Железные кресты I и II класса, дважды ранен) фюрер тоже расстрелял. Его самого едва не взорвали военные заговорщики, среди которых в окопах Первой мировой сидело больше половины, включая фельдмаршалов Эрвина фон Вицлебена и Гюнтера фон Клюге. Самих путчистов, перед тем как ими занялось гестапо, изгнал из армии Суд чести в котором сидели также ветераны Первой мировой, типа начальника генштаба Гейнца Гудериана и начальника верховного командования (бывшее военное министерство), фельдмаршала Вильгельма Кейтеля.

Проигранная Первая мировая возбудила в стране мечту о реванше и она решительно влезла во Вторую мировую. Итог известен: потеря огромных территорий на востоке и расчленение на четыре части: ГДР, ФРГ, Западный Берлин и Саар, ставший протекторатом Франции. Гитлер покончил с собой, как и второе лицо в Рейхе, тоже герой Первой мировой, воздушный ас Герман Геринг (22 сбитых самолёта, Железные кресты I и II класса и высшая военная града Пруссии орден «За заслуги»).

Во Франции после Первой мировой взаимоистребления фронтовиков не произошло, но возникла иная проблема. Огромные потери (более 1,3 млн. погибших военных, не считая уроженцев колоний, при мужском населении к началу в 20,5 млн., включая стариков и младенцев – каждый шестой мобилизованный) привели к массовому росту пацифизма. И готовности идти почти на всё что угодно, лишь бы избежать дальнейшего кровопролития.

Сдавшего Гитлеру Чехословакию премьер-министра Франции Эдуара Даладье положено считать трусливым ничтожеством. Между тем это был человек исключительной личной храбрости, в 1914 году, являясь мэром родного Карпантраса, ушёл в армию сержантом. Воевал в пехоте, много раз мог погибнуть, а закончил службу капитаном и кавалером Боевого Креста и высшей награды страны ордена Почётного легиона.

Однако испытанные ужасы оказались слишком велики. Двадцать лет спустя заклинание «лишь бы не было войны» парализовало волю и Даладье и многих других фронтовиков. Вступив во Вторую мировую почти через силу, Франция реально её почти не вела и, когда немцы атаковали, рухнула через 45 дней.

Во время оккупации немало отважных фронтовиков поддержали гитлеровцев. Один из самых ярких примеров - кавалер ордена Почётного легиона Жорж Дарнан, отличившийся как в Первую мировую, так и в первых боях Второй мировой. При немцах он возглавил «французскую милицию», беспощадно истреблявшую партизан и подпольщиков, а после освобождения его поставил к стенке другой герой обеих мировых войн, президент Франции Шарль де Голль.

Полтора десятилетия спустя Де Голль предоставил независимость французскому Алжиру. Победившие повстанцы из Фронта Национального освобождения истребили десятки тысяч французов и поддерживающих их алжирцев, а свыше 1 млн. изгнали. В ответ созданная противниками главы государства «Секретная вооружённая организация» (Organisation de l'arm?e secr?te или OAS) организовала серию покушений на Де Голля и его сторонников.

Президент уцелел, OAS разгромили, а часть активистов расстреляли или просто убили, причём часто руками недавних соратников по борьбе с алжирскими повстанцами. Кроме полиции и спецслужб этим занимались сторонники президента из организации «Движение за сотрудничество» (Mouvement pour la communaut или MРС). Своих врагов боевики MРС, которых возглавил участник антифашистского сопротивления Пьер Лемаршан, порой кончали весьма изобретательно. Например, кавалеру ордена Почётного Легиона, полковнику Камиллу Петижану лили на голову кислоту, так, что стекающие капли, прожигали дорожки, стекая по телу, а потом расчленили и расфасовали в пакеты.

Лидерам OAS повезло больше. Их, например, военного губернатора Парижа генерала Рауля Салана – само собой героя обеих мировых и нескольких колониальных войн, получившего за время службы 36 орденов и медалей, – президент отправил в тюрьму, но в конце своего правления амнистировал.

