Есть два способа сделать страну привлекательной. Можно показать населению журавля в небе, предложив им некую Великую Идею, типа строительства на земле подобия божьего царства в виде православной монархии или коммунистической утопии. Неплохо срабатывает и лозунг восстановления давно рухнувшего самостийного национального государства. Например, евреи воссоздавали его дважды: спустя 437 и 1985 лет после падения, а армяне даже трижды: через 498, 545 и 71 год.

Второй способ, который можно сравнить с синицей в руках, куда более прозаичен и предполагает сделать жизнь для населения максимально долгой, сытой, комфортной и безопасной. Некоторым удается даже совмещать обеих птичек в одном загоне. Например, США,  выдвинув Великую Идею всемирного торжества свободы и демократии, успешно заставляют окружающих оплачивать издержки, а заодно и свое процветание.

Увы, что журавль, что синица современной России убоги и общипаны, а потому привлекают главным образом гастарбайтеров и криминальных барыг из южных республик, либо третируемые меньшинства тех же республик. В то время как, вроде бы дискриминируемые русские Прибалтики в основном отнюдь не рвутся на историческую родину.

Первые симптомы подобного поведения хорошо видны на примере итогов проведенного 3 марта 1991 года опроса населения Латвийской ССР  о суверенитете республики. Латвийские власти напечатали 1902802 бюллетеня, из которых участники опроса - 1667629 штук. За независимость высказалось 1227562 человека или 73,6%  участников голосования, против  неё оказалось 411374 человек  или 24,6% . Сторонники независимости победили во всех регионах, включая Ригу и Даугавпилс, где латыши были в явном меньшинстве. Сколь-нибудь серьезная фальсификация исключена. Почти одновременно, 17 марта 1991 года, на территории Латвии состоялся референдум о сохранении СССР, в ходе которого проект обновлённого Союза  поддержали 415147 жителей республики – то есть практически те же, кто выступил против независимости.

Согласно итогам переписи 1989 года, на территории Латвийской ССР проживало  2 503 145 человек,  включая 1344 105 (или 53,7%) латышей. Среди остальных 46,3% абсолютное большинство составляли 999 700 русских и приравненные к ним  украинцы и белорусы,  в массе своей сильно русифицированные. Выступи они единым фронтом против независимости Латвии – и не было бы никакой независимости, против которой выступало и немало латышей. Однако более половины русскоязычных хотели жить «как в Европе» или заняли выжидательную позицию, и потому доля противников отделения оказалась вдвое меньше процента нелатышского населения республики.

После распада Советского Союза, выяснилось, что лозунг «За нашу и вашу свободу!», которым так любили размахивать прибалтийские аборигены, стоит куда дешевле тряпки, на котором его малевали. Согласно закону «О восстановлении прав граждан Латвийской Республики и основных условиях натурализации», принятый латвийским парламентом 15 октября 1991 года, около 700 тысяч жителей страны, включая многих голосовавших за самостийность, лишили гражданства.

По тому же сценарию развивались события и в соседней Эстонии, и надо признать, что особенностям национальной психологии прибалтийских народов подобное поведение соответствует полностью.  Чтобы убедится в этом. достаточно вспомнить, что сделал Таллинн в 1920 году со спасшими его от большевиков  русскими белогвардейцами.  Как я уже не раз напоминал, «благодарные» туземцы обобрали спасителей до нитки, не побрезговав даже  обручальными кольцами и нательными крестами. Затем они загнали ограбленных в сланцевые шахты, на лесоповалы и торфоразработки, где тысячи их умерли от голода и тифа.

Неудивительно, что и в Латвии, и в Эстонии русскоязычное население оказалось в оппозиции правящим режимам. Часть просоветски настроенных жителей покинула территории республик, но вскоре темпы эмиграции многократно снизились. Если в первой половине 90-х из одной Латвии приехало 74,3 тысячи, то в нашем столетии, несмотря на торжество вертикали власти и дождь нефтегазобаксов, совокупная миграция из Латвии и Эстонии в Россию стабилизировалось на уровне тысячи с небольшим в год. Историческая родина оказалась удивительно негостеприимной. 

«АПН Северо-Запад» и другие средства массовой информации неоднократно сообщали, что возвращающиеся регулярно сталкиваются с бюрократизмом и хамством властей, а в России оказываются никому не нужными. Точно так же относится Кремль и к прибалтийским общественным активистам пророссийской ориентации. Они для нынешних хозяев страны не более чем разменные монеты в торгах о портовых сборах и тарифах за транзит нефти. «Пользы от того, что во время тех событий происходило в России, немного. Даже наоборот… - Признавался один из организаторов выступлений против сноса памятника советским воинам в Таллине Дмитрий Линтер. - Мы общались с «Молодой Гвардией», пока меня не арестовали. Но, как я понимаю, это были их предвыборные дела».

Чем может привлечь Россия прибалтийских, да и других соотечественников? Великой Идеей? Проекты строительства  православной монархии и коммунистической утопии остались в прошлом, а других пока не предвидится. Не говоря уже о том, что меняющие идеи как носовые платки обитатели Кремля чужды любому принципу, в верности которым они клянутся.
Кто там у нас мистер Путин?  Стойкий коммунист и защитник безопасности СССР? Правая рука либерала Собчака? Поклонник белого генерала Деникина, решительно отвергшего службу Гитлеру? Скрытый сторонник воевавших на стороне фюрера эмигрантов, которые с подачи национального лидера окормляли российские военные училища? Борец против клеветы на советскую историю и защитников красного Знамени Победы?

Глупые вопросы, скажете вы, и будете абсолютно правы. Потому что и Путин, и появляющиеся рядом с ним персонажи разделяют все эти идеи и одновременно не разделяют ни одну из них. Любые политические лозунги, как и люди, для них исключительно инструмент умножения политического капитала и стрижки дивидендов, причем делиться с дорогими соотечественниками, за исключением особо привилегированных, никто не собирается. Согласно рейтингу ООН, Россия по уровню жизни до сих пор не догнала даже Белоруссию, не говоря уже о Прибалтике. Правда наши магнаты куда богаче эстонских и латышских, но за вычетом их яхт результат оказывается сильно не в пользу РФ.

Неудивительно, что с каждым годом все больше русскоязычных прибалтов обращали взоры на Запад, а красные советские и полосатые российские знаменами все чаще сменялись синими флагами Европейского Союза. После вступления в ЕС Латвии и Эстонии стало ясно: теперь начальство сидит в Брюсселе и жаловаться на зарвавшихся холуев следует именно туда. Пока в наибольшей степени преуспели латышские русскоязычные лидеры.  Кстати пришлось и еврейское происхождение части из них, и  симпатии властей к престарелым эсэсовцам, и безоговорочное покаяние за аннексию Латвии Советским Союзом в 1940 году.

Особых изменений в статусе неграждан эти жалобы не принесли, за исключением сильно порадовавшего их права на безвизовый въезд в страны Евросоюза, однако проблема постепенно рассасывается естественным путем. Кто-то получает полноценный паспорт, часть молодёжи стремится побыстрее уехать на Запад, а лица преклонного возраста постепенно покидают грешную землю. К 1 января 2009 года в Латвии не имели гражданства уже не 700 тысяч,  а только 357 811 человек, включая 318 028 лиц восточнославянской национальности. Та же ситуация и в Эстонии, где лиц без гражданства сейчас осталось немногим более 100 тысяч или около 8% населения.

Постепенная интеграция способствовала втягиванию части русскоязычных жителей в  правящую элиту, прежде всего латвийскую. Живым символом такой интеграции и стал 33-х летний магистр Южно-датского университета Нил Ушаков, неоднократно заявлявший о симпатиях к России, однако на практике постепенно отходящий от прежнего курса русскоязычных партий. Так, во время голосования в Сейме резолюции по российско-грузинской войне, «старые» русскоязычные – против осуждения России, а Ушаков и его сторонники демонстративно покинули зал, заявив, что этот конфликт Латвии не касается. Не менее характерен кофликт во время праздничных акций 9 мая, когда рижская муниципальная полиция по доносу тогда еще не мэра Ушакова изъяла у участников торжеств советские знамена. Поскольку основная идея ушаковцев – строительство бинационального государства, грамотно получающего дивиденды с запада и востока, от призраков прошлого они предпочитают дистанцироваться. Самое большее - порадуют Кремль, взяв на раздачу связку георгиевских ленточек.

Становление и укрепление подобного рода политических течений характерно не только для Латвии. На Украине последовательным сторонником лозунга «Ласковый теленок двух маток сосет» является Партия Регионов Виктора Януковича, в Молдове после некоторых шараханий к такому курсу склоняются коммунисты, а в Белоруссии на него же выруливает Александр Лукашенко. Противостоят подобным политикам местные национал-демократы, а сильного пророссийского течения нет и не предвидится.

Чтобы таковое появилось, нужна либо стая хорошо откормленных синиц, либо совершенно новый журавль с невиданной красоты оперением, а не потраченные молью коммунистические и монархические чучелки. Но в полуразвалившемся кремлевском птичнике осталась только скорлупа и наполовину иссякшая нефтегазовая кормушка.