Чего-то подобного боятся и у нас. Ведущие пропагандявки Кремля пока предпочитают тему не затрагивать, зато мелкая и потому особо вонючая охранота уже бьётся в истерике. Истошно вереща (подробности - в статье «Выстрелы в Путина на фоне Де Голля»), что вернувшиеся с фронта могут создать русскую OAS, а потому зачисткой следует озаботиться заранее.

Юрий Нерсесов

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Война и мир
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
27.9.2026 Юрий Нерсесов
Война и мир. Мечта о том, что «придут наши мальчики с фронта и всем покажут!», свойственна самым разным группам населения. Например, некоторым интеллектуалам, которые прочли в детстве «Звёздный десант» американского фантаста Роберта Хайнлайна и до сих пор пребывают в упоении.

25.9.2026 Анатолий Кантор
Правильные выборы. Несомненно, у ЦИК и Эллы Памфиловой задача в разы труднее, чем была у церкви в дореволюционный период. Сейчас приходится работать с цифрами, было бы куда проще объявить всех депутатов «помазанниками», но в наше время такое откровенное манипулирование не пройдёт. Именно поэтому на помощь властей приходит «цифра».

24.9.2026 Юрий Нерсесов
Война и мир. Никакой фронтовой опыт не заменит ни опыта политического, ни идеи, под которую берут власть, ни организации – формальной или нет – которая к власти приходит. Фронтовое братство - это не идея и при столкновении с политическими и коммерческими интересами испаряется почти мгновенно.

24.9.2026 Саид Гафуров
Правильные выборы. Нелепо ненавидеть актёра, играющего злодея. Ещё более нелепо ненавидеть задник сцены. И всё же кто-то продал билеты. И да, самое нелепое — ненавидеть спектакль, не понимая, кто его заказал.

19.9.2026 Анатолий Кантор
Политический портрет. Владимир Путин своим указом присвоил звание Героя Труда московскому градоначальнику Сергею Собянину. Учитывая «особую популярность» правящей партии среди москвичей, нынешнее награждение члена высшего совета «Единой России» Собянина больше похоже на обычный предвыборный трюк, чем на реальную оценку заслуг.

17.9.2026 Анатолий Кантор
Путин и Запад. Если верить главному российскому дипломату, то период «дипломатической наивности» российской власти всё-таки имеет временные рамки и они чётко очертаны – 33 года, исходя из познания Лавровым российской истории (имеется в виду жизнеописание Ильи Муромца).

16.9.2026 Юрий Нерсесов
Литература. Опубликовав 115 лет назад один из лучших детективных рассказов о патере Брауне, британский писатель Гилберт Честертон перенёс его действие в иную реальность. «Сломанная шпага» стала одним из первых повествований об альтернативной истории Южной Америки. Но далеко не последним.

5.9.2026 Алексей Рафалович
Электронная власть. Где гарантии от того, что зарубежные большие фундаментальные модели искусственного интеллекта не будут или неспособны высасывать чувствительную информацию из российских разработок? Опасность вполне реальна, если учесть что сам процесс разработки ИИ заставляет вспомнить поговорку о семи няньках у которых дитё без глаза осталось.

29.8.2026 Саид Гафуров
Pax latinoamericana. Революция после революции - это не возврат к исходной точке, а движение по спирали, понимание, что поражение - не конец, а начало нового этапа борьбы, осознание того, что выживание требует компромиссов, но компромиссы не должны превращаться в капитуляцию.

27.8.2026 Саид Гафуров
Pax latinoamericana. Вопрос о том, может ли маленькая страна, сидящая на огромном природном богатстве и окружённая гораздо более сильными центрами силы, самостоятельно распоряжаться своей историей, остаётся открытым, и это уже вопрос не только Венесуэлы и даже всей Латинской Америки